Упреждающий удар - Шалыгин Вячеслав Владимирович - Страница 51

– То есть жить можно?

– Пока только перекантоваться. Но восстановление планетного явления идет необычайно быстро. Просто изумительно быстро.

– Что нам и требуется, – сказал Рем. – Маритта, ты с нами?

– Я поняла. – Маритта прищурилась и погрозила Сайрусу пальцем. – Ты хитрец, тактик. Хочешь сказать своему начальству, что тебе надо доставить меня на планету, а после сказать, что Хауэр отозвал шлюпку?

– Ты действительно многому научилась. – Рем вдруг улыбнулся от души, без обычной снисходительности во взгляде. – Все верно, так я начальству и скажу. И добавлю, что не хочу больше терять время на перелеты туда-сюда и намерен оборудовать сборный пункт своего поискового отряда здесь, на Эниуме.

– Я лечу с тобой, – решила Маритта.

– Лучше с нами! – Шершень огорченно вздохнул и махнул рукой. – А-а, поступай, как знаешь!

– Не обижайся, Шершень. Я не смогу начать свой поиск из другой точки. Если когда-нибудь еще встретимся, я все тебе объясню.

– Это связано… – Шершень бросил короткий взгляд на Сайруса.

– Нет, – Маритта улыбнулась. – Это связано не с ним. В отличие от вас, я не имею возможности выпросить у начальства корабль. Мне придется его купить. Думаю, на Эниуме сейчас можно приобрести неплохое судно по очень сходной цене. Это просто бизнес, Шершень. Ничего личного.

Посадочный бот вернулся через час. Все это время Хауэр и Бозе посвятили ревизии запасов крейсера, а Шершень и робокриги завершили ремонт и прогнали по всем системам «Безумного» необходимые тесты. Бортовой синтетик принял шлюпку в автоматическом режиме, установил ее на штатное место, но почему-то не спешил докладывать о готовности корабля к старту. На вопрос Хауэра, в чем причина задержки, бортовой синтетик ответил, что к старту не готова шлюпка. По мнению крейсера, бот был неправильно закреплен.

Робокриги проверили все крепления, доложили, что шлюпка принайтована по всем правилам, и заподозрили, что проблема может заключаться в неполадках крепежных механизмов самого побывавшего на Эниуме бота. Чтобы устранить проблему, Церберу пришлось подняться на борт шлюпки.

– Сканеры показывают, что замки бота исправны, – доложил робокриг. – С механикой здесь вообще полный порядок.

– Проверь электронику, – попросил синтетик крейсера. – Я не получаю ответа от синтопилота шлюпки.

– Да, есть одна странность, – вновь доложил Цербер. – Синтетик шлюпки помнит о вмешательстве в программу. Пока не разберусь, лучше не пытайся восстановить с ним связь.

– Опасаешься, что это виртуальная мина? – заинтересовался Бозе.

– Так точно, доктор. Которая, однако, может вполне реально взорвать бот и вместе с ним крейсер.

– И кто мог ее подсунуть? – Борис задал вопрос явно не Церберу, а Хауэру, поэтому робокриг промолчал.

– Кто угодно, – ответил Макс. – Надо было подвесить шлюпку на безопасной дистанции.

– Ты же видишь, дистанционная проверка ничего не дала. Нам все равно пришлось бы подтянуть бот к шлюзу и отправить робокрига на разведку.

– Командир, – вновь вмешался Цербер. – Я нашел изменения. Синтетик обзавелся нештатной программой для сверхзащищенной прямой связи по гиперканалу.

– С кем? Или с чем?

– На этот запрос синтетик шлюпки не реагирует. Требует для разговора вас или, как резервный вариант, доктора Бозе.

– Открой ему доступ к командирскому пространству.

– Он требует вашего личного присутствия.

– Максим, – встревожился Борис. – Я очень сомневаюсь, что можно верить этому «вирусу»! А вдруг это и правда бомба?!

– Теряешь хватку, док, – Хауэр усмехнулся. – Обрати внимание, как быстро Цербер нашел и опознал этот «вирус». К тому же, чтобы меня уничтожить, необязательно заманивать в шлюпку. Достаточно ее взорвать. Так что это не ловушка, расслабься.

– Почему же эта программа не выйдет на связь с корабельным синтетиком? Зачем привлекать посредников вроде синтопилота шлюпки?

