Цвет сверхдержавы - красный. Трилогия (СИ) - Симонов Сергей - Страница 164

   О военной новинке русских в тот же день доложили президенту Эйзенхауэру. Айк был взбешён. Мало того, что ЦРУ ни словом не обмолвилось о существовании у русских новейшего аэромобильного ракетного комплекса, так ещё разведчики насчитали на сделанных во время парада фотографиях ракет три ступени. Это означало, что ракета имеет, вероятнее всего, межконтинентальную дальность. То есть, вполне вероятно, может достать до Америки.

   Королёв поначалу был недоволен, что его людей отрывают от дела. Но когда Хрущёв приехал к нему сам, вместе с Устиновым и маршалом Жуковым, и изложил свой план в законченном виде, Сергей Павлович сначала несколько минут хохотал, не в силах остановиться, а затем обещал полную поддержку. Операция получила кодовое наименование «Мироныч»

   К проекту подключили и Михаила Кузьмича Янгеля. Именно он поручил нескольким молодым специалистам в заводском КБ спроектировать фальшивые вторую и третью ступени по расчётам, сделанным у Королёва. Расчёты были необходимы – по размерам ступеней грамотный специалист мог оценочно прикинуть предполагаемую дальность и массу полезной нагрузки. В том что фотографии будут анализировать именно такие, грамотные специалисты, никто не сомневался – американцев никто за дураков не держал. Потому подделку делали на совесть.

   Для более простой идентификации ступеней их соединение сделали в виде стержневой фермы. Сами «ступени» представляли собой полые цилиндрические обечайки, усиленные внутри шпангоутами, чтобы не сложились. Внутри был размещен балласт, чтобы макет не мотало ветром.

   Результат превзошел все ожидания. Фотоснимки нового «уберваффе» красных кочевали по страницам всех западных газет. В американском Объединённом Комитете Начальников Штабов несколько групп военных экспертов спорили до хрипоты, пытаясь, по указанию президента, дать аргументированную оценку опасности новой угрозы со стороны русских.

   Мнения разделились. Часть специалистов оценивала МБР воздушного базирования на дирижаблях, как новую, невероятно опасную угрозу национальной безопасности США. Другая группа экспертов считала эту затею русских бредом сумасшедшего и высказывала мнение, что Хрущёв сошёл с ума. Третья команда заняла промежуточную позицию. Они считали, что русские действительно разрабатывали МБР воздушного базирования, но их опасность для США сильно преувеличена.

   Президент Эйзенхауэр поручил ЦРУ срочно разобраться с вопросом. На тайные операции по этой программе были выделены ассигнования в 20 миллионов долларов. Хрущёв, узнав об этом от Серова, приказал продолжать операцию «Мироныч».

   Шпионы ЦРУ рыли носом землю. Они выяснили, что Долгопрудненское КБА недавно расширилось, и теперь еженедельно собирает по одному новому «Кирову».

   А вот чего им выяснить не удалось: Дирижабль облётывали, затем заводской экипаж перегонял его на одну из технических ракетных баз. Там заводской экипаж заменяли на военный, цепляли очередную баллистическую ракету на пусковом устройстве, и очередной «Киров» уходил на патрулирование, которое засчитывалось как испытательный полет с нагрузкой.

   Заказов на дирижабли для народного хозяйства было много. Макетов ракет было всего 12. Поэтому очередной «Киров», заканчивая, приземлялся обратно на ТРБ. Здесь от него отцепляли ракету и цепляли к следующему «Кирову». Предыдущий дирижабль заводские испытатели перегоняли на завод в Долгопрудном. Места в кабине занимал экипаж заказчика, после чего дирижабль улетал к месту эксплуатации.

   В «карусели» использовались две ракеты. Остальные 10 макетов оставались подвешены к дирижаблям. Каждое утро от двух до шести машин проходили вдоль Москвы-реки, с подвешенными ракетами, якобы на патрулирование.

   ЦРУ потратило несколько лет и еще несколько десятков миллионов долларов, пытаясь выяснить, сколько в СССР всего «Кировых» с ракетным вооружением, где они базируются, и каковы ТТХ ракет, которыми они вооружены.

