Монах: время драконов - Ши Роберт - Страница 28

Государство не сможет быть таким, как прежде. Этот дворец был построен четыреста лет назад Камму, предком Такаши. С того времени он оставался центром гармонии и покоя для всей империи. Теперь он был залит кровью и усеян изуродованными телами. Императору, несомненно, удастся пережить эти великие перемены, сотрясающие страну, но он не будет править, как и его министры. Тот, кто будет править в будущем, будет править мечом.

Люди молили о помощи, некоторые – о быстрой смерти, другие стонали в беспамятстве. Некоторые из оставшихся самураев Муратомо бродили в поисках павших товарищей, стараясь помочь раненым. Другие ходили от одного раненого Такаши к другому, перерезая им горло, проливая еще больше крови на белые камни. Некоторые делали то же с Муратомо, чтобы избавить их от мучений. Дзебу взглянул на свои забрызганные кровью доспехи.

К нему подошел молодой Хидейори, вытирая меч белой тканью:

– Лучше собрать этих людей, шике. Такаши могут напасть в любой момент.

– Ты заметил это? Молодец, Хидейори-сан. Из тебя получится хороший военачальник.

Хидейори улыбнулся, но глаза его остались холодными и отсутствующими, как всегда.

– Ты видел это, и я видел это, но мой отец не видел. Мой отец… – Он замолчал, качая головой.

– Их будет слишком много для нас, – сказал Дзебу.

– Мы сможем удержать внутреннюю территорию. Или, по крайней мере, Парадный Дворец.

– Да, и последний из нас сможет поджечь его.

– Почему нет?

– Бессмыслица. Я доставлю тебя к твоему отцу живым.

– Глупое обещание, которое невозможно выполнить.

В этот момент наблюдатель на внутренней стене испустил пронзительный крик тревоги, и их снова охватила буря. Невозможно было остановить Такаши, взбирающихся по осадным лестницам, устанавливающих свои кроваво-красные знамена на парапетах, потом падающих со стен, как рой жуков на тутовое дерево.

– Сюда! – крикнул Дзебу. Сопровождаемые примерно пятьюдесятью самураями Муратомо, они с Хидейори ворвались в неохраняемые ворота, которые вели в северную часть территории дворца. Самураи Такаши гнались за ними.

Половина самураев Муратомо, вынужденных драться без команд, остановились, развернулись и выстроили линию обороны, чтобы сдержать Такаши, Дзебу заметил увенчанный драконом шлем Кийоси в воротах, через которые он только что убежал. Толпа Такаши набросилась на линию Муратомо. Потом Дзебу уже ничего не видел.

Они бежали между жилых императорских домов, окружающих маленький парк в северо-западной части территории. Бежавшему рядом с Дзебу самураю в спину воткнулась стрела, и он упал в пруд. На них смотрели испуганные служанки и фрейлины. Некоторые были сторонницами Муратомо и задавали отчаянные вопросы, которые Дзебу и самураи пропускали мимо ушей.

За жилыми постройками Дзебу увидел конюшни. Времени седлать лошадей не было. Тяжело дыша, выдыхая пар, воины вскочили на голые спины животных. Всего была дюжина лошадей. Те самураи, которым лошадей не досталось, развернулись и построились, чтобы сдержать преследователей.

Они поскакали к северо-восточным воротам наружной стены. Мимо головы Дзебу с пронзительным свистом пронеслась стрела «жужжащая луковица», выпущенная кем-то из Такаши. Дзебу решил, что, если Такаши догонят их, он будет сражаться с ними у ворот, чтобы дать Хидейори время убежать.

Они вырвались из ворот и яростно поскакали по улицам города. Испуганный вол, запряженный в повозку, отскочил с их пути и вломился в ближайшую стену. Кому понадобилось выезжать на улицу в такой день? Позади них расщеплялись о мостовую стрелы. Дзебу направил свою лошадь к низкой стене, на которую наткнулся вол. Он перескочил через нее, за ним последовали Хидейори и еще шесть самураев. Они поскакали по парку какого-то знатного жителя столицы мимо испуганно кричащих слуг.

