Не будите спящего дракона! Сага о Драконах. Трилогия - Уласевич Светлана Александровна - Страница 249

Виктор внезапно вздохнул с облегчением и выпрямился. На его голове красовалась полная корона дома Драконов. В отличие от княжны, наследник держал себя не так царственно и изящно. Наверное, сказывалось отсутствие опыта.

— Тяжелая, зараза! — пожаловался он. — Как ты ее носишь?

— Ты привыкнешь, — успокоила его княжна.

— Вот уж честно, не собираюсь! — фыркнул он, пытаясь снять корону, но та не поддавалась.

— Я признаю тебя своим наследником, — серьезно произнесла княжна. — Если со мной что-нибудь случится, она автоматически перейдет тебе. Даже если корона будет далеко, она телепортом вернется к тебе. Она тяжелая для того, чтобы ты помнил, что власть — большая ответственность. Ты должен заботиться о своих подданных и людях, доверившихся тебе.

Я замер. Все выученное мною раньше о драконах никак не соответствовало тому, что я только что услышал.

— Живи долго и счастливо! — прошипел бастард дома Драконов. — Меня вполне устраивает должность твоего казначея и брата!

Я снова обалдел. Кузен княжны был наглым, вредным сукиным сыном, но при этом он не врал, когда желал своей главе долгих лет жизни и процветания! Это просто какие-то неправильные драконы.

— Нашему дому нужен наследник, — твердо отрезала Света. — И ты им стал. Если со мной что-нибудь случится, ты станешь правителем!

— Надеюсь, это никогда не произойдет!

— Обещай, что, если мне будет угрожать опасность, ты в первую очередь позаботишься о своей сохранности.

— Свет, ну что за бред?

— Обещай!

— Не смей мне приказывать! — повысил голос ее собеседник.

— Это ты не смей пререкаться с главой дома! — прошипела княжна. — Я приказываю тебе, и мой приказ обжалованию и нарушению не подлежит! Если мне будет угрожать опасность, ты позаботишься о своей безопасности.

С бастардом дракона происходило нечто странное. Его словно ломало изнутри, из носа Виктора потекла кровь, он припал на одно колено, но упорно молчал. Княжна же нависла над ним и тихо повторила:

— Это приказ!

По ее лицу катились слезы, но она продолжала стоять на своем:

— Я приказываю тебе, младший! Повинуйся.

Виктор молчал, внезапно из его горла вырвался крик, словно его разрывало на куски, затем он сломанной куклой упал на траву и принялся кататься из стороны в сторону.

— Вик! Пообещай! Не мучай меня!

— Никогда! — простонал тот. — Никогда не брошу сестру в беде.

— ОБЕЩАЙ! — Голос княжны эхом раздался по окрестностям. — Не заставляй дом Драконов терять обоих. Если будет угрожать опасность мне, ты позаботишься о себе, и тогда мои жертвы не будут напрасными!

Виктор снова взвыл и словно против воли прошептал:

— Обещаю, госпожа.

— О каких жертвах речь? — хмыкнул подошедший полуэльф. — Мы будем жить долго и счастливо! Правда?

— По крайней мере, постараемся, — серьезно кивнула княжна. — Но никогда не поздно подстраховаться на всякий случай.

— Что обо всем этом думаешь? — подсел ко мне Мортифор.

— Она явно что-то затеяла, — озаботился я.

— Я не о том, — отмахнулся оборотень. — Что ты думаешь, когда глядишь на дракона?

— Что эта та еще гадина.

— А еще?

— А что еще? — обернулся я к другу.

— А тебе никогда не приходило в голову посмотреть на нее как на лабораторно выведенную тварь?

— Ты совсем со своими опытами тронулся, — буркнул я.

— Нет, — серьезно мотнул головой Мортифор. — Посмотри на нее. Существуют драконы, драконы бывают разные. Тебе доводилось сталкиваться с тем, чтобы один вид животных одновременно существовал как бы на разных этапах эволюции?

— Кроме твоих экспериментальных образцов?

— Райдер, отбрось скепсис и посмотри внимательней. Существуют крылатые трехтонные ящеры. Есть те, кто умеет говорить. Кто-то из них даже может превращаться в человека. Это как будто образцы разных серий.

— Неудачная, более удачная и самая удачная?

