8 дней, 9 ночей (СИ) - "Francis Dark" - Страница 156

Что же там такое происходит?! Кровь застучала у меня в висках, а сердце заколотилось с такой силой, что готово было выскочить из груди. В полнейшем замешательстве и по-прежнему ничего не понимая, я продолжала наблюдать за происходящим на площадке балкона. А там, похоже, страсти лишь накалялись. Настя будто бы оборвала речь Милены, сама приблизившись к ней, и произнесла что-то не слишком доброжелательное, судя по резкости движения перед этим. Милена, как мне показалось, усмехнулась и ответила что-то такое, из-за чего Настя снова отступила назад, отворачиваясь в сторону и глядя куда-то вниз. Кровь в моих жилах едва не вскипела, когда я увидела, как Милена бесцеремонно хватает Настю за плечо, заставляя повернуться к себе. Она снова принялась что-то говорить Насте, которая опустила голову, приложив ладонь к шее… И эта Настина слабая и скромная поза, все ее поведение, в котором была какая-то нерешительность, поразили меня и ввели в неясный ступор. Да что все это значит?! Меня охватила паника. Я не знала, что делать! Да и сделать ничего не могла… Могла лишь бессильно и безмолвно наблюдать эту странную, непонятную мне сцену. И то издалека. Затем Настя вновь оторвалась от перил балкона. Я не могла, разумеется, ничего расслышать, но мне показалось, будто она почти что выкрикнула Милене прямо в лицо слово «хватит!» и сразу после этого решительно направилась прочь. Милена ухватила ее за локоть, но Настя раздраженно вывернулась, отдернув руку, и исчезла из моего поля зрения. Я прикрыла глаза, помотав головой, пытаясь прийти в себя от всего увиденного, а когда вновь их открыла, то увидела, что и Милена уже куда-то пропала. Шокированная и растерянная, я все сидела и пыталась понять, что же такое это было? Что за спор между ними? Даже не спор – настоящая ссора!.. Почему Милена вдруг оказалась здесь, в этом клубе?.. И как эта рыжая стерва вообще посмела так нагло вести себя с моей Настей?! Какого черта ей было нужно?! Хаос из всех этих мыслей в итоге немного рассеялся, и я сконцентрировалась не на вопросах, а на фактах – Милена чем-то задела Настю, смея при этом бесцеремонно и грубо прикасаться к ней. От этого я внутренне, да и внешне скорее всего тоже, загорелась неистовым, диким и беспощадным огнем!

Не описать того, что творилось в моей обезумевшей душе… Милена… Мое личное маленькое проклятье, перекинувшееся уже и на Настю! Сволочь, как она посмела?! Что она ей наговорила?! О, будь у меня только силы, я бы сломала ей что-нибудь, вырвала бы ее шикарную огненную шевелюру до последнего волоска, придушила бы цепью от собственного ошейника!..

Но Настя… Где она сейчас? Куда она скрылась и что с ней?.. Я вспомнила, что она взяла с собой свой мобильник, когда уходила. В ее сумочке наверняка остался мой собственный. Не могла она его не захватить! Я могу попытаться хотя бы позвонить ей!

Потянувшись к Настиной сумочке, я только успела раскрыть ее, как вдруг почувствовала рядом чье-то присутствие. И подняв глаза, я остолбенела…

Ненавистная Милена, причина моей бессильной ярости, возвышалась надо мной, устремив на меня холодный взгляд своих синих глаз. И взгляд этот содержал в себе в равной степени удивление и презрение.

Милена была в черном спандексном комбинезоне, надетом скорее всего прямо на голое тело, и в черных замшевых туфлях, украшенных множеством маленьких и блестящих декоративных шипов.

- Хах, ну ничего себе! – произнесла она с издевательской усмешкой. – Какие люди и без охраны! Она и сюда тебя притащила за собой?.. Или ты сама приехала?.. Увлекаешься селф-бондажем? Вот умора!

Я села, выпрямив спину, и ответила ей лишь холодным и ненавидящим, взором. Что, впрочем, не возымело никакого результата. Милена откинула назад кудри своих пышных волос, которые я так мечтала с наслаждением повыдергивать, и выжидающе посмотрела на меня.

- Где она?.. – произнесла я спокойным и ледяным тоном, которому и сама поразилась, потому что колени у меня слегка дрожали, а сердце отстукивало совершено дикий ритм. – Что ты наговорила ей?!

Милена очень натурально удивилась, подняв брови и немного склонив голову на бок.

- Ты о чем, девочка? – проговорила она.

