В сладком плену - Шервуд Валери - Страница 20

Глава 8

Миссис Честертон вернулась из Кента с поджатыми губами и мрачно оглядела свой пансион. Неужели она проведет здесь остаток жизни, ведь лорд Ормсби пляшет теперь вокруг другой.

Первой ей на глаза попалась Каролина Лайтфут, спускавшаяся по лестнице в холл. При виде девушки в ней снова всколыхнулась обида на лорда Энгвина.

— Каролина, — сказала она, решительно сбрасывая меховой капюшон, будто он душил ее — — В Кенте я встретила лорда Томаса.

Каролина сделала вежливый реверанс:

— О да, лорд Томас собирался участвовать в свадебной церемонии.

— Думаю, вам следует пореже видеться, — нетерпеливо прервала ее хозяйка. — Не важно, друг он вашей семьи или нет.

— Но… почему? — воскликнула девушка. «Господи, она все знает!»

— Потому что он… — Дженни Честертон уже хотела сказать «ловелас», но, глядя в ее перепуганное лицо, тут же отказалась от своего намерения. Иначе Каролина устроит скандал лорду Томасу, который тут же приведет угрозы в исполнение! — Он… игрок.

Полагаю, тебе нужно это знать.

К ее изумлению, лицо девушки просветлело. Так вот в чем настоящая причина всех сплетен о Томасе. Он игрок! Отсюда и плачевное состояние его городского дома, и нежелание знакомить свою невесту с матерью, которая, видимо, надеется женить сына на какой-нибудь богатой наследнице, способной уладить его финансовые дела.

— А я… знаю, что он играет, — застенчиво произнесла Каролина. — Но это же единственный его недостаток. Я спустилась за учебником по латыни. Скоро урок.

Наставница в отчаянии глядела ей вслед: конечно, эта дурочка ожидала увидеть в холле своего проклятого лорда. Но, боясь за собственное, весьма неопределенное будущее, миссис Честертон не посмела сказать девушке правду.

Каролина весело бежала по лестнице. Раз хозяйка пансиона вернулась из Кента, значит, скоро приедет и лорд Томас.

Его коляска могла остановиться перед школой в любую минуту. Поскольку она теперь знает, что гнетет его душу, то обязательно поможет ему справиться с бедой. Ведь в жизни столько интересного помимо азартных игр, хотя у них дома тоже были игроки. Однажды целая плантация перешла к новому хозяину, который выиграл ее в кости.

Даже если он не захочет отказаться от порочного увлечения и погубит себя, она все равно не перестанет его любить.

— Это был лорд Томас? — спросила Реба вошедшую подругу, — Нет, миссис Честертон. Представь, она тут же заявила, что лорд Томас — игрок.

— Все мужчины игроки, — спокойно отозвалась Реба, изучая ногти на левой руке. — Кроме моего отца. Он занимается махинациями. А уж мама и вовсе не допустит карт в своем доме, пусть они хоть трижды войдут в моду.

Каролина, выросшая в аристократической среде, всегда удивлялась пуританскому воспитанию Ребы. Мать подруги казалась ей чопорной дамой в строгом платье и накрахмаленном переднике, обшитом кружевными оборками. Видимо, миссис Тарбелл — воплощение женских добродетелей, но абсолютно лишена всякого очарования.

— Ладно, скоро мы увидим лорда Томаса, — весело сказала Реба и, отбросив замшевую подушечку, встала, чтобы идти на урок латыни.

Прошел день, за ним другой и третий… То падал снег, то шел дождь, а лорд Томас все не появлялся. Каролина тосковала. На Рождество он собирался в Нортхемптон, по пути должен был заехать в Лондон, однако почему-то не встретился с ней, даже не попрощался, не оставил хотя бы записки.

Миссис Честертон с некоторым сочувствием и тайным удовлетворением глядела на воспитанницу. Может, лорд Томас наконец оставил ее в покое, раз проявил интерес к той Эмберли?

— Возможно, он остался в Кенте, — ответила она Каролине, осмелившейся спросить за обедом, не встречалась ли ей на обратном пути коляска лорда Томаса.

— Возможно, — недоверчиво пробормотала девушка.

Реба тоже не поверила, если судить по ее хмурому задумчивому виду, с которым она подносила ко рту ложечку привычного десерта из молочного крема.

