Герой Веков - Сандерсон Брэндон - Страница 162

Эленд рванулся вперед, мимо Сэйзеда, и набрал полную горсть атиума. Настоящее богатство, которым не владел еще ни один человек. Ценное из-за своей редкости. Ценное из-за своей стоимости. Ценное из-за алломантии.

– Дему, – рявкнул он, протягивая одну крупицу. – Съешь это.

Дему нахмурился:

– Мой господин?

– Съешь, – повторил Эленд.

Дему сделал, как было приказано. И застыл на мгновение.

«Двести восемьдесят человек, – подумал Эленд. – Изгнанные из войска, потому что из всех заболевших они дольше остальных пробыли в постели. Шестнадцать дней.

Двести восемьдесят человек. Одна шестнадцатая от всех заболевших. Один из шестнадцати алломантических металлов».

Йомен был доказательством того, что атиумные туманщики существуют. Если бы Эленд не отвлекался, он бы догадался еще раньше. Раз одна шестнадцатая заболевших страдала дольше остальных, не означало ли это, что ей досталась самая мощная из шестнадцати способностей?»

Дему вскинул голову, его глаза округлились от удивления.

Эленд улыбнулся.

Вин зависла над пещерой, с ужасом наблюдая за приближением колоссов. Они уже разъярились – Разрушитель этого и добивался. Тысячи и тысячи. Бойня вот-вот должна была начаться.

Вин закричала, когда они подобрались достаточно близко, и бросилась на Разрушителя, отчаянно пытаясь уничтожить тварь. Как и прежде, ее отбросило назад. Вин закричала еще сильней, содрогаясь при мысли о неминуемых смертях, которые должны были вскоре случиться. То же самое, как и с волной у берега, только хуже.

Потому что этих людей она знала. И любила.

Вин снова обратилась к выходу. Ей не хотелось смотреть, но больше она уже ничего не могла сделать. Ее сущность была повсюду. Даже если бы она перенесла свое сердце куда-то в другое место, то все равно бы чувствовала смерть.

В пещере раздавался знакомый голос.

«Сегодня, друзья, мне нужны ваши жизни…»

Прислушиваясь, Вин опустилась ниже. Она не могла заглянуть в пещеру из-за металла в скале, но слышать могла. Если бы у нее были глаза, из них бы лились потоки слез.

– Мне нужны ваши жизни, – говорил Эленд, и его голос эхом отдавался под сводами пещеры, – и ваша храбрость. Мне нужны ваша вера и ваша честь, ваша сила и ваше сострадание. Потому что сегодня я поведу вас умирать. Я не прошу вас приветствовать это событие. Я не оскорблю вас, называя его благим, справедливым или даже героическим. Но я скажу вот что.

Каждый миг, пока вы сражаетесь, это подарок для тех, кто находится в этой пещере. Каждая секунда нашей битвы дает шанс этим тысячам людей еще раз вздохнуть. Каждый удар меча, каждый павший колосс, каждый отвоеванный вдох – это победа! Человек, который прожил еще мгновение; жизнь, которая длится; враг, чьи планы сорваны!

Последовала короткая пауза.

– Потом они нас убьют, – звенящим от напряжения голосом продолжал Эленд. – Но сначала они испугаются!

Люди заорали в ответ, и расширившийся разум Вин воспринял все двести пятьдесят с лишним отдельных голосов. Она слышала, как они разделились, направляясь к разным выходам из-под земли. Через несколько секунд прямо перед ней из пещеры…

Медленно вышла на покрытую пеплом землю фигура в белом; блистающий белый плащ развевался у нее за спиной. В руке человек держал меч.

«Эленд! – попыталась крикнуть Вин. – Нет! Вернись! Это безумие! Ты погибнешь!»

Император храбро глядел на приближающихся колоссов, топтавших черный пепел. Они были морем смерти, синекожим и красноглазым, они шли, волна за волной. Многие несли мечи, но находились и такие, кто вооружился камнями и дубинами. Эленд казался маленькой белой искрой, единственным пятном на холсте, закрашенном синей краской.

Он поднял меч и бросился в атаку.

«ЭЛЕНД!»

