В сладком плену - Шервуд Валери - Страница 50

ЧАСТЬ ПЯТАЯ

КРАСАВИЦА И БУКАНЬЕР

Глава 22

На борту «Прекрасной Элис». Лето 1688 года

Через неделю после отхода «Прекрасной Элис» из Йорктауна стройная девушка в простом сером платье с белым воротничком расчесывала на палубе длинные волосы. Она только что вымыла их морской водой и теперь сушила на солнце.

Проходивший мимо капитан остановился, тщетно вспоминая, когда ему доводилось принимать на своем корабле столь же прекрасную девушку. В списке пассажиров она значилась как Кристабель Уиллинг.

Каролина рассудила, что если она собирается изменить свою жизнь, то почему бы не начать с перемены имени.

Платье, в котором она была, принадлежало Моди Тейт. Служанка с радостью обменяла его на один из бальных нарядов.

Правда, Каролина предупредила, что если она вздумает так вырядиться для поездки в Уильямсберг или в Йорктаун, ей придется отвечать на неприятные вопросы Летиции Лайтфут. Но обалдевшая от счастья Моди пропустила ее слова мимо ушей.

Все сложилось удачно. Вирджи уверена, что сестра уехала в Йорктаун к таинственному любовнику и оттуда пара сбежит в Мэрридж-Триз. Конечно, Вирджиния непременно признается матери, та отправит погоню по ложному следу, а Каролина тем временем уже будет в Англии под защитой лорда Томаса.

Поднявшись на борт «Прекрасной Элис», девушка сказала, что ее багаж уже погрузили, ведь она смогла взять только смену белья. Поначалу Каролина боялась встретить на корабле знакомых, однако вскоре успокоилась.

Ее попутчиками оказались агенты и торговцы, ехавшие в Лондон по делам, старый джентльмен, возвращающийся в Англию, чтобы умереть на родине, толстый пассажир с тощей женой, которые навещали в Америке замужнюю дочь. Все они поинтересовались целью ее путешествия, ибо молоденькие служанки гораздо чаще ехали в Новый Свет, чем оттуда.

— Вам не понравилось в Виргинии, мисс?

— Понравилось, только мой отец недавно умер, и теперь я возвращаюсь к своему жениху.

В общем-то Каролина не лгала. Она смутно ощущала, что Филдинг Лайтфут умер для нее. Родной отец не мог официально признать ее своей дочерью, а мать хотела поскорее выдать ее замуж и отправить подальше от Левел-Грин. Но теперь она свободна и вернется в Лондон. К лорду Томасу.

От этих мыслей Каролину отвлек странный переполох на корабле. Матросы забегали, поднимая все паруса, судно вдруг изменило курс и помчалось в обратном направлении.

Девушка посмотрела на небо, где не было ни облачка, и удивилась еще больше.

— В чем дело? — спросила она у джентльмена, ехавшего умирать в Англию.

— Неужели вы не заметили три паруса на горизонте? Наш капитан различил испанские флаги.

Взглянув в ту сторону, Каролина действительно увидела на горизонте три крохотные точки, не понимая, как только капитану удалось разглядеть их.

— А если они захватят нас? — встревожилась она.

— Вряд ли наш капитан станет дожидаться, пока они приблизятся.

Девушка сразу вспомнила жуткие истории о том, что делают испанцы с пленными. Кому-то отрезали уши, кого-то до смерти запарывали кнутом, отправляли на галеры или в Испанию, где сжигали на костре.

И все-таки она не могла поверить, что именно на их долю выпадет такое несчастье. К тому же ветер был сильным, а за утро расстояние между «Прекрасной Элис» и испанскими кораблями почти не сократилось, хотя девушка уже различала на их мачтах красно-желтые флаги.

Но к полудню ветер стих, паруса на английском судне бессильно повисли.

Зато испанские галионы под ударами длинных весел упрямо приближались к «Прекрасной Элис». Теперь уже все пассажиры собрались на палубе, испуганно ожидая развязки.

— Что они с нами сделают? — спрашивала жена толстяка.

— Ничего, — уверенно заявил ее муж. — У нас мирное судно, мы никому не причиняем вреда.

