Хирург на районе (Записки районного хирурга) - Правдин Дмитрий - Страница 64

В мультфильме «Приключения Чипполино» главный злодей сеньор Помидор произносит: «Вы стали больше дышать — надо ввести налог на воздух». Я говорил так: «Хирурги стали меньше писать — надо добавить им писанины!»

По идее, я должен был быть освобожденным заведующим — не вести больных, только оперировать и консультировать. Но это в теории. А на практике у меня был Саныч, который загибался на приеме, и Артур — лор-врач, у которого было пять коек в хирургии; конечно, я должен был продолжать работать, как и всегда.

Старожилы отделения иногда рассказывали о тех временах, когда врачебный штат был полностью укомплектован, и заведующий не вел больных, а только оперировал и руководил. Я только надеялся, что когда-нибудь тоже так смогу.

Первого августа сразу после утренней планерки позвонил главный врач:

— Дмитрий Андреевич, вы можете сейчас ко мне подойти?

— Да, могу, а что случилось? — миролюбивый тон Тихого настораживал.

— Да не волнуйтесь, все нормально, тут к вам молодое пополнение прибыло, хирург и травматолог! Зайдите ко мне, я вас познакомлю.

— Уже в пути!

«Наконец-то дождались! И хирург, и травматолог, можно наконец расширить диапазон травматологических операций, наверняка молодой специалист поделится новшествами, и дежурить на дому будем по неделе в месяц, раз нас теперь больше!»

Такие примерно мысли возникли у меня в голове, пока я шагал от ординаторской до кабинета главного врача.

— Дмитрий Андреевич, вот к вам молодые врачи прибыли! — радостно сообщил Тихий после традиционного приветствия. — Прошу любить и жаловать! — главврач указал на диван, где сидели два парня. — Вот, ребята, познакомьтесь, это наш заведующий хирургическим отделением Дмитрий Андреевич Правдин. Он будет вашим непосредственным начальником.

— Юрий Александрович Ветров, хирург, — отрекомендовался один из парней.

— Степан Анатольевич Брыу, травматолог, — представился второй.

— Рад, очень рад! — улыбаясь, произнес я, пожимая крепкие руки.

Вновь прибывшие оказались плотно сбитыми крепышами невысокого роста, лет 23–25. По тогдашней моде они оба стриглись очень коротко, практически налысо и издалека были очень похожи.

— Ну, давайте, ребята, идите с Дмитрием Андреевичем, он покажет вам отделение, поликлинику, познакомит с коллективом, а потом ко мне, напишете заявление, и решим насчет жилья, — произнес главный врач.

— Николай Федорович, так мы где жить будем? — поинтересовался травматолог. — У меня же семья: жена, сын.

— Ну, пока первый месяц в общежитии, а там заключим договор с теми, кто квартиры сдает, и снимем вам жилье.

— А нам жилье в собственность обещали! — недовольно протянул хирург. — Сказали, как приедем, сразу отдельную квартиру дадут.

— Раз обещали — будет! Но придется немного подождать.

— Сколько ждать? — спросил травматолог. — И какая у нас будет зарплата?

— Ну, в течение месяца-двух постараемся решить, а вы пока работайте. Насчет зарплаты обсудим. Сходите в отделение, я пока приглашу главную экономистку, и прикинем, сколько вы получать будете.

«Да, странные ребята, не успели приехать, уже права качают, и жилье им отдельное, и зарплату, — подумал я. — Хотя в принципе они правы, если пообещали отдельное жилье, так выделите! Шесть лет их ждали, можно же было подсуетиться за это время. Ладно, посмотрим их в деле».

— Ну что, доктора, пошли в отделение! — скомандовал я.

Провел новичков по поликлинике, по отделениям, познакомил с персоналом. Похоже, первое впечатление у ребят сложилось не слишком радужное; особенно им не понравилось, что больных приходится самим таскать по узким лестничным пролетам.

— А что вы, санитаров не можете нанять? — буркнул тот, кто назвался хирургом. — Этак же грыжу можно заработать. У нас вообще охранники таскали!

— Ставки санитарские есть, но кто за такие копейки пойдет работать? Водителям «скорой» доплачивают, если они помогают, когда привозят больных; а если с приема или с этажа на этаж перекинуть надо, то сами.

