Хирург на районе (Записки районного хирурга) - Правдин Дмитрий - Страница 62

Пришли понурые санитарки: двадцатилетние девчонки с опухшими, мятыми, но не потерявшими природной привлекательности лицами.

— Ну, что, красавицы, весело вам вчера было? Что молчите, носы повесили?

— А что говорить? — за двоих, без энтузиазма ответила Наташа.

— Ты вот, Наталья, сколько у нас уже работаешь?

— Два года почти.

— А ты, Тамара?

— И я столько же, мы вместе пришли.

— Два года работали, и все нормально было, да? Пока значит, Ермаков у руля был? А как я стал заведующим, то можно на ушах стоять? Можно ходить и людей фекалиями обливать?

— Да нет! Дмитрий Андреевич, — начала Наташа, — мы вас тоже сильно уважаем, просто так получилось!

— Мы не специально, — промямлила Тамара.

— О как! Не специально облили мочой! Нечаянно дерьмом измазали! Да?

— Ну, примерно так. Мы на самом деле не хотели! Просто напились вчера, а тут в окно смотрим, а эта сука Настя с терапии с Мишкой Ковалевым стоит, обнимается во дворе больницы, у всего народа на глазах, и ей даже не стыдно, а он мой парень был, мой! Понимаете?

— Понимаю, Тамара, ты успокойся и рассказывай все по порядку, не сбивайся и не уходи в сторону!

— Да не могу я успокоиться! Мы же с Мишкой пожениться собирались, уже заявление в ЗАГС подали, у нас через неделю свадьба должна была быть, а тут эта влезла!

— Как влезла?

— Ну, Мишка с ней до меня ходил, а потом они поругались, и он ко мне стал клинья подбивать. Мы год с ним встречались, год! Этой шалавы ни слуху, ни духу не было, а тут вот нарисовалась!

— Так что ее не было в поселке?

— Не было, куда-то завербовалась на год, говорят, в Чечню ездила по контракту. А тут перед самой свадьбой приехала и к Мишке прибежала: «Прости, Мишенька, не могу без тебя!»

— А он что?

— Снова с ней снюхался! А эта гадина специально к нам в больницу устроилась, специально! Мол, посмотри на меня, я медсестра, а ты санитарка занюханная! А мы, между прочим, с Натахой в юридическом на заочном учимся, уже на третий курс перешли. Думаете, мы всю жизнь санитарить будем?

— Нет, я так не думаю, — покачал головой я. — Вы как будущие юристы знаете, где вы будете, если продолжите в том же духе.

— Дмитрий Андреевич, это я Настю облила, Наташа тут ни при чем, она просто рядом стояла.

— Ну, ладно, одна делала. А без этого нельзя было обойтись?

— Да как-то так само собой получилось. Мы же когда Леонтия Михайловича провожали, почти и не пили, а когда все разошлись, мы посуду домыли и тоже собрались уходить, тут я Мишку с Настькой и увидела. Это я предложила пойти водки купить!

— Для храбрости жахнуть?

— Да, для храбрости! Вот, накатили мы и пошли в терапию, я знала, что она вчера дежурила. Я ей все объяснила мирно, чтоб она от Мишки отстала, что у нас свадьба скоро, а она не понимает, давай убегать, хотела в туалете спрятаться. Ну, в туалет я за ней забежала, она поскользнулась, упала на пол, я вижу, там «утки» полные стоят, ну и вылила на нее, — объяснила Тамара.

— И все?

— Ну, там сказала ей еще пару ласковых, но это уже не интересно. А Натаха даже пальцем ее не трогала.

— Да, и это будущие юристы! Боюсь, если вы конфликт не уладите, то вообще ими не станете.

— Как это?

— А вот так! Настя на вас заявление в милицию накатала и, думаю, краски не забыла сгустить, а Мишка тот вообще убить обещал.

— Кто, Мишка? — ухмыльнулась Тамара. — Да он тряпка половая, я еще и его в дерьме вывожу, пусть только сунется!

— Что ж, ты за тряпку замуж-то собиралась?

— Как что? Самый подходящий вариант, всю жизнь кофе в постель носил бы! Он и стирать, и готовить может, и прибираться.

— И к другой уйти, если та поманит, — кивнул я. — Не слишком-то выгодный муж. Ладно, пишите объяснительные, а там видно будет, что с вами делать.

— А мы ничего писать не будем, — сказала Наташа.

— Тогда и я вам ничем помочь не смогу. Из милиции придет запрос, я все им и отпишу — «недисциплинированны, асоциальны» и так далее.