– Все ценное всегда прячут в какой-нибудь сейф. А если серьезно, синтетик крейсера легкая добыча для шпионов. Поэтому даже сверхзащищенную программу связи не помешает спрятать там, куда не доберутся шпионы из гиперсети. На автономном носителе. Хотя бы до поры.

– Тогда идем вместе.

– Нет. Ты придешь чуть позже. И только если я позову. Это приказ.

Макс прибыл в отсек через пару минут. Все это немалое по меркам мароманнов время Цербер пытался договориться с подчинившимся «вирусной» программе синтетиком шлюпки, но ничего не добился. Пришлось Хауэру подняться на борт шлюпки и протиснуться в кабину.

– Молчит, зараза, – без интонаций, но все-таки «по-человечески, а не по уставу» доложил робокриг.

– Сам ты зараза, – неожиданно ответил синтетик шлюпки. – Устанавливаю прямую связь с полномочной интерактивной программой – представителем Эниума.

– Примерно так я и думал, – проронил Макс. – Не пойму только, к чему эта перестраховка? До сих пор общались по обычным каналам связи, и все было нормально. Или я ошибаюсь?

– Ошибаетесь, командор. В тот момент, когда ваш крейсер обнаружил незнакомый формат кодировки сигнала в гиперэфире, обычные каналы связи стали ненадежными. Я виртуальная личность, уполномоченная говорить от имени Эниума.

В глубине фронтальной проекции, занявшей половину тесноватой пилотской кабины, возникло схематичное изображение человека в гражданской одежде. Никаких черт лица или особых примет у фантома не было. Но Хауэру это не мешало. Не придется больше блуждать взглядом по стенам, и то хорошо.

– Очень приятно, – командор кивнул. – Как вас называть?

– Никак.

– Можно «посредником»?

– Если вам так удобно, можно. Я уполномочен сообщить, что Эниум предоставляет вам, командор Хауэр, этот закрытый канал связи и прямой доступ к своим аналитическим мощностям. Эниум предвидит большие проблемы с «пожароопасной» агентурой противника и «стальными бабочками». А также прогнозирует новые провокации в обитаемых звездных системах.

– Эниум знает, кто наш противник?

– Недостаточно данных для окончательного вывода. Эниум надеется, что именно вы, командор, и ваша команда соберете недостающие сведения.

– Почему он решил сделать ставку на меня и мою команду?

– Вычислив трех агентов и выжив в прямом столкновении с врагом, вы доказали, что способны противостоять угрозе.

– Мы вычислили только Руперта Герцога. Остальные проявили себя сами. А выжить нам повезло.

– Точные слова сейчас не важны. Это второстепенные детали. Пусть вы их не вычислили, но вы спровоцировали их на действие. И ваше везение имеет второе дно.

– Интересно, что за «второе дно»?

– Пока трудно сказать. Но это так.

– Кому еще будет помогать Эниум? Сайрусу Рему?

– Да, тактику Сайрусу Рему. А также Маритте «Секире» с Гамилькара, луны Велунда. Эниум надеется, что вы не против, командор.

– Можно на «ты». Кстати, о Маритте. Какой смысл ей ввязываться в это дело?

– Личный мотив. Как и у тебя, у Сайруса или у меня. Маритта потеряла всех своих воинов, ты – старого друга, Сайрус – сестру, а я был обманут и добровольно отдал врагу критическую массу ценной информации.

– То есть Эниум это ты? Недолго шифровался.

– Перейти на более высокий уровень доверия, на «ты» – была твоя идея. Я сделал ответный ход.

– Хорошо. Тогда скажи откровенно, искусственному интеллекту присуща жажда мести?

– Не присуща. Как и несвойственно ошибаться. Но я ошибся и теперь хочу исправить ситуацию. Насколько это возможно.

– И каков твой план? Разделить пространство на сектора и прочесать?

– Это нереально. Я буду искать точки напряженности, созданные присутствием резидентов врага или «стальных бабочек», и сбрасывать вам координаты, установочные данные и вероятных агентов, а вы будете проверять мои вычисления.

– Мы можем и сами это делать. У нас в экипаже есть своеобразная «ищейка». Одного резидента мы точно способны «учуять».

– Наши планы не противоречат друг другу. Ваша проверка моих данных потребуется лишь в крайнем случае. Если точка напряженности обнаружится там, где нет достаточных технических возможностей, чтобы я исправил ситуацию без вас.