Девушка из дома на набережной - Кентон Ольга - Страница 88

Но, заметив блеск в её глазах, услышав весёлые пьяные голоса друзей, Костя испугался, что, если отпустит её сейчас, Юля к нему больше никогда не приедет и не позвонит. Он явственно представил себе, как она, хмельная, кидается в объятия Фиолета или Даниила. Костя нехотя встал и пошёл вместе со всеми.

Поездка по ночной Москве продолжалась до шести утра, начавшись и закончившись по законам жанра: в лимузине пили шампанское, проливая его на пол и разбивая бокалы вдребезги, по нескольку человек вылезали в открытый люк, крича всей Москве и прохожим: «Привет!», ощущая себя королями на этом празднике. Сегодня был их день и была их ночь! И казалось, что все рестораны и клубы Москвы только и ждут, чтобы открыть свои двери и пустить их в ещё более заманчивые глубины ночной жизни. Вываливались гурьбой из лимузина под взоры подобных им ночных жителей столицы. Манерно и развязно подходили к фейс-контрольщикам, забавлялись, видя их недовольные лица. «Ха! – кричал пьяным голосом Фиолет. – Ты посмотри на него, он уже мечтает отшить меня. Ни хрена у него не получится!» Он выворачивал наизнанку свою рубашку, демонстрируя всем лейбл «Gucci», возле какого-то клуба не постеснялся снять джинсы и ботинки, чтобы показать сомневающемуся в оригинальности вещей охраннику, что на нём надеты родные «Roberto Cavalli» и «Armani» – всё из последней осенне-зимней коллекции. «Читай глянец!» – крикнул он, входя в клуб.

Вслед за Фиолетом Даниил доставал платиновые V. I. P.-карты московских ночных клубов, раскрывая их веером перед фейс-контрольщиками, звонил кому-то, говоря: «Слушай, нас не пускают. Что за клуб ты открыл, где мою рожу не знают?» Когда кто-то сомневался в их платежеспособности, это ещё больше возмущало Дениса: «У меня сегодня день рождения! Ты думаешь, я так лоханусь, чтобы бабло с собой не взять? На кредитку! Можешь сразу с неё пятнадцать тонн списать и притащи сюда побольше „Маман Клико“ – мне без неё очень грустно». Кто-то подшучивал над ним: «Не маман, а вдова!» «Мне по хрену! Главное, чтобы это была баба, а старая или нет, я всегда смогу всё сам сделать!» – самодовольно говорил Фиолет.

Всё это бесило Костю, но, пообещав Юле пойти с ней, он сдерживал себя, с огорчением замечая, что Юля поддается всеобщему веселью и ведёт себя точно так же, как и его друзья. Выпив лишь пару бокалов шампанского, Костя немного расслабился.

Под утро оказалось, что из их компании осталось лишь пять человек – Даниил с девушкой, с которой познакомился в клубе, Костя, Юля и Денис.

Решили поехать в какое-нибудь кафе, где можно спокойно расслабиться и достойно завершить эту ночь.

– Юля, – шепнул Костя, – давай уйдём.

– Костя… – Юля была пьяна. Она обняла его и поцеловала. – Мне совсем не хочется. Давай только выпьем по чашке кофе и, я обещаю, уедем.

– Хорошо, – согласился он.

Компания забилась в чилаут в одном из новомодных баров Москвы, расположившись на диванах. Курили кальян, пили кофе, проголодавшись после бурной ночи, ели, царапая вилкой по тарелкам, принесенные салаты, пасту и, конечно же, суши.

– Вы Костя? – вдруг спросила девушка, сидящая рядом с Даниилом.

– Да, – ответил тот, не понимая, откуда она его знает.

– Эй-эй! – шутя сказал Фиолет. – У него уже есть Юля – даже не вздумай!

Девушка улыбнулась, посмотрев на Дениса, а потом снова обратилась к Косте:

– Я знаю вашего отца.

– Да? – Услышав эти слова, Костя чуть не поперхнулся кофе, который в этот момент отпил из чашки.

– И как близко? – продолжал влезать в разговор Фиолет.

– Хм… – Девушка потрогала свои волосы и хитро улыбнулась. – Достаточно.

– И что вы этим хотите сказать? – возмутился Костя. – Я вам тут должен аплодировать или, может быть, мне стоит сейчас позвонить родному папаше, сообщить, где находится его упорхнувшая фея?

– Полегче, – посоветовал Даниил. – Тебя тут никто не вызывал отстаивать честь и достоинство семьи.