Через короткое время они затерялись среди домов аристократии Хэйан Кё. Погоня, видимо, была отозвана назад. На данный момент Такаши получили то, что хотели, – дворец.

Несколько часов спустя, настороженно кружа по улицам, они нашли основные силы воинов Муратомо. Домей был утомлен и печален. Силы его были сильно истощены, не только из-за потерь, но из-за заблудившихся в городе воинов, а также тех, кто потерял присутствие духа и убежал.

Пока Дзебу и Хидейори искали его, Домей слишком поздно понял, что Такаши со всех ног несутся обратно во дворец. Его люди, вернувшись к воротам, обнаружили там армию, намного превосходящую числом их собственную. Потом они прошли через город в надежде атаковать Рокухару, но цитадель Такаши была занята Согамори с еще большими силами самураев. Домей прикинул, что вместе с людьми в Рокухаре и союзниками, прибывшими в столицу из сельской местности, в городе находится около сорока тысяч самураев Такаши.

– Они удерживают императорский дворец. В их руках император и отставной император. Их величества провозгласили Такаши своими защитниками, а нас – преступниками. Все вышло прямо противоположно моим надеждам. – Внезапно он поднял голову и улыбнулся, почти весело. – Много раз сокол падает камнем и взлетает с пустыми когтями. Тогда ему приходится улетать и начинать все сначала.

Дзебу взглянул на Хидейори. Пятнадцатилетний юноша смотрел на отца оценивающим взглядом, который был почти презрительным.

Несколько часов спустя армия Муратомо уходила из Хэйан Кё через одни из западных ворот. Усталые самураи время от времени оборачивались, ожидая преследования Такаши. Дзебу ехал рядом с Домеем. Один из старших братьев Хидейори лежал в запряженной лошадью повозке, его правая нога была почти отрублена. Дзебу позаботился о нем, применив средства зиндзя: порошок для очистки раны и шину, чтобы остановить кровотечение.

Когда они достигли густого леса у основания гор к северу от Хэйан Кё, начался снегопад.

– Мы должны разойтись, – сказал Домей. – Мои старшие сыновья отправятся со мной. Но ты, Хидейори, должен уйти подальше от рук Согамори. Поскольку Дзебу благополучно вывел тебя из боя, вверяю тебя ему.

Домей повернулся к Дзебу:

– Господин Шима-но Бокуден из Камакуры является моим тайным союзником. Это не слишком хороший союзник – он клянется в дружбе обеим сторонам. Но он сможет понять, что Хидейори будет для него слишком ценным приобретением, и только он достаточно силен и находится достаточно далеко, чтобы защитить Хидейори от Такаши. – Домей тяжело вздохнул. – Мой младший сын, Юкио, остался в столице. Я не могу спасти его. Быть может, Хидейори останется последним из нас. В нем будущее клана Муратомо.

Дзебу кивнул, ошеломленный признанием, что расчетливый господин Бокуден, отец Танико, был в союзе с Муратомо. Быть может, это было причиной того, что он доверил одному неопытному зиндзя сопровождать свою дочь по территории Муратомо до Хэйан Кё. И по этой причине на них напали всего один раз. Но Дзебу был согласен, что господина Бокудена нельзя считать очень надежным союзником.

Когда Хидейори ушел, оставив Домея и Дзебу наедине, Домей позволил себе сникнуть.

– Я был глупцом, шике. Я помог Такаши уничтожить моего отца, а теперь уничтожил себя и сыновей. Я все сделал неправильно. Сейчас я должен радоваться смерти.

– В моем Ордене, – сказал Дзебу, – нас учили, что все едино. Победа или поражение, жизнь или смерть – все едино. Действие – это все, результат – ничто.

Домей покачал головой:

– Вера в это могла бы успокоить меня, но поверить я не могу. Ступай, Дзебу.