   Беспокойство американцев многократно усилилось, когда их военные стали часто встречать то один, то другой «Киров» то над Атлантикой, то над Тихим океаном, а радары НОРАД регулярно видели их над Арктикой.

   Положение усугублялось сложностью слежки. Скорость «Кирова» составляла около 100 километров в час. Дальность на одной дозаправке природным газом – 14 000 км. Реактивные самолёты за такой тихоходной целью следить не могли – они со свистом пролетали мимо. Если же начинали нарезать круги вокруг дирижабля, все равно у них слишком быстро кончалось топливо. Да и час эксплуатации реактивного самолёта стоил в несколько раз дороже часа эксплуатации дирижабля.

   Американцы пробовали следить за ними с кораблей и вертолётов. Но от более тихоходных кораблей «Киров» отрывался и уходил, а у вертолёта элементарно не хватало дальности. Единственным средством эффективного слежения мог быть дирижабль радиолокационного дозора. У американцев их было всего три. Пришлось срочно строить ещё.

   В то же время «патрульные полеты» дирижаблей интенсивно использовались для ведения радио- и фоторазведки. За время их проведения была выполнена точная топопривязка всего американского побережья, уточнены географические координаты всех прибрежных целей, выявлены маршруты и расписание выходов авианосных соединений, получена масса другой разведывательной информации.

   Пятьдесят тонн грузоподъемности «Кирова» позволяли разместить внутри оболочки радиолокатор бокового обзора. В дальних полетах к дирижаблю подвешивался контейнер с разведывательной аппаратурой, выполненный в форме ракеты. Часть контейнера содержала дополнительные резервуары с природным газом, что позволило увеличить дальность полета без дозаправки до 18 – 20 тысяч километров.

   Так операция «Мироныч», изначально задуманная как разовое мероприятие по дезинформации вероятного противника, превратилась в многолетнее противостояние разведок.

   Весь 1956 год оказался богат на визиты глав правительств и сложные международные события. С 1 по 26 июня в СССР побывал с визитом глава Югославии Иосип Броз Тито. Он приехал на поезде, пробыл в Советском Союзе долго, объездив вместе с Хрущёвым почти всю страну.

   За время, проведённое в совместной поездке, у Хрущёва и Тито сложились тёплые и дружественные отношения. Хотя маршал довольно настороженно относился к предложениям Никиты Сергеевича вступить в Организацию Варшавского договора. Тито, совместно с индийским лидером Джавахарлалом Неру, был творцом Движения Неприсоединения, и в строительстве социализма тоже старался найти свой собственный путь.

   Особенностей у югославской модели социализма было много: самоуправление, рабочие советы, отсутствие монополии внешней торговли. Наши ортодоксы не признавали Югославию подлинно социалистической страной именно по причине множественных мелких отличий. Хрущёв подошёл к вопросу проще: собственность у них — народная, капиталистов нет, значит – «наши».

   Именно Тито ещё при первой встрече в 1955 году обратил внимание Хрущёва на арабский мир и Насера в частности, рекомендовав «присмотреться повнимательнее» к арабскому лидеру. Хрущёву не нравилась агрессивность Насера, его антикоммунизм, национализм и прежнее сотрудничество с нацистами. Но другой фигуры, способной заменить египетского лидера, на политическом горизонте пока что не было. Насер в тот момент был невероятно популярен в Египте и в арабском мире вообще. К его соратнику Анвару Садату Хрущёв вообще относился как предателю и откровенному фашисту, узнав из «документов 2012» о развитии событий после смерти Насера.

   Во время визита Тито произошло несколько интересных инцидентов. Смена ориентиров во внешней политике СССР произошла так быстро, что многие, особенно в провинции, к началу визита ещё не успели перестроиться. От агрессивной риторики, гневного клеймения «клики Тито – Ранковича» центральные газеты вдруг перешли к рассуждениям о «дружбе и сотрудничестве между братскими народами».

   Потому, когда поезд маршала подъехал к пограничной станции, местное начальство вывесило на здании вокзала огромный кумачовый транспарант: