Я тебя найду - Шервуд Валери - Страница 27

— Ты ее любил? — с грустью спросила Шарлотта.

— Мне так казалось, — усмехнулся Роэн.

— А она любила тебя?

— О, она постоянно об этом твердила. — Он невесело рассмеялся. — Но Талибонт оказался богаче.

Шарлотта молчала, пытаясь осмыслить услышанное. Кто он, этот мужчина, за которого она так скоропалительно вышла замуж? После первой ночи на «Эллен К.» Роэн не нарушал своего обещания. Он спал на полу, у двери каюты, — конечно же, для того, чтобы помешать ей выбежать на палубу и броситься в море. И он был с ней неизменно вежлив. К тому же Роэн спас ее от дяди и лорда Пиммерстона — и при этом рисковал жизнью! Она приняла его помощь — и ничего не дала ему взамен. Да, она в долгу перед Роэном — ведь он мог из-за нее лишиться жизни. А теперь он просит ее об одолжении…

— Я постараюсь тебе помочь, — проговорила она с таким жаром, что у Роэна потеплело на душе.

Шарлотта была почти уверена, что муж попросит ее сыграть роль служанки — наняться к Кэтрин и выкрасть у нее кольцо. Однако Роэн ее удивил.

— Прежде всего, — сказал он, — мы отправляемся за покупками.

Роэн оказался щедрым супругом. Он сразу же отвез ее в лавку сапожника, откуда она вышла в прекрасных туфельках. Затем они купили тончайшее нижнее белье, шелковые чулки и кружевные сорочки. После чего направились к шляпнице, где Роэн выбрал несколько шляп и попросил отложить их до тех пор, пока они не приобретут платья. Шляпница была весьма любезна и обещала придержать шляпы до следующего дня.

Но покупка платьев… Это было настоящее приключение! Когда они с матерью жили на островах, местные дамы, конечно же, наряжались на балы и рауты, но вкусы у них были весьма консервативные. В салоне же, куда привел ее Роэн, все выглядело совершенно иначе. Хозяйка — как ни странно, она оказалась англичанкой — показала им целую коллекцию последних «модных кукол» из Парижа, Французские модели и французские кружева раскупались в Лиссабоне так же охотно, как и в Лондоне. Платья маленьких куколок были настоящими произведениями искусства, на основе которых местные портнихи могли создавать наряды для состоятельных лиссабонских модниц.

В конце концов Роэн выбрал платье с узкой талией и пышными юбками. Цвет платья идеально подходил к золотистым волосам Шарлотты, юбки же были широко разведены на легких металлических панье.

Покроем платье немного напоминало амазонку, и в то же время оно не скрывало округлостей женской фигуры.

— Но когда я его надену? — спросила Шарлотта, ожидая, что Роэн посоветует приберечь этот наряд для какого-нибудь торжества.

— Это платье для прогулок в карете. И вообще — на каждый день. Оно прекрасно подойдет к той шляпке, что я отложил, и к туфелькам, которые на тебе сейчас.

Шарлотта ахнула. На Силли даже ее мать не надела бы такое платье в обычный день.

— Вряд ли я смогу надевать его для прогулок в карете, — проговорила она с некоторым сожалением. — Ведь юбка чуть ли не шире кареты!

— Панье гибкие и согнутся, — с рассеянным видом пробормотал Роэн.

— И мода требует, чтобы платье было широким, когда на него смотрят спереди, и узким — сбоку, — заметила модистка.

— Тебе нужны еще и перчатки, — сказал Роэн. — Полагаю, мы купим их у перчаточника.

— О, но у нас есть очень… — снова заговорила модистка, но тотчас же умолкла под холодным взглядом Роэна.

— У перчаточника, — повторил он. — Я вижу, что у вас нет того, что требуется.

У Шарлотты голова шла кругом — Роэн приобрел еще шелковый ридикюль, несколько тончайших платков и просил напомнить ему про помаду, духи, гребень и шпильки — «чтобы волосы не были в таком беспорядке». Возможно, понадобятся еще и черные мушки, чтобы подчеркнуть белизну кожи, добавил он.

Шарлотта же во все глаза смотрела на бальные платья.

— Которое тебе нравится? — спросил Роэн.

— Наверное, из розовой парчи, — ответила она нерешительно.