— Дмитрий Андреевич, — отозвалась Тамара. — Хорошо, мы напишем, только если что, дадите нам нормальную характеристику? Что писать?

— А напишите, мол, был бытовой конфликт, пошли поговорить, Настя стала убегать, поскользнулась, да и опрокинула на себя фекалии. Чего их складировать в туалете, выливать надо!

— А что, можно разве так написать?

— Ну, вы же в туалете одни были, вас никто больше не видел?

— Вроде одни.

— Ну, и все значит, Настя вас оговорила! Вы же юристы! Нет свидетелей, нет обвинения!

— Ой, и правда! А что мы сами-то не дотумкали?

— Пить меньше надо!

— Да мы теперь вообще пить не будем! Спасибо, Дмитрий Андреевич! Мы все поняли, можно идти?

— Идите, только у меня к вам одно условие!

— Какое?

— Всем теперь говорите, что новый заведующий просто зверь. Так вас взгрел, что теперь на глаза ему боитесь попасться! Договорились?

— Обижаете! Вы нас так выручили, что мы ваши должники по гроб жизни, а теперь мы вас должны грязью поливать? Нет, мы не согласны!

— Девчонки, да что с вами? По длинной шее, да по короткой резьбе пока дойдет, да?

— А? — недоуменно переглянулись Наташа с Томой.

— А еще в институте учитесь, хоть и заочно! Где ваша смекалка? Ну? Я вам не помог, а наоборот — от-ру-гал! — по слогам произнес последнее слово для большей убедительности. — Усекли?

— А-а! Поняла! — первой пришла в себя Тома. — Я все поняла, вы…

— Все, идите! — прервал я ее. — По дороге подружке все растолкуешь, а то у меня еще дела, и так столько времени на вас потратил.

Решив вопрос с санитарками, я позвал Саныча, и мы отправились на обход. После Бурлаков ушел на прием, а я занялся перевязками. Но внезапно нарисовалась Анастасия Романовна, и ее сердитое лицо не сулило ничего хорошего.

— Дмитрий Андреевич, можно вас на пять минут, — сдержанно проговорила она.

— Что-то срочное? А то я перевязками занят.

— Ничего, перевязки подождут! Это срочно.

— Ну, пойдемте, раз срочно! — пожал плечами я.

— Дмитрий Андреевич, — начала старшая медсестра. — Вы, конечно, замечательный доктор, хирург от бога, заведующий нашим отделением, но всему есть предел!

— Вы о чем, Анастасия Романовна?

— О чем? Да о том, что я просила вас просто поговорить с девочками! А вы что?

— А я что?

— А вы довели их до таких горьких слез, что уму непостижимо! Они обе рыдают и рассказывают, какой вы зверь! Никогда бы не подумала про вас такое! Правильно люди говорят, что кресло начальственное сильно меняет человека! Первый день в заведующих, и уже слезы у персонала! Что же дальше будет?

— А когда вы с ними успели поговорить?

— А сразу после вас! Они вышли из ординаторской, а на них лица нет! Вы чудовище! И я вам не боюсь это заявить!

— Ну, не надо бросаться такими словами, — улыбнулся я.

— Дмитрий Андреевич, я не бросаюсь! Вы еще относительно молодой человек, это ваша первая руководящая должность, я не знаю, может быть, вы и главным врачом станете или даже министром здравоохранения, но подчиненных надо уважать! Да, да, уважать! Вот вы не с того сейчас начинаете!

— Анастасия Романовна, успокойтесь, все под контролем, — сказал я, думая, что девушки слегка перегнули палку.

— Под контролем говорите, а вы знаете, что девочки невиновны?

— Как невиновны, не пили, что ли? Мы их зря в чем-то предосудительном обвинили? В том, в чем эти ангельские создания не замешаны? — изобразил я на своем лице удивление.

— Нет, пить-то они как раз и пили, но фекалиями никого не обливали, это их Настя оговорила!

— А вы откуда узнали?

— Я-то узнала, а вы бы вместо того, чтоб на них орать, поинтересовались, что к чему!

— Да я спрашивал, но про это они ничего не говорили!

— Знаю, как вы спрашивали! Вы даже бедным девочкам и рта не дали открыть! Только кричали!

— Стоп, Анастасия Романовна, вот вас же там не было, как вы судите?

— Не было, — согласилась старшая. — Но мне достаточно было на их испуганные лица взглянуть, чтоб во всем разобраться! Я не знаю, что конкретно вы им говорили, но суть ясна!