Трикс. Дилогия - Лукьяненко Сергей Васильевич - Страница 149

– Тогда мы учимся зря? – огорчилась Тиана.

– Почему же? Вряд ли Алхазаб мог предвидеть страшную опасность носовых платков и чайных ложек, боевые свойства войлочной туфли и отравляющую способность меда! Как раз у ассасина есть шанс справиться с Прозрачным Богом!

Однако не успели Трикс с Тианой радостно переглянуться, как декан добавил:

– Но я бы не преувеличивал этих шансов. Для полной гарантии стоило бы узнать природу магии Алхазаба.

Трикс вздохнул:

– Как? Прозрачного Бога боятся все – люди и драконы, самаршанцы и витаманты. Боятся именно потому, что не знают, в чем его сила. Наверное, это знает только сам Алхазаб! Но нельзя же подойти к нему и спросить!

– Почему? – спросил Эам. – Ассасин – не просто ловкий убийца, нетрадиционно владеющий метлой! Ассасин – это в первую очередь лазутчик, разведчик, человек, умеющий стать своим в любой компании и втереться в доверие к кому угодно! Вот скажите, что вы подумали обо мне, когда увидели?

– Если честно… – смущенно ответила Тиана. – Нам показалось, что вы очень… строгий. И еще весьма… сдержанный.

– То есть вы решили, что я злой и бесчувственный, – кивнул Эам. – А теперь? Я учу вас ровно неделю. Я стал вежливее? Я смеюсь вместе с вами? Я часто вас хвалю? Нет, нет и нет. Но вы уже относитесь ко мне с симпатией и доверяете свои тайны. А почему? Да потому что я – ассасин!

Трикс хотел бы ответить, что он вовсе не относится к декану с симпатией, да и тайн особых не доверяет, просто он воспитанный юноша… Но посмотрел на гордое лицо Эама и спорить не стал.

– Как нам втереться в доверие к Прозрачному Богу? – спросил он.

– Обычно этот вопрос рассматривается на старших курсах, – признался декан. – Это необязательные занятия по восхвалению, их посещают только самые способные ученики. Но у вас осталось всего три недели… Хорошо! Вместо порицания сейчас займемся восхвалением! Занятия родственные, что ни говори! Трикс, к доске!

Трикс ожидал, что теперь ему придется восхвалять Страшилу. Но Эам рассудил иначе. Триксу пришлось встать на доску и принять горделивую позу. А восхвалять его декан вызвал Дэрика.

– Не очень-то мне хочется это делать… – проворчал Дэрик.

– Поэтому я тебя и вызвал, – улыбнулся своей холодной змеиной улыбкой Эам. – Восхвалять кого-то от души – легко и просто. А вот восхвалять неприятного человека, да еще и искренне к тому же – вот тут и нужно настоящее мастерство!

– И кто он у нас? – спросил Дэрик мрачно. – Мудрый и злой Страшила? Глупый и капризный Ужас Жуть?

– Нет, – ехидно ответил Эам. – Он – Трикс Солье. Твой названый кузен. Сын со-герцога Рата Солье. Ваша семья коварно свергла Рата Солье с престола и заточила вместе с женой в темницу, а бедолагу Трикса выгнала взашей. Но благодаря своему доброму сердцу и природным талантам Трикс сумел отстоять справедливость, добиться для вашей семьи достойного наказания, завоевать любовь и уважение окружающих и стать талантливым магом. Ты – в изгнании, твой род опозорен и разорен. Все из-за него! А теперь, ученик Дэрик, восхваляй Трикса!

Дэрик сжал зубы и мгновение смотрел в пол, справляясь с чувствами. Потом повернулся к Триксу.

– Мне трудно это говорить, – сказал он. – Стоя перед вами, глядя в глаза кузена, которого я ненавидел все свое детство и должен был бы сейчас ненавидеть еще сильнее, я ищу в своем сердце ненависть. Ищу – и не могу найти!

Эам одобрительно кивнул.

– За все злодеяния, которые мы ему уготовили, он отплатил нам добром, – продолжал Дэрик. – Уговорил короля Маркеля всего лишь изгнать нас, а не отправить на плаху. Поймав меня своей могучей магией, когда я попытался коварно убить его во сне, простил и отпустил. И это стало той последней каплей, жгучей каплей пылающей доброты, которая растопила лед моей ненависти. Я стал вспоминать всю свою жизнь. Все обиды на Трикса… и понял, что половина из них придумана, а в половине кузен вовсе не виновен! Я вспомнил все пакости, которые подстраивал ему, – и разрыдался от отвращения к самому себе! Как я мог! Как я мог так относиться к самому терпеливому и доброму человеку в моем окружении? Помню, когда мы были совсем еще малышами, на нас из кустов выпрыгнула ядовитая змея…

– Змея? – поразился Трикс.