— А я хирургом устраиваюсь, а не санитаром! Почему я должен таскать больных?

— Слушай, хирург, у нас все носят, и я, и анестезиолог, и лор!

— А почему я должен бесплатно их таскать?

— Не таскай, раз такой гордый, — пожал плечами я. — Стой рядом и смотри, как сестрички и санитарки будут пупы надрывать.

— Да я не отказываюсь, только весь труд должен оплачиваться!

— Вот и отлично. Сейчас с главным врачом будешь условия трудового договора обсуждать — попроси, чтобы тебе персонально доплачивал санитарские. Только учти, не только в одной хирургии будешь таскать, но и в терапии, в гинекологии, в общем, по всем отделениям!

— Ну и порядочки у вас!

— Послушай, Юрий Николаевич, — я старался говорить очень сдержанно. — Ты еще не вылечил ни одного больного, а уже столько потребовал! И квартиру отдельную, и зарплату высокую, и больных не носить…

— Ну, квартиру и зарплату нам пообещали, а больных я буду помогать носить, что вы уж так сразу!

— Да ничего. Ты прояви себя, покажи, на что способен, а потом требуй! Я три года ходил за заведующим, что до меня тут был, учился у него мастерству, потому что хирургия — это прежде всего мастерство. И у меня и в мыслях не было права качать. Стань хорошим специалистом, а потом требуй свое. А сейчас за что тебе платить? За красивые глаза? Или за то, что осчастливил нас своим приездом? Так, знаешь, без тебя тут жизнь не кончится.

— Так, может, мне уехать? — с вызовом выпалил хирург.

— А это твое дело. Будешь новым рекордсменом по продолжительности работы в нашем отделении. Предыдущий рекорд — три дня!

— А я еще, между прочим, и заявление на работу не писал!

— Вот и подумай хорошо, стоит тебе здесь работать или нет. Здесь районная хирургия, много непривычного.

— Не надо меня пугать трудностями, я за ними и приехал!

— И будет тебе по желанию. А ты чего молчишь? — обратился я к травматологу.

— А чего говорить? Оперировать самостоятельно дадите — останусь.

— А что, в ординатуре не давали?

— Нет, вообще ни одной операции сам не сделал. Два года на крючках провисел.

— А что так? Инициативу не проявлял?

— Проявлял, еще как! Только все плановые операции идут за деньги, а по экстренке своих желающих хватает. Там же в основном заведующий и оперирует, а остальные после лечат.

— Да, насыщенная у тебя ординатура была, ничего не скажешь. А почему за деньги плановых больных оперируют? У нас медицина вроде бесплатная?

— Ой, где это бесплатная? У вас, может, в деревне и бесплатная, по страховым полисам, а в городе — нет! Экстренных оперируют, а у плановых если денег нет, то найдут кучу противопоказаний, чтоб не делать, и домой отправят — деньги искать. В общем, два года я только ассистировал, сам не работал.

— Так, с тобой все понятно, будем учить заново. Ну а ты, гений хирургии, со скальпелем дружишь?

— Ну, у меня ситуация получше, чем у коллеги. У меня папа заведующий кардиологии в областной больнице, а заведующий экстренной хирургии — его лучший друг, так что мне оперировать давали.

— О, так ты у нас из «золотой молодежи»? А для чего в район отправился? Романтики захотелось?

— Можно и так сказать, — не поддался на провокацию новенький. — А вообще захотелось самостоятельности, я разговаривал с вашим бывшим заведующим Ермаковым, он вас и порекомендовал.

— Ты знаешь Леонтия Михайловича?

— Конечно, он весной приезжал нас агитировать в ваш район ехать, а с июня стал заведующим абдоминальной хирургии областной больницы. Там с ним и общался, отличный мужик.

— И что он тебе такого рассказал, что ты решил из «золотого мальчика» стать чернорабочим хирургии?

— Да как есть, так и сказал, только не упомянул, что больных надо самим таскать.

— А так бы не поехал?

— Да поехал бы, куда деваться. А еще он сказал, что вы в первый год своей работы здесь сами резекцию желудка сделали, и успешно. Это правда?