Здравствуйте, я Ваша золушка! - Климова Юлия - Страница 35

    – Мне кажется… – она смутилась, но решила не отступать, – мне кажется, к выбору жены нельзя подходить так…

    – Планово?

    – Да.

    – Понимаю ваш романтичный настрой, но выражу свое несогласие. Планировать в жизни нужно абсолютно все! Абсолютно. – Герман Александрович откинул голову назад, и слипшиеся волосы блеснули гелем. Раздув щеки, он повел Сашеньку вправо, затем картинно развернул, видимо, позабыв о том, что танцует не танго, и добавил: – наш брак – дело решенное, если, конечно, в вашем роду не было душевнобольных. На своих наследников я, знаете ли, делаю огромную ставку.

    «Ну, – подумала Сашенька, – Галина Аркадьевна и Света, конечно, не подарок судьбы, но на душевнобольных не тянут».

    – С моими родными все в порядке, – буркнула она, пытаясь подстроиться под темп Кобякина. Музыка стала стихать, и Саша вздохнула с облегчением – танец заканчивался.

    – Замечательно, – обрадовался тостяк. – Заметьте, меня не интересует достаток вашей семьи, я вполне смогу обеспечить и вас, и ваших родителей. Я человек щедрый и порядочный – вы не будете ни в чем нуждаться. Моя жена должна производить хорошее впечатление в обществе, я уже прикинул, каким должен быть ее, то есть ваш, гардероб и подготовил смету на украшения…

    Дальше Сашенька уже ничего не слышала, потому что увидела Сергея. Он кружился в паре с той самой роскошной медноволосой девушкой, которая сидела за столиком прессы на низком балконе.

    Столик прессы… Она идеально красива… Вероника Сотникова…

    Имя вспыхнуло так неожиданно резко, что Сашенька остановилась. Танец закончился, и ее реакция не показалась Герману Александровичу странной.

    – Я с удовольствием провожу вас, – протянул он, кивком благодаря за вальс.

    – Спасибо, – тихо ответила Сашенька.

    О Веронике Сотниковой она практически никогда не думала – личность бывшей модели, ныне редактора журнала «Кисс», была далекой и нереальной. Разговор с Мариной забылся, оставив в душе легкий налет волнения и недоумения. А теперь…

    Так вот она какая – успешная Ника Сотникова – девушка, не пожелавшая выходить замуж за Сергея… Но они не расстались, не разругались… вальсировали, будто между ними не случилось ничего тягостного…

    – Сейчас будет ужин, – бубнил тем временем на ухо Кобянин, – а затем продолжится танцевальная программа, я обязательно приглашу вас, Саша, и мы еще поговорим. Нам еще многое нужно обсудить.

    – Хорошо, – обреченно ответила Сашенька, очень надеясь, что ее пригласит кто-нибудь другой и тем самым спасет от этого брачного кошмара.

    Когда Сашенька вернулась к Марине и Белозерцеву, стол уже был накрыт: небольшие тарелочки с легкими закусками расположились двумя полукругами, в ведерке со льдом полулежала бутылка шампанского, рядом стояли бутылка вина и бутылка коньяка.

    – Краб с авокадо, башенка с моцареллой, маринованное филе говядины, кокот из лесных грибов с трюфелем и курицей, – частично перечислил блюда Андрей Юрьевич, – что тебе положить, Саша?

    – Кокот, – ответила она, рассчитывая, что им окажется пестрая закуска, разложенная на зеленых листьях салата.

    Не угадала.

    Через двадцать минут Сашенька могла похвастаться тем, что перепробовала абсолютно все. Сначала она стеснялась, а потом, встретив лучистый взгляд банкира, сидящего неподалеку, нервно принялась есть. Так было вкусно, что она уже не смогла остановиться.

    – А у тебя появился ухажер, – усмехнулась Марина, отправляя в рот тонкий треугольник сыра. – Глаз от тебя не отводит.

    – Я больше не хочу с ним танцевать, он какой-то… странный, – пожаловалась Сашенька, раздумывая – рассказать про его планы или нет. Марина, наверное, посмеется, да она бы и сама посмеялась, если бы на горизонте не маячила перспектива испорченного вечера. А вдруг он и правда будет ее приглашать на каждый вальс, польку или галоп? Она не слишком хорошо выучила танцы, но Германа Александровича это вряд ли остановит.