- Я все видела, – продолжала я, стараясь сохранять самообладание. – Как вы говорили. И как ты прикасалась к ней!.. Видела прямо вот отсюда, – и я кивнула в сторону той самой площадки на балконе.

Милена перевела взгляд туда, а затем снова обратила его ко мне.

- Это тебя не касается, блондиночка, – медленно и холодно процедила она едва ли не сквозь зубы. Наклонившись ко мне и опираясь руками о край стола, она продолжила, отчеканивая каждое слово: – Никогда не лезь не в свое дело. Ты поняла?

Я подалась ей навстречу, что стоило мне немалого усилия над собой.

- Ошибаешься, – твердо ответила я, глядя ей прямо в глаза. – Это касается меня. И я предупреждаю – если ты еще хотя бы раз прикоснешься к ней своими руками… Я уничтожу тебя.

Несколько мгновений длилось молчание. Я полагала, что она ударит меня, и мысленно уже приготовилась к этому. Но губы ее вдруг растянулись в ехидной улыбке. Она выпрямилась, подняла руки будто бы в невероятном изумлении и в конце концов расхохоталась. Звонко, презрительно и обидно.

- Что я слышу! Неужели ты угрожаешь мне, маленькое ничтожество?! – воскликнула она, глядя на меня с величайшим презрением. – Ты хотя бы сама понимаешь, что говоришь? И где только Настя умудряется находить таких дешевых шлюх, как ты?! Дешевых и безмозглых! Хоть ты и крашеная, но краска, по-видимому, серьезно повлияла на твой интеллект!

Меня передернуло от этих ее слов, но я нашла в себе силы ответить почти спокойно. И ответ этот чуть ли не мгновенно сложился в моих мыслях, сразу придав мне сил и отчаянной смелости.

- Может быть я слаба, глупа и наивна, – сказала я. – Но зато цвет твоих волос вполне соответствует твоему поведению и твоим манерам. Шлюх себе ищешь разве что ты…

Она напряженно и очень недобро поглядела на меня, но я продолжила:

- Ведь ты никому не нужна и никому не интересна, Милена. Ты можешь иметь отношения только с этими самыми шлюхами или просто с бестолковыми девчонками, которых хватает на несколько сессий, а потом они покидают тебя или тебя саму от них начинает тошнить. Твой спортивный интерес… Много ли стоят твои рекорды? – и я усмехнулась, покачав головой.

Мои слова, судя по всему, попали точно в цель. Я сказала все это на полном автоматизме, потому что об образе поведения Милены и ее отношениях я уже давно сложила себе вполне ясное представление. И, похоже, оно было верным. Но самое главное – ей было весьма неприятно слышать это о себе.

Ее глаза потемнели, и она будто бы слегка покраснела, хотя утверждать это наверняка было невозможно из-за красноватых и розовых бликов мерцающего освещения.

- И ты еще смеешь критически отзываться о Настиных качествах, – продолжила я, не обращая внимания на то, как изменилось ее лицо. – Тебе никогда не стать такой, как она. Ради нее я готова на все, потому что чувствую себя нужной и любимой. Ради нее я готова жить и даже пожертвовать жизнью, если потребуется. А найдется ли кто-нибудь, кто будет так же предан тебе? – я пожала плечами и снова усмехнулась. – Конечно же нет. Тебе никогда не познать значения слова – любить. А за всем твоим пафосом ничего не стоит. Ты пустое место. И мне жаль тебя, Милена.

Я умолкла, но взгляда от нее не отвела. Она тоже молчала, и я заметила, что слова ей подобрать никак не удается. Задела ли я ее достаточно сильно? Очень надеюсь! Если я и не в состоянии уничтожить ее физически, то хотя бы могу как минимум побольнее зацепить ее морально. Она ведь эмоциональная, и слишком высокого мнения о себе. Это не могло не подействовать.

Но эффект оказался даже сильнее ожидаемого – получилось нечто вроде нокаута. Милена с минуту приходила в себя, затем отвернулась, закусив губу. А когда ее полный холодной ярости взгляд снова обратился на меня, я услышала ее голос. Уже совсем другой – без иронии и насмешки.

- Обязательно наступит момент, когда мы с тобой останемся наедине, Ксюша, – негромко произнесла она, снова наклоняясь ко мне. – Когда нам никто не сможет помешать… И тогда… – ее глаза угрожающе сверкнули из-под частично скрывших лицо рыжих локонов. – Тогда я затолкаю твои слова тебе же в глотку!.. И ты подавишься ими…