– Выпрыгнула? – удивилась Тиана.

Но Дэрик не отвлекался:

– В страхе и ужасе я бросился бежать, но запнулся о камень и остался беспомощно лежать. Змея же, истекая ядовитым ядом…

– Хм, – с сомнением сказал декан.

– Это была потеющая прыгающая гадюка, одно прикосновение к которой смертельно, – добавил Дэрик. – Но мой маленький кузен не испугался! Он схватил камень и обрушил его на голову змеи! А потом второй камень – и обрушил его на хвост гадины! А потом взял палку и бил, бил, бил мерзкую тварь!

Взгляд, которым при этом Дэрик буравил Трикса, тому не слишком понравился. Но Дэрик тут же улыбнулся и сказал:

– А потом он помог мне подняться, но я, в своей гордыни, оттолкнул его руку! Руку своего спасителя! Мне было стыдно, что это он спас меня, а не я – его!

– Дэрик, я что-то не припомню такого… – пробормотал Трикс.

– Вот какова его скромность! – вздохнул Дэрик. – Он даже не помнит свои добрые дела… ну конечно, ведь он совершает их каждый миг! А с какой заботой Трикс относится к животным! Он никогда не забудет напоить своего коня, накормить своего пса и погладить свою кошку! А крестьяне? Сколько раз мудрые советы Трикса спасали их от голода и холода. Трикс был еще ребенком, но стоило ему выйти из дворца – и землепашцы подбегали к нему с вопросами. «Пора ли сеять пшеницу? – спрашивали они. – Надо ли прополоть репу? Стоит ли поливать помидоры?» И Трикс, оставив игры в камушки, терпеливо отвечал им…

– Не переусердствуй! – сказал Эам.

– Но это и вправду было… – пробормотал смущенный Трикс. – Животных я люблю. А про землепашцев… ну, я как-то прочитал трактат «О плодах земли и их возделывании». А тут к отцу крестьяне пришли, спор у них был какой-то о меже… Ну, я и сказал им, что уже пора сеять… После этого стоило крестьянам меня увидеть – они сразу кланялись и спрашивали: «А не пора ли нам брюкву полоть?» Ну… мне кажется, что их мои советы насмешили. И они так… шутили в ответ. Когда я стражникам рассказал, как положено доспехи чистить, – они потом тоже долго мне вопросы задавали. Какой стороной меча рубить, надо ли у алебарды длинное древко делать…

– О нет! – сказал Дэрик. – Ты зря смущаешься, кузен! Это были искренние вопросы! Они же все делали по старинке, по наитию. А ты прочитал манускрипты. Это гораздо важнее!

Трикс уставился Дэрику в глаза. Глаза были чисты и невинны.

– Правда, что ли? – тихо спросил Трикс. – А я думал, что дурака свалял…

– Браво! – воскликнул Эам. – Дэрик, зачет сдан. Он поверил.

– Я не поверил! – возмутился Трикс. – Я засомневался!

– Это одно и то же. Еще несколько минут – и ты бы поверил, что научил крестьян пахать, рыбаков удить, а стражников – бражничать.

– Почему бражничать?

– Потому что сражаться они все равно никогда не научатся.

Трикс, обиженно сопя, слез с доски. Подумаешь, начал маленький ребенок советовать взрослым… все дети так делают. А Дэрик, зараза, припомнил!

– Хорошо я тебя восхвалил? – спросил Дэрик с улыбкой.

– Да ну тебя… – пробормотал Трикс.

– Так ведь все – чистая правда! – Кузен широко улыбнулся.

– Ага. И про потеющую гадюку тоже…

– И про гадюку правда, – сказал Дэрик серьезно. И вдруг подался к Триксу и шепнул ему в самое ухо: – Только это я убил гадюку. А ты разревелся, оттолкнул меня и убежал. Спроси у папочки при случае…

Трикс остолбенел. А Дэрик, словно пожалев о своих словах, отвернулся и пошел к своему месту.

– Меня всегда интересовали тонкости человеческих отношений, – сказал Эам с удовольствием. – И вы с Дэриком – замечательный материал для наблюдений!

– А я? – возмутилась Тиана.

– Ты? – Эам задумался. – Ты хорошая девочка. Для княгини – просто замечательная. Но с тобой все понятно. Вот если бы ты влюбилась в Дэрика – отношения внутри вашей компании приобрели бы дополнительную остроту…