Цвет сверхдержавы - красный. Трилогия (СИ) - Симонов Сергей - Страница 196

   События набрали обороты, и теперь сорвать операцию могла лишь крупная неудача.

   В ночь с 4 на 5 ноября к побережью Египта подошло англо-французское десантное соединение. Оно заняло район ожидания приблизительно в 100 километрах к северу от Порт-Саида.

   Французский линкор «Жан Бар», ожидавшийся на ТВД 5 ноября, всё ещё стоял в порту Лимассол на Кипре. Французы ссылались на некие внезапно возникшие «неисправности в машинном отделении». Источником неприятностей была прикреплённая к обшивке в районе гребных винтов магнитная мина, сработавшая на подходе к порту. В порт линкор кое-как заполз, но вот покинуть его в предусмотренный планом срок уже не получалось. Главная после палубной авиации ударная сила союзников оказалась вне игры. Сообщать англичанам о подрыве на мине французы не стали, чтобы лишний раз не позориться.

   На рассвете 5 ноября союзники сделали свой следующий ход. Они начали высадку воздушных десантов в Порт-Саиде. Высадке предшествовала двухчасовая авиационная и артиллерийская подготовка, в которой участвовали около 200 самолётов. Только палубная авиация в тот день выполнила около 470 боевых вылетов, из них 400 на непосредственную авиаподдержку десантников.

   Собственно высадка началась в 7.30. Транспортные самолёты следовали колонной звеньев в сопровождении истребителей. Десант сбрасывали с предельно малых высот от 100 до 200 метров, на ограниченные площадки шириной 150 и длиной до 800 метров. Перед выброской сбрасывались вооружение и боеприпасы на грузовых парашютах.

   К 14.30 было выброшено не менее 3000 десантников. Но тут интервентов ожидал жестокий приём. Зоны высадки парашютистов оказались густо заминированы. Причём использовались «шпрингминен» SMI-44 немецкого производства, снабжённые вышибным зарядом, подбрасывающим боевую часть мины на полтора метра в воздух. Мины изготовили специально для этого случая в ГДР, по старым чертежам. (Руки-то помнят :) )

   Можно, конечно, было использовать советский аналог ОЗМ-4, но решили, во-первых, дать подработать восточным немцам, во-вторых, на мины специально нанесли маркировку «1944 год», пустив слух, что они приобретены с армейских складов в Западной Германии.

   Подступы к аэродрому Гамаль, который был первой целью десантников, также оказались заминированы. Палубная авиация и десантные самолёты оказались под огнем «египетских» МиГов и понесли неожиданно серьёзные потери.

   Тем не менее, зарвавшиеся интервенты продолжали натиск. Коменданту Порт-Саида генералу Салах Эд-Дину Могюю был предъявлен ультиматум с требованием сдать город. Ультиматум был отклонён. Боевые действия возобновились в 22.30.

   5 ноября был собран Президиум ЦК КПСС, поручивший председателю Совета Министров СССР А.Н. Косыгину (В реальной истории – Н.А. Булганину) обратиться к лидерам Великобритании, Франции и Израиля с требованием о немедленном прекращении боевых действий в Египте. В тот же день этот призыв прозвучал и в Совете Безопасности ООН.

   Министр иностранных дел СССР Шепилов направил телеграмму председателю Совета Безопасности, в которой потребовал срочного созыва Совета для обсуждения вопроса о невыполнении Великобританией, Францией и Израилем решения Чрезвычайной специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН и о немедленных мерах по прекращению агрессии против Египта. В этой же телеграмме содержался проект резолюции, который в категорической форме предлагал правительствам Великобритании, Франции и Израиля «немедленно, но не позднее 12 часов с момента принятия настоящего решения, прекратить все военные действия против Египта и в трехдневный срок вывести вторгшиеся на территорию Египта войска». В советском проекте предусматривалось также, что если это требование не будет выполнено, то все члены ООН, и прежде всего СССР и США, окажут Египту военную помощь. Советское правительство при этом подчеркивало, что оно «готово внести свой вклад в дело обуздания агрессоров, защиты жертв агрессии, в дело восстановления мира путем посылки в Египет необходимых для этой цели военно-воздушных и военно-морских сил»