— И совершенная, — улыбнулся Мортифор. — Она живет в человеческой ипостаси, она не сохраняет своего огромного веса, экономична в движениях. Она идеальный маленький убийца. У нее устранены недостатки предыдущих версий.

— Ты судишь субъективно, но в твоих словах есть резон.

Я задумался. А ведь действительно, эти драконы совершенно отличались от всех виденных и изученных мной. У княжны присутствуют типичные для ящеров черты, но недостатки и уязвимые стороны практически отсутствуют. Но если она — лабораторная зверюшка, то кому понадобилось все это?

— Мортифор, к чему ты ведешь?

— А ты никогда не думал, что тебя послали уничтожить чей-то проект?

— Я исполнитель, — пожал я плечами. — Мне не положено думать.

— Свету надо спасти, — тряхнул головой Мортифор.

— Поживем — увидим, — пробормотал я, не желая давать ложных обещаний. Я твердо знаю, что, если на кону будет жизнь драконессы против жизни Мортифора, я не колеблясь выберу друга. И пусть скорее всего буду жалеть, что не уберег гадину, я все равно спасу друга. — До чего еще ты додумался, мой башковитый друг? Если она — лабораторный вид, то кто взят за первооснову?

— А ты не догадываешься? — выгнул бровь Мортифор.

— Считай, падение в овраг повредило мою голову, — напомнил я про коварство драконессы. Пусть не расслабляется. — Так кто исходник драконов?

— Оборотень.

— Что? — поперхнулся я воздухом.

— Оборотень, — спокойно повторил Мортифор. — Дракон — это вариация оборотня. У нас схожие признаки расы. Например, и я, и Света способны жить в любой из ипостасей неограниченное время, мы оба обладаем промежуточной трансформацией. Мы исцеляем собственной кровью, но тот, кому мы даем кровь, приобретает над нами огромную власть. Кроме того, мы способны скрещиваться и давать нестерильное потомство. Это говорит о том, что у нас одинаковый набор хромосом. Что касается недостатков, то их как будто специально убрали. У моего вида непереносимость серебра, дракону хоть бы хны. Мой вес неизменен в любой ипостаси, Света может наращивать до трех тонн, черпая из энергетического резерва. Наши магические способности практически одинаковы, но магия дается драконам гораздо легче. Они словно дышат ею. Что для меня достигается с помощью ритуала, Свете достаточно лишь пожелать. При превращении мне надо раздеваться, Светина одежда всегда остается при ней. Мои раны исцеляются не так быстро, как ее. Да и вообще, за внешней хрупкостью прячется существо гораздо более живучее, чем я. Где я сдохну, Света получит тяжелые ранения, но оклемается.

— С чего такая информация? — насторожился я. Врага надо знать в лицо. Если она такая живучая, то как ее убить?

— Света уже умирала. Я извлек ее душу далеко за гранью. С оборотнем я бы такого сделать не смог.

Ого! Ничего себе жизненная сила. Стоп! Тот, кто шагает так далеко за грань, рискует жизнью!

— Свихнулся?! Ты мог погибнуть!

— Ага, — кивнул Мортифор, — я тогда сутки пластом провалялся рядом со Светой. Еле оклемался. Но это того стоило, ты не представляешь, какое это счастье — спаси человека.

— Дракона, — машинально поправил я. — Она — нелюдь! Не забывай об этом.

— Райдер, — обернулся ко мне Мортифор, — а я ведь тоже не человек!

— Ты для меня свой, — пояснил я. — А она чужая. Кстати, ты защитил себя от дракона?

— Света — моя жена. В нас течет кровь друг друга. Мы не можем причинить друг другу вред.

— А что твои нежно любящие тебя шурины? От них ты защитился? Или ты думаешь, что они побоятся расстроить сестричку?

— Когда Вик принес мне Свету, то в залог предоставил свою жизнь. Хотя это не помешает ему причинить мне вред. Если честно, я не знаю, что их останавливает. Скромно надеюсь, что Света.

— Ты — идиот! — припечатал я. — Всегда знал, что любовь отрицательно сказывается на мозгах! Морт! Очнись! Надеешься, что такое же разжижение в голове у драконессы? Так я еще не забыл, как выползал из оврага поцарапанный, злой и искусанный какой-то незнакомой гадостью. И не говори мне, что я не свой! Для драконов чужим является всякий, кто не их вид. Они даже свой вид чужими считают!