– Заткнись, – ответил Костя. – Зачем вы это сказали, я не понимаю. – Костя со злостью посмотрел на девушку. – Вы думаете, я вас буду ценить за то, что вы увели мужа у моей матери, буду вами восхищаться: «Ах, понятно, почему отец ушёл к этой…» – Костя хотел выругаться, но вовремя остановился. – Это мерзко и низко с вашей стороны.

– Тоже мне нашёлся святой! – вставая, закричал Даниил. – Ты на себя посмотри! Трахался, небось, с каждой моделью в Лондоне, а сюда приехал и думаешь, всё будет так прекрасно и все забудут, какой ты кобель был. Но я уверен, что Юля хорошо помнит про Лару. А если нет, я буду рад напомнить.

Даниил посмотрел на Юлю, сидевшую рядом с Костей. Почему-то теперь ему не было её жалко, он чувствовал к ней такую же ненависть, как и к Косте. Юля была шокирована услышанным. Казалось, что она прямо сейчас готова убежать, но не могла двинуться с места.

– Юленька, когда вы были вместе, твой дорогой Костя вовсю спал с кем попало. Но, конечно, главной была Лара. Он только не мог решиться рассказать тебе, пока наконец-то не подвернулся удачный момент. А со сколькими проститутками он перебывал в спальне Фиолета или у меня на Рублёвке, ты себе даже представить не можешь. Забавно, да? – со злостью сказал Абрамов.

– Замолчи, пожалуйста, – сказала Юля, закрывая уши ладонями. – Я ничего не хочу слышать.

– Представляешь, он приходил в институт только-только из постели с какой-нибудь девочкой!

– Заткнись! – произнёс Костя и тоже встал. Он стоял совсем рядом с Даниилом, сжимая кулаки.

– Что, правду сложно слышать? – упрекнул его Даня. – Так и ей, – он показал на девушку, – думаешь, приятно это слышать? Мы все здесь не святые. – Даниил посмотрел на друзей. – Только об этом никто не трубит, как ты.

– Правильно, вам больше нравится притворяться, играть, строить из себя таких хорошеньких ангелочков. А на самом-то деле что ты собой представляешь?! Избалован деньгами родителей, всё, что тебе хочется в этой жизни, это покупать дорогую одежду, машины, окружать себя девушками, пить и кутить в клубах, спуская за ночь целое состояние. Это всё, что тебе нужно.

– Не ты ли был пропагандистом такого образа жизни? Мечтал и любого называл за глаза идиотом, если кто-то с тобой не соглашался в том, какой должна быть московская жизнь.

– Да, так было. Но это всё изменилось, – резко ответил Костя.

– Извини, нам до твоей философии пока далеко! Наверное, тоже надо уехать куда-нибудь за духовным просвещением, – рассмеялся Даниил.

Костя снова сел на диван, чувствуя, как вся злость куда-то исчезла и ещё недавняя уверенность, что сейчас он ударит друга, сменилось презрением к самому себе. «А ведь он прав, прав, – думал он. – Как я мерзок самому себе. Как я могу критиковать их, когда сам был таким же? Как я могу упрекать Юлю в том, что она отвечает на знаки внимания посторонних мужчин, когда сам раньше оказывал их каждой встречной девушке? И как я могу злиться на эту несчастную подружку отца, когда сам обманывал Юлю?»

Костя залпом выпил бокал шампанского.

– О, вот это по-нашему, – обрадовался Даниил. – Ну что, забыли? Мир?

– Мир, – недовольно буркнул Костя, закрыв лицо руками. Потом он с силой вдавил ладони в лицо, так что он мгновенно покраснело.

– Давай выпьем, Костя! Не злись! – подключился пьяный именинник. – Жить нужно сегодняшним днем, а что было тысячу лет назад – не наша забота.

– А что будет завтра? – спросил Костя.

– Завтра… – Фиолет подумал. – Завтра и будем думать.

– Так говорила Скарлет О’Хара, – сказала Юля. – Не знала, что это подпадает под твою философию, Денис.

– А под неё подпадает всё, Юленька, – рассмеялся тот. – И выпадает всё. Я живу не напрягаясь. А что мне ещё делать?

– Мечтать о чём-то, – сказала Юля, словно надеялась услышать откровенное признание Фиолета.

– Блин. – Фиолет поставил бокал на стол. – Как ты права, Юля! Я дурак. Я же совсем забыл про торт.

– Про какой торт? – спросил Абрамов.

– Дурак, у меня же вчера был день рождения! Я заказал в каком-то клубе торт. Мне нужно было только напомнить, чтобы его вынесли. Такой огромный в виде девушки в бикини!