Цвет сверхдержавы - красный. Трилогия (СИ) - Симонов Сергей - Страница 8

   На каждый образец выдели отдельную группу экспертов, чтобы работали параллельно, но обменивались информацией. Степень секретности - наивысшая. Через неделю доложишь, что успеешь выяснить. Давай, работай.

5. Стратегия наступления

   Вечерами, закончив читать ежедневные документы по текущим вопросам, Никита Сергеевич усаживался перед компьютером и погружался в Тайну. Так они с Серовым и Сергеем договорились называть между собой все обстоятельства по этому необычайному делу. Когда речь заходила непосредственно о документах и информации из них, между собой называли их "документы 2012" или "те документы".

   Известие о произошедшем в 1991 году перевороте и реставрации капитализма потрясло Хрущёва до глубины души. Чем больше он изучал обстоятельства, приведшие к этой трагедии, тем больше изумлялся произошедшему в будущем, и тем сильнее хотел эту ситуацию предотвратить.

   С первых дней ознакомления с информацией из будущего, Никита Сергеевич начал проводить в жизнь те решения, которые были охарактеризованы, как удачные. И первым же таким решением стала отмена платы за обучение в ВУЗах и старших классах школы.[1]

   Эту плату ввел Сталин 3 октября 1940 года. Студент платил за обучение около 300 руб в год , при этом получая от государства стипендию 200-250 рублей в месяц , в зависимости от престижности ВУЗа. Впрочем, получали стипендию только отличники.

   Из документов Хрущёв знал, что против отмены платы за обучение будет выступать Молотов. Поэтому на заседании Президиума Никита Сергеевич присутствовал лично и сам внёс вопрос на обсуждение.

   Так и получилось. Молотов взвился, заявил, что "Никита своим очередным непродуманным решением изымает из бюджета лишний миллиард рублей".

   Хрущёв злиться не стал, но выпад Молотова запомнил. Вслух же сказал:

   - Какой миллиард? Мы перекладываем деньги из одного народного кармана в другой через Сберкассу. Отнимаем у людей время. Недополучаем при этом столь необходимых народному хозяйству специалистов и просто грамотных людей! Народ у нас в основном живёт небогато, особенно на селе. Зарплаты маленькие. Отправлять подростка в старшие классы зачастую приходится в райцентр, в интернат, то есть уже не бесплатно. Даже небольшая плата за обучение может стать для одарённого, подающего надежды учащегося барьером на пути к получению образования, которого он заслуживает. В то время как право на образование у нас записано в Конституции! А мы её сами же и нарушаем. В итоге, проигрывает, в первую очередь, наше советское общество!

   - И это при том, товарищи, что стране остро не хватает грамотных, образованных людей, особенно на партийных и руководящих должностях. Вот я, например, я у попа учился одну зиму за мешок картошки , вот и всё моё образование! Но тогда время такое было, царский режим! И первое, что сделала Советская власть - провела по всей стране ликвидацию безграмотности! А сейчас у нас что получается? Мы этой оплатой, выходит, рубим сук, на котором сидим?

   - А главное, товарищи, - продолжил Никита Сергеевич, - мы же - государство рабочих и крестьян! У нас что, народ для государства? Или, всё-таки, государство для народа? Хватит обирать народ по мелочам, государство на этом теряет больше, чем получает, - сказал он, осуждающе глядя на Молотова. - Чем мы, в таком случае, в глазах советского народа отличаемся от капиталистов, или от царского строя?

   После такого напора возражать было нечего и некому. Молотов выглядел жутко недовольным, но в открытую полемику с Хрущёвым ввязываться не стал.

   А Никита Сергеевич пошёл ещё дальше. Он сам выступил по радио и лично объявил об отмене платы за обучение. И при этом, вдобавок, принёс извинения советскому народу "за эту непродуманную и непопулярную меру, принятую в сложный и противоречивый для Советского государства период". И распорядился уже собранную плату за обучение в 1953-54 учебном году вернуть людям за счёт бюджета.

   Возврат средств был организован продуманно. Люди писали заявление в профком по месту работы, и получали возвращаемые деньги вместе с зарплатой, но по отдельной ведомости, на которой сверху была крупная надпись: "Возврат средств за обучение в старших классах и ВУЗах".

   Эффект был предсказуемый. Популярность Хрущёва в народе сразу подскочила. Люди начали открыто говорить: "Наконец-то во власти хоть один честный человек появился, о народе подумал". Важны были не эти возвращённые деньги, а сам факт признания властного решения неправомочным, и, тем более, факт публичного извинения высшего руководителя страны за действия своего предшественника.

   Через неделю приехал с докладом Серов. Разложил на столе перед Хрущёвым полученные из будущего образцы техники.

   - Ну, рассказывай, Иван Александрович, чего накопал? - Хрущёв с интересом рассматривал приборы - технику, особенно новую, он очень любил. А техники новее лежавшей сейчас перед ним, в мире ещё не было.

   - Вот, - Серов взял приборчик со стеклянным экраном и кнопочками. - Это - средство связи. Аналог обычного телефона. Но работает без проводов, по радио, на частотах 900 и 1800 мегагерц.

   - А, это то, что в "тех документах" называется "сотовая связь", - догадался Хрущёв

   - Ты уже знаешь?

   - Ну, успел прочитать кое-что, - кивнул Первый секретарь ЦК. - Очень полезная и интересная вещь. К тому же - выгодная. Там, в будущем, это целая огромная индустрия.

   - Дашь потом почитать? - заинтересовался Серов.

   - Само собой. Давай дальше.

   - Вот, - Серов взял меньший из двух плоских чёрных приборов, и включил.

   Чёрное зеркало экрана вспыхнуло пронзительным белым сиянием. Хрущёв невольно отвёл глаза. Через пару десятков секунд экран потускнел. Логотип сменился красивой картинкой-пейзажем, появились цифровые часы и белый кружок с замочком. Серов ткнул пальцем прямо в экран, сдвинул кружок в сторону, и тут же внизу экрана появились пять значков - телефон, книжка с телефонной трубкой, кружок с 6-ю точками, почтовый конверт и земной шар.

   - Это тоже телефон? - догадался Хрущёв.

   - В общем - да, но гораздо сложнее. Это -- целый маленький компьютер с функциями телефона, фотоаппарата, кинокамеры и чего-то ещё, - Серов виновато взглянул на Никиту Сергеевича, - Мы еще не поняли, что именно. Оно обозначено буквами GPS.

   - Спутниковая навигационная система, - пояснил Хрущёв. - Работает, принимая сигнал от нескольких искусственных спутников Земли. Из космоса. С точностью до нескольких метров определяет координаты приёмника

   - Охренеть! - изумился Серов. - Это же фантастические технологии. Да, оно ещё музыку играет. И кино показывает.

   - М-да... самая необходимая функция, - усмехнулся Хрущёв. - А это что такое? - он указал на большой плоский прибор. - Тоже телефон, только большой?

   - Как ни странно - да, - ответил Серов. - Это так называемый планшетный компьютер. Его можно использовать в том числе и как телефон - начинка почти та же. Только экран побольше, с него удобнее читать и смотреть географические карты. Вот, смотри, - он несколько ткнул пальцем в экран, и перед Хрущёвым развернулась карта Москвы.

   Несколько раз нажав плюсик справа, Серов увеличил карту до того, что стали видны отдельные дома. Тычок в дом разворачивал прямоугольник с краткой информацией, тычок в этот прямоугольник вызывал список организаций, расположенных в доме.

   - Вот это да! - Теперь уже изумился Хрущёв. - Надо же, Москва как разрослась... Твою ж мать, это какая же сука Ленинские горы обратно в Воробьёвы переименовала?

   - Это что, - помрачнел Серов. - У них там и Ленинград опять называется Санкт-Петербург.

   - #ля... Капиталисты х#евы... Убери, смотреть тошно! - Хрущев мрачно отвернулся. Потом, передумав, взял планшет из рук Серова, поводил пальцем, двигая карту. - Нет. Хоть и тошно, но знать мы обязаны. Всё изучить, чтобы суметь этому противостоять. Иван Александрович, ты знаешь, почему всё это произошло?