Внезапно он вспыхнул так ярко, что Вин охнула. Бросился на первого колосса, увернулся от меча и одним ударом обезглавил тварь. Потом, вместо того чтобы отпрыгнуть, повернулся и снова ударил. Еще один колосс упал. Три меча сверкнули рядом, но все прошли на волос от тела Эленда. Он подался в сторону, ударил колосса в живот, потом взмахнул мечом – едва не лишившись головы – и отрубил руку еще одной твари.

Эленд не оттолкнулся, чтобы улететь. Замерев, Вин следила за тем, как он убил одного колосса и обезглавил другого одним изящным движением. Эленд двигался с грацией, которой она никогда за ним не замечала. Вин всегда была лучше на поле боя, но в этот момент он ее превзошел: двигался между лезвиями колоссов, словно танцевал на сцене, и его скользящий меч косил их одного за другим.

Несколько солдат в мундирах цветов Эленда выбежали из пещеры и бросились в бой. Их тела взорвались силой, превратились в волны света. Они также прорубали себе путь сквозь ряды колоссов, нанося невероятно точные удары. Пока Вин наблюдала, ни один не пал от чужого меча. Солдаты сражались с удивительным умением, и им сопутствовала невероятная удача, поскольку каждый раз колоссы промахивались лишь самую малость. Возле сияющих воинов начали собираться горы синекожих трупов.

Каким-то образом Эленд собрал армию, в которой каждый солдат мог жечь атиум.

Эленд ощущал себя богом.

Никогда раньше не воспламенял он атиум, и первый опыт с металлом вызвал настоящий восторг. Все колоссы вокруг отбрасывали атиумные тени – образы, которые двигались раньше, чем они сами, показывая Эленду, что собираются делать. Он мог видеть будущее, пусть лишь на несколько секунд. В бою именно это и требовалось.

Атиум менял сознание, позволяя воспринимать и использовать информацию, даже не приходилось задумываться. Руки двигались сами по себе, удары были поразительно точными.

Император кружился в облаке фантомов, рубя плоть, чувствуя себя так, точно снова вернулся в туман. Ни один колосс не смог бы выстоять против него. Эленд ощущал себя полным энергии – и это оказалось потрясающе. На некоторое время он стал непобедим. Он проглотил так много атиума, что его чуть не стошнило. В прошлом атиум всегда приходилось беречь и прятать. Сжигать его было настолько жалко, что его использовали только изредка, в случаях крайней необходимости.

Сейчас об этом не стоило беспокоиться. Эленд жег столько, сколько хотел. И это превратило его в настоящее бедствие для колоссов: вихрь точных ударов и невероятных финтов, всегда на несколько шагов впереди своих противников. Враги падали один за другим. Когда атиум начал подходить к концу, Эленд оттолкнулся от брошенного меча и перелетел ко входу в пещеру. Там ждал Сэйзед с водой и мешком атиума.

Эленд быстро проглотил новую порцию металла и вернулся в бой.

Разрушитель ярился и кружился, пытаясь остановить бойню. Но на этот раз Вин являлась силой равновесия. Она блокировала каждую попытку Разрушителя уничтожить Эленда и остальных, и битва продолжалась.

«Я не могу понять, глупец ли ты, – мысленно обратилась Вин к своему врагу, – или просто твоя натура такова, что ты не в состоянии осмыслить некоторые вещи».

Разрушитель закричал и бросился на нее. Однако их силы по-прежнему были равны. Разрушителю пришлось отступить.

«Жизнь, – продолжала Вин. – Ты говорил, будто создавать что-то можно лишь ради того, чтобы потом уничтожить».

Она зависла над Элендом, наблюдая, как он сражается. Смерти колоссов должны были опечалить ее. Но она не могла думать о смерти. Быть может, таким образом на Вин действовала сила Охранителя, но она видела человека, который бился, не сдаваясь, даже когда надежда казалась невероятной. Не видела смерть – только жизнь. И веру.

«Мы создаем и смотрим, как наше творение растет, Разрушитель, – говорила Вин. – Нас радует, когда все, что мы любим, становится больше, чем было до этого. Ты говорил, тебя нельзя победить, потому что всему приходит конец. Все разрушается. Но существует нечто, что борется с тобой – и, как ни смешно, ты даже не можешь понять, что оно собой представляет. Любовь. Жизнь. Развитие.