   Одновременно Хрущёв направил президенту Эйзенхауэру персональное послание с предложением предпринять совместную советско-американскую военно-морскую операцию по принуждению к миру тех участников ближневосточного конфликта, которые вопреки решению Совета Безопасности ООН продолжат военные действия. (В реальной истории обращение к Эйзенхауэру также подписал Булганин)

   «Советское правительство обращается к правительству Соединенных Штатов с предложением пресечь агрессию и прекратить дальнейшее кровопролитие. США располагают в Средиземном море сильным военно-морским флотом и могучей авиацией. Советский Союз также обладает сильным военно-морским флотом и могучей авиацией. Совместное и безотлагательное использование этих средств со стороны Соединенных Штатов и Советского Союза явилось бы надежной гарантией прекращения агрессии... Если эта война не будет прекращена, то существует опасность, что она может перерасти в третью мировую войну» (Цитаты по http://alerozin.narod.ru/Suez56/Suez56USSR-9.htm)

   Эйзенхауэр, тем не менее, как и следовало ожидать, с предложением Хрущёва не согласился, отвергнув явно провокативный план совместной советско-американской боевой акции в восточном Средиземноморье.

   Белый дом официально заявил, что вооружённые силы ни СССР, ни каких-либо других стран не могут вмешаться в конфликт на Ближнем Востоке без санкции Совета Безопасности ООН. Тогда же американский президент в разговоре с директором ЦРУ Аленом Даллесом высказал мысль о том, что США должны немедленно объявить войну Советам, если те посмеют атаковать англичан и французов.

   Об этом разговоре Хрущёв знал, и такую возможность учитывал. Именно поэтому и была инициирована затея с наёмниками и поставками техники по ленд-лизу.

   Предложения Хрущёва были сформулированы в сообщении ТАСС от 5 ноября 1956 года. В сообщении было сказано, что «Советским людям небезразлична судьба Гамаль Абдель Насера и рядовых египтян, поэтому Советское правительство не будет препятствовать выезду в Египет граждан СССР, изъявивших желание защищать свободу и независимость Египта с оружием в руках».

   Советское правительство отказывалось признать блокаду побережья Египта, оцененную как акт «морского пиратства». СССР оставлял за собой как право оказать любую военно-техническую помощь арабам, так и возможность прямого военного вмешательства в конфликт всеми имеющимися средствами. (Исторический факт)

   Также в заявлении ТАСС было объявлено, что, в связи с агрессией империалистических держав против Египта, СССР, по примеру США в году 2-й мировой войны, развёртывает программу поставок Египту вооружения на условиях договора ленд-лиза. В числе этих поставок, в частности, были упомянуты 300 истребителей МиГ-17, бомбардировщики Ту-16 – без указания количества – и 30 дизельных подводных лодок. (АИ)

   При этом специально указывалось, что, «если члены перегоночных экипажей по прибытии в Египет получат предложения египетского правительства о трудоустройстве в народном хозяйстве Египта, советское правительство заранее приветствует это решение и не будет возражать»

   Какое именно «трудоустройство в народном хозяйстве Египта» имелось в виду, мог не понять только идиот.

   Также в обращении говорилось, что СССР и США, ввиду завидного единодушия в осуждении агрессии, могут создать совместные силы, и, передав их под флаг ООН, разгромить империалистов тройственной коалиции. В завершении звучала основная мысль сообщения ТАСС, сводящаяся к тому, что, если к исходу 6 ноября огонь не будет прекращен, все описанное начнет воплощаться в жизнь.

   Англичане и французы не знали главного – 30 подводных лодок, упомянутые в сообщении ТАСС, уже залегли на небольших глубинах вблизи Порт-Саида. Лодки были под завязку загружены патронами регенерации воздуха, перед выходом с баз в отсеках были установлены дополнительные охладители, по ночам, когда было темно, они всплывали в позиционное положение, заряжали батареи и проветривали отсеки, но всё равно экипажам пришлось очень тяжело. Однако оно того стоило.