Судьбы наших детей (сборник) - Брэдбери Рэй Дуглас - Страница 144

Строго говоря, рассказ Уайта — своеобразная притча, та самая «сказка-ложь», в коей содержится ясный намек для добрых молодцев: младшенький да убогонький Иванушка оказывается куда дальновиднее и мудрее своих старших родичей, ему, дескать, и карты в руки. Поиграли наши дети, наши Иванушки-отнюдь-не-дурачки, и все мировые проблемы немедленно разрешились. Притча есть притча, пусть даже фантастическая, у нее, как и у всякого литературного жанра, свои законы, и нельзя требовать от нее серьезных глобальных решений. Но вдумайтесь, вдумайтесь: доколе человечеству придется вести кровавые игры? Не лучше ли играть бескровно и весело, как это делают, например, хитрые фарсиане из рассказа Клиффорда Саймака? Они играют в космическую войну, как в шахматы, и «съеденные» фигурки в следующей игре, естественно, возвращаются на поле «битвы». А земляне-то и не подозревают, что всего лишь играют, они рубятся всерьез, и вот им уже кажется, что они проигрывают фарсианам «звездную войну»…

Кстати, откуда взялся в официальных документах всяких там штабов и ставок столь несерьезный термин: «проиграть»? Или «выиграть»? Бой. Сражение. Войну. По аналогии со старым схоластическим спором о первородстве курицы и яйца спросим: что возникло раньше — война или игра в нее? По Саймаку — игра. Во всяком случае, именно игрой, считает он, — веселой, лихой, сложной — завершатся все войны во Вселенной…

Но отнюдь не игрой пахнет от пресловутой американской программы милитаризации космического пространства. Похоже, кое-кто решил, что пришла пора выносить ракеты с атомными боеголовками в космос: оттуда, кстати, цель виднее… И честное слово, грустно, что сам термин «звездные войны», прочно вошедший сегодня в политический обиход, заимствован именно у фантастики. Конкретно — у гала-фильма американского режиссера Джорджа Лукаса. А ведь фильм-то, если внимательно разобраться, не более чем безобидная сказка, сделанная по «сказочному шаблону»: есть в ней свои драконы и злые волшебники, заколдованные замки, плененные принцессы и отважные рыцари, добрые гномы и ковры-самолеты. Только все эти атрибуты «офантастичены», да простится мне сей вольный термин. И ковер-самолет здесь — быстроходный космический лайнер, а добрый гном — всего лишь умелец робот, ну и так далее… И если вышеупомянутая программа милитаризации космоса осуществится — как того хочется «злым волшебникам» из вашингтонских «заколдованных замков»! — то может получиться, что игра в «звездные войны» породит (страшно произносить такое!) возможность истинных космических столкновений.

Вот уж и впрямь сто раз отмеришь: во что, в какие игры играть нашим детям? В космическую дружбу или в космическую вражду?

В представленном сборнике есть несколько вещей, в которых авторы, всерьез обеспокоенные истерией западных апологетов войн вообще и «звездных» в частности, пытаются предложить «городу и миру» собственные модели подобных конфликтов — естественно, в фантастическом масштабе. Это уже упомянутый здесь рассказ Саймака. Это рассказы Дж.Уайта «Мемориал», М.Клингерман «Министр без портфеля», это блистательный гротеск К.Воннегута «Сирены Титана», это тонкая и трогательная повесть Б.Лонгиера «Враг мой». Будем откровенны: произведения эти различны по таланту, по глубине замысла, по неожиданности авторского решения, но всех их объединяет публицистическая антивоенная направленность. В каждом подчеркивается злая бессмысленность любых захватнических войн — земных и звездных, обреченность, беззащитность человека в войне, нелепость первопричин любого рода конфликтов между высокоразвитыми цивилизациями, необходимость найти и закрепить общий язык между сторонами, готовыми вступить в войну или уже в нее вступившими.

Вероятно, многим приходилось видеть, как легко находят этот — общий! — язык дети разных национальностей. Не надо далеко ходить за примерами: вспомните «Артек», вспомните, как общаются между собой мальчишки и девчонки, вроде бы разделенные языковыми барьерами, и как же легко ломают они эти барьеры! В рассказе Уайта «Рождественский сюрприз» дети из далеких стран общались телепатически. Что вы хотите — фантастика! Но мне приходилось бывать в «Артеке», и я частенько ловил себя на мысли: а не существует ли она взаправду — телепатия? Вот они — разноязыкие, разноплеменные, разного цвета кожи — вместе, рука об руку, и всех они понимают, и все на свете им ясно…

Барри Лонгиер сталкивает на безлюдной планете двух представителей воюющих цивилизаций, двух смертельных врагов, чья — бессмысленная, надо отметить! — ненависть насчитывает несколько столетий. Необходимость выжить заставила их жить рядом, помогать друг другу, понять друг друга. Более того — полюбить друг друга.

Героев Лонгиера разделяет множество барьеров: языковой, физиологический, биологический и прочая и прочая. Несмотря на то что обе цивилизации — и людей, и дракониан — гуманоидны, они настолько непохожи, несовместимы, что, кажется, ни о каком содружестве речи быть не может. Однако общая беда сделала невозможное…

Мы — земляне. Мы — люди. Неужели она нужна, эта проклятая общая беда, чтобы все поняли наконец необходимость прочного мира на Земле?!

В рассказе «Мемориал» две цивилизации поставили памятник двум своим представителям, которые — ценой собственных жизней — остановили кровопролитие.

Мы — земляне. Мы — одной крови. Не высока ли цена, о которой говорит писатель-фантаст?!

Приходилось слышать и такое: никто так не склонен драматизировать ситуацию, как писатели-фантасты. Все они предупреждают, стращают, намекают, звонят где ни попадя…

Вслушайтесь: по ком звонит колокол?..

Любое изобретение — пусть даже самое гуманное — немедленно берется на вооружение западными сверхмонополиями, целыми промышленными империями. Причем слова «берется на вооружение» следует понимать буквально. И прогрессивные писатели-фантасты — в первых рядах тех, кто защищает науку от милитаризации. В рассказе Т.Л.Шерреда «Неоцененная попытка» изобретатель некоего «визора времени» — аппарата, способного увидеть все события истории, от самых крупных до мельчайших, вроде бы и следов не оставивших, — пытается объяснить миру — документально! — кому были выгодны две последние мировые войны, кто стоял за военной машиной, кто управлял ею, кто, как говорится, дергал за ниточки. И что же? Изобретение конфисковано. Герои взяты под «почетный арест» — вроде бы для их же безопасности. Бум, вызванный нежданными разоблачениями, как будто бы успокоился, разоблачители получили по заслугам, а разоблаченные… А разоблаченные начали войну. Банальна, но верна истина: кто платит деньги, тот и заказывает музыку. В мире капитала заказывают музыку те, кому выгодно производить «Першинги», «Фантомы», «Старфайтеры» и так далее. Даже такие сверхкачества человека, как способность к телепатии, телекинезу, ясновидению, они пробуют ставить на службу военщине, ибо они тоже могут принести выгоды. Какие — пока неясно, но все же, но все же… Людей, обладающих подобными свойствами, вояки из рассказа Э.Табба «Ваза эпохи Мин» на всякий случай изолируют на некоем секретном объекте — то ли в тюрьме, то ли в санатории. А вот «поликлоидный квазитрон» профессора Хорна из рассказа Ф.Пола «Вот именно…», способный перемещать человеческое сознание из одного тела в другое, те же деятели от армии считают… универсальным оружием.

Убивать! Убивать! Убивать! На это нацелена наука. На это же нацелены литература, искусство Запада. Я имею в виду, конечно, далеко не лучшие образцы литературы, кино- или телевизионной продукции. Но именно они совершают самое, пожалуй, страшное: калечат души людей.

В страстном документальном фильме «Убийство Америки» показано, насколько обесценена человеческая жизнь в мире капитала. Создатели фильма открыли не слишком приятное лицо своей страны, свободно торгующей оружием любых калибров — от дамского браунинга до противотанковой базуки; убивающей людей на улицах, в квартирах, в магазинах и учреждениях; стреляющей в собственных президентов, общественных деятелей. А значит, ежедневно, ежечасно, даже ежесекундно убивающей себя — демократию, свободу, разум. Удивительно ли все это, если с кино- и телеэкранов, со страниц журналов и комиксов, с привлекательно пестрых обложек «покет-букс» стреляют, стреляют, стреляют! Стреляют не раздумывая, не жалея, не оглядываясь. Удивительно ли все это, если запуганная «красной угрозой» страна принимает как национального героя какого-нибудь Джеймса Бонда — супермена и идейного борца против этой «угрозы»; если ежевечерне на телевизионных экранах «убийцы в красноармейской форме» захватывают электростанции, самолеты и корабли, там и сям швыряются атомными бомбами. И в оголтелом оглушительном вое — пусть не так уж и громко! — звучат голоса прогрессивных писателей-фантастов, предупреждающих: остановитесь! куда вы? зачем?!