— Тогда зачем они преследуют нас?

Действительно, зачем? Торговые корабли вроде «Прекрасной Элис» становились легкой добычей для мощных галионов с высокими бортами и тяжелыми орудиями.

— Один бортовой потопит наше судно, — мрачно пробормотал кто-то. — Я положил самые ценные бумаги в сапоги. А вы?

— Я тоже, но это все без толку. Они же отнимут сапоги!

Каролина вздрогнула. Неужели испанские гранды могут опуститься до мелкого грабежа? Первый галион дал залп.

— Сейчас они пойдут на абордаж, — вздохнули рядом.

И вскоре испанцы один за другим начали ловко перебираться на «Прекрасную Элис», невзирая на протесты капитана, кричавшего, что это мирный корабль, находящийся к тому же в нейтральных водах.

Абордажная команда не понимала по-английски и явно рассчитывала на силу оружия, а не слов.

— Может, я поговорю с ними по-испански? — предложила Каролина.

Капитан Фробишер удивленно оглянулся на нее. Странная служанка: выглядит как леди да еще говорит на языке врага!

Девушка почти забыла испанский, а офицеры «Сантьяго» говорили очень быстро. Она скорее догадывалась о смысле сказанного, но в общем поняла их. Три галиона были остатками флота, большая часть которого затонула при недавнем шторме, тем не менее, обнаружив английское судно в «своих» водах, испанцы обязаны уничтожить его.

Едва Каролина перевела это своему капитану, того чуть не хватил удар. Он кричал, что это нейтральные воды и англичане имеют на них такое же право, как и все остальные.

— Не совсем так, — холодно ответил испанский дон. — Папа римский поделил Новый Свет между Испанией и Португалией. Теперь это наши воды, и мы обязаны потопить английское судно, чем и займемся немедленно. — Пассажиры возмутились, но офицер поднял руку:

— О нет, мы не звери.

Мы не станем убивать никого из вас, даже капитана. Членам вашей команды найдется место на кораблях, ведь мы потеряли много людей во время шторма. Самые выносливые сядут за весла вместо умерших рабов. А дамы… — Он задумался. — Дамы перейдут на «Грозный» и отправятся в Гавану.

Каролина перевела, и ее соотечественники пришли в ужас. Их корабль потопят? Погибнет их имущество? Грести на галерах?

Девушка хотела заявить, что не собирается в Гавану, однако слова застряли в горле. Над палубой «Сантьяго», всего в нескольких шагах от нее, висел привязанный к мачте человек, видимо, англичанин. Светлые волосы закрывали лицо, кожа на спине и плечах обгорела под солнцем, вокруг следов от плети запеклась кровь. В это время матрос окатил пленника водой, чтобы привести его в чувство, потом схватил беднягу за мокрые волосы и рывком поднял ему голову. Англичанин открыл глаза и увидел Каролину.

— Томас! — закричала она.

Тот смотрел на нее, думая, что сходит с ума. После того как судно, следующее на Барбадос, потопили испанцы, а его самого взяли в плен, он видит на борту вражеского галиона Каролину Лайтфут, одетую служанкой, которая явилась словно ангел, чтобы спасти грешника.

— Каролина! — хрипло позвал он.

Видя ужасное состояние возлюбленного, она действительно сразу превратилась в его ангела-хранителя.

— Это лорд Энгвин! — набросилась девушка на испанского капитана. — Боже правый, что вы с ним сделали?

Не понимая, чем вызван ее гнев, капитан Гарсиа оглянулся. А, наглый англичанин, который окончательно спятил и промычал название одной из британских колоний! Но сеньорита Кристабель Уиллинг молода, прекрасна, и ей стоит ответить.

— По пути мы остановили другой английский корабль, — объяснил капитан. — Он тоже шел в наши воды, мы и его потопили. Этот англичанин все время досаждал нам, пришлось его немного проучить.

— Проучить? — Каролина сжала кулаки. — Вы запороли его до полусмерти! Вы убийца!

— Клянусь Богом, сеньорита, он получил только десять плетей, — еще больше удивился испанец. — А чувств лишился от жары.