— Нет, тебе нужен атлас цвета перванш с серебряным кружевом. Его оттенок подчеркнет цвет твоих глаз и… — он криво усмехнулся, — будет прекрасно сочетаться с голубыми тонами Талибонта. Говорят, он всегда носит только синий и голубой.

— Голубой — цвет его крови? — пошутила Шарлотта. Роэн с любопытством посмотрел на нее. Его темные глаза сверкнули.

— Вот именно, — кивнул он с улыбкой. И, повернувшись к модистке, спросил, когда платья будут готовы.

— О… мы очень заняты, сэр, — ответила она. — Я думаю, через две недели.

— Нет, меня это не устраивает. Платье для прогулок должно быть готово к завтрашнему утру, а перваншевое понадобится моей жене уже сегодня. — Роэн пристально посмотрел на хозяйку салона. — Я вижу, нам придется обратиться в другое место. Туда, где нам сумеют угодить.

— Но, сэр!.. — Модистка не хотела потерять такого выгодного клиента. — Думаю, я смогу сшить платье для прогулок к завтрашнему утру, — проговорила она с некоторым сомнением. — Да, конечно, смогу. А вот атлас — он требует сложных розеток, на них уйдет много времени.

— Тогда нам придется отказаться от этой модели, — заявил Роэн.

Модистка кусала губы.

— Кажется, — пробормотала она, — я нашла выход. — Модистка хлопнула в ладоши, вызывая помощницу. — Селеста, принеси мне голубое платье, которое мы только что закончили!

— Но это платье шилось для мадам Монсерра! — ужаснулась помощница. — Мы сшили его по кукле, которую она сама прислала из Парижа!

— Знаю, знаю. Но мадам Монсерра еще не заплатила по прошлому счету! А джентльмен собирается заплатить наличными, не так ли? — Модистка вопросительно взглянула на Роэна, и тот кивнул. — К тому же это платье лежит уже две недели, потому что мадам Монсерра уехала в Опорто. Когда она вернется, мы все уладим. Поторопись, Селеста, нельзя заставлять джентльмена ждать!

Платье, которое принесла Селеста, было нежно-голубое — как небо над Силли, подумала Шарлотта. Ткань же оказалась необыкновенно тонкой (модистка с гордостью заявила, что это — настоящий итальянский шелк).

Роэн велел Шарлотте примерить наряд. Она ушла в примерочную, где платье начали подкалывать — у мадам Монсерра талия была не такой тонкой, как у Шарлотты. А глубокий вырез, имевший форму щита, оказался, по мнению Шарлотты, чересчур смелым. Однако эффект получался поистине ошеломляющий. Перламутрово-розовые груди Шарлотты опускались и поднимались, и под полупрозрачной тканью угадывались соски. Плечи украшали большие кружевные розетки, окруженные бледно-голубыми лентами, и казалось, что платье украшено маленькими букетиками. На юбках красовались пышные воланы, усыпанные стразами, так что наряд сверкал при каждом движении Шарлотты. Рукава же заканчивались водопадами белого кружева и, как и лиф, были расшиты крошечными прозрачными бусинами, так что казалось, будто Шарлотта выходит из наполненного цветами голубого озера и на плечах ее блестят капельки, скатывающиеся вниз великолепными каскадами. — Шарлотта даже и не мечтала о подобном наряде.

— Волосы надо поднять — вот так, — сказала модистка, оглядывая Шарлотту перед тем, как вывести к Роэну. — А на них… Крошечный чепчик? Нет, не годится. Может, кружева?

Роэн в восторге смотрел на свою ослепительную жену.

— Нет, — сказал он, — волосы лучше украсить атласной лентой — она должна спускаться ей на плечо. И нужны голубые перчатки — со стразами, если у вас найдутся. Нам надо вернуться к сапожнику, Шарлотта, потому что теперь тебе понадобятся бледно-голубые туфельки с очень высокими каблуками.

— Ах, великолепно! — воскликнула модистка, молитвенно складывая ладони. — Мы все закончим сегодня же, но только поздно вечером.

Роэн нахмурился.

— Нет, платье должно быть готово сегодня во второй половине дня. Чтобы моя жена могла выйти в нем к обеду.

— Но, сэр, — запротестовала модистка, — тогда моим помощницам придется бросить все остальное…

— Ну и что? — пожал плечами Роэн. — Если вы не приготовите это платье через два часа, мне придется сделать заказ в другом салоне.

— Мы его приготовим, сэр! — воскликнула модистка и тут же отдала распоряжения своим помощницам.