    – Не волнуйся, – разливая шампанское, сказал Белозерцев, – ты будешь танцевать только с тем, с кем посчитаешь нужным, я за этим прослежу. И не бойся отказывать.

    Сашенька заметила, как напряглась Марина. Неосторожно брякнув вилкой о тарелку, она вздернула подбородок и потянулась к бокалу. Она расстроена? Но почему?

    Уже через полчаса грянула полька, и народ, не желая засиживаться после вкусных и сытных блюд (которые значились в меню почему-то как легкая закуска), охотно заторопился в центр зала. Германа Александровича Кобякина ничуть не смутил быстрый темп танца, он встал, откашлялся и зашагал вразвалочку к «будущей жене».

    Сашенька побледнела и нервно выпила полбокала шампанского. Но как только банкир подошел к столу, Андрей Юрьевич встал и холодно произнес:

    – Дама уже приглашена на два последующих танца, – взяв Сашеньку за руку, он увлек ее за собой.

    Герман Александрович, недовольно крякнув, повернулся к Марине.

    – Нет, – резко бросила она, не дожидаясь слов приглашения.

    Разочарованному банкиру оставалось только скрипнуть зубами и вернуться на свое место.

    – Помни о моем преклонном возрасте, – улыбнулся Андрей Юрьевич, когда они с Сашенькой встали напротив друг друга. – С прыжками у меня всегда было плохо.

    – Я тоже не очень умею, – радостно ответила она, отправив ему взгляд, переполненный благодарностью.

Пары понеслись сначала вправо, а затем влево. Многие сбивались, но это вызывало лишь задорный смех. Белозерцев смотрел по сторонам, пытаясь уловить рисунок танца, Сашенька делала тоже самое, но получалось все равно в разнобой.

    «Надо устроить нечто подобное на следующей корпоративной вечеринке, – тяжело дыша, подумал Андрей Юрьевич, – и надо обязательно пригласить госпожу Фокину – вот на что нужно переключать ее неуемную энергию». И еще он подумал, что галоп и мазурку его сердце уже не выдержит.

    – Спасибо вам! – эмоционально поблагодарила Сашенька, делая финт ножкой.

    – Не за что, – проскрипел Белозерцев, промокая платком лоб.

* * *

    Ника к танцам относилась прохладно, больше удовольствия она получала от демонстрации собственной персоны, новых знакомств и болтовни. Обойдя зал, поприветствовав подруг, она прошлась мимо ложи для VIP-гостей и, не встретив ни одного заинтересованного взгляда, устремилась к столику Сергея. Церемонию открытия бала он наблюдал, сидя рядом с ней, явно скучал и ждал второй части торжества, затем пригласил ее на вальс, а потом отправился ужинать к своим друзьям-приятелям. Раньше он так никогда не поступал – она всегда чувствовала его поддержку, они могли часами непринужденно беседовать, обсуждая разом кучу тем. Обиделся? Не простил отказа? В том-то и дело, что нет! Он вовсе не притворялся, ему действительно рядом с ней было скучно… И это казалось невероятным… и откровенно расстраивало.

    – Ну, как тебе вечер? – она села на стул, закинула ногу на ногу и пригладила рукой шелк платья. – Когда же принесут десерт, он всегда такой вкуснющий.

    – Вполне, – Сергей налил для Ники шампанское в чистый бокал и вернул бутылку обратно в ведерко. – Первый раз я не жалею, что пришел.

    Она проследила за его взглядом и удивленно приподняла бровь.

    – А кто та девушка, которая танцует с Белозерцевым? Сначала ты с ней нянькался, а теперь он… Кто она?

    Сергей сделал глоток коньяка и улыбнулся.

    – Дочь нефтяного магната, – ответил он и, резко поднявшись, пошел разбивать пару.

Глава 19

Каждой даме по кавалеру

    Польку сменил вальс. Белозерцев сделал шаг к Сашеньке и протянул руку. Свет в зале стал более густым, оранжевым, по полу пролетели лазерные миражи опавших листьев.

    – Андрей, ты не устал? – раздался насмешливый голос Сергея.

    Андрей Юрьевич поднял голову, Саша обернулась и почувствовала, как по спине побежал холодок.