— Ты могла бы отправиться на поиски, — предложила Реба, когда подруги снова оказались в спальне.

Каролина, стоявшая у окна, глядя на падающие снежные хлопья, покачала головой.

— Ты прекрасно знаешь, что это невозможно, — гордо сказала она.

Но мистер Тарбелл был, видимо, не единственным членом их семьи, склонным к махинациям. Рыжая головка его дочери соображала не хуже.

— Полно, ведь ты можешь остаться неузнанной.

— Лорд Томас узнает меня даже в маске. Ему известны почти все мои платья, да и твои тоже.

— Я кое-что придумала, — сказала Реба. — Мой кузен Джордж уехал в Гемпшир и отказался от прежней квартиры, он хочет снять лучшее жилье. Так вот, его портной, не зная, куда отправлять заказ, прислал мне на днях коробку. Правда, я ее не открывала…

— Ты предлагаешь мне нарядиться мужчиной, бегать по улицам и разыскивать Томаса? — воскликнула Каролина.

— Что-то вроде этого, — засмеялась Реба. — Правда, мне кажется, это лучше делать не пешком. Гораздо удобнее ездить по городу в крытом экипаже: когда надо, ты сможешь выйти и оглядеться повнимательнее, не боясь, что тебя увидит лорд Томас или кто-нибудь из его друзей.

— О нет, я не смогу, — покачала головой Каролина. — К тому же я уверена, что он уехал в Нортхемптон.

— Уверена?

— Да.

Глядя на снегопад за окном, Каролина вспомнила последнее свидание. Она сидела на кровати и пыталась надеть чулки, но Томас продолжал ласкать ее и тянуть в постель.

— Пожалуй, я не заеду из Кента в Лондон, иначе я рискую не попасть домой к Рождеству!

— Придется хорошенько погонять коня, — строго отозвалась Каролина.

Томас засмеялся, опрокинул ее на спину и поцеловал обе груди.

— Да нет, в такое время года вообще неудобно путешествовать. И скользко, и грязно. Хотя на самом деле я боюсь встречи с тобой, ведь ты заставишь меня забыть о доме, о семье.

Тогда Каролина решила, что он шутит, но сегодня она уже так не думала. Значит, Томас специально не заехал к ней по пути в Нортхемптон. А какие только мысли не рождались в ее голове! Она додумалась до того, что больше не нужна ему!

Разве можно поверить в такую чушь? Ведь его глаза, губы, все тело говорили ей совершенно иное.

Но тогда почему?..

Игра! Он же игрок! Наверное, крупно проигрался, и теперь ему нужно время, чтобы поправить свои дела. К ней это не имеет отношения.

Однако следующий день принес известия, от которых она пришла в ужас. Новость поразила Каролину тем сильнее, что ее услышали все девочки. Накануне к самой юной из воспитанниц, Клеменси Дейн, приехал брат и решил сводить молоденькую сестру в театр.

— Угадайте, кого я только что видела в театре? — воскликнула девочка, влетая с улицы в роскошной меховой шубке, которую прислали ей богатые родители, и бросаясь навстречу девушкам, спускавшимся на ужин. — Он еще ухаживал за госпожой Беллами!

Все как по команде остановились, желая узнать о счастливце, который удостоился внимания самой красивой из актрис. К тому же она прославилась многочисленными скандалами и безудержной страстью к игре.

Клеменси, радуясь случаю оказаться центром внимания, повернулась к Каролине:

— Это был твой лорд Томас!

— Ты наверняка обозналась, Клемми, — возразила та, понимая, что все смотрят на нее.

— Ну уж нет! Я еще хотела подойти и спросить, почему он в последнее время не заходит за тобой, но брат сказал, что это неприлично, а потом увел меня.

— И правильно сделал, — проворчала Реба, бросая гневный взгляд на девочку. — Как ты вообще сумела узнать человека в толпе? Тебе удалось разглядеть его лицо?

— Нет, — пала духом Клемми, однако тут же заговорила с новым жаром:

— Зато я не могла не узнать его оранжевый камзол, элегантную золотую цепь, а особенно расшитые ирисами манжеты. Все это я отлично сумела разглядеть!

«Расшитые манжеты!» Каролине никогда не доводилось встречать подобной работы, и лорд Томас похвастал, что сам придумал рисунок и заказывает камзолы только с вышитыми манжетами.