В сладком плену - Шервуд Валери - Страница 16

Видимо, ей придется уступить этому улыбчивому господину, смотревшему на нее, как прожорливый кот на мышь. Карие глаза миссис Честертон стали жесткими и холодными.

— Очень хорошо. Раз у вас… такая хорошая рекомендация… — Ее голос слегка дрогнул. — Я передумала. Вы можете навещать Каролину.

— И брать с собой на прогулку?

Хозяйка пансиона неохотно кивнула.

— И без провожатой, — непринужденно добавил лорд Томас. — Ведь я близкий друг их семьи.

Миссис Честертон молчала. Подобные требования даже ей показались неслыханными, однако если она сейчас не уступит, этот нахальный юнец не колеблясь ославит ее перед всеми.

— Да, — выдавила из себя миссис Честертон. — Но если вы осмелитесь причинить ей вред…

— Тогда мне не поздоровится, — вкрадчиво сказал лорд Томас. — Договорились. Могу я завтра пригласить мисс Каролину на прогулку?

Дженни Честертон кивнула. Когда незваный гость ушел, она еще долго сидела, уронив голову на руки, потом встала и отправилась в свою комнату, чувствуя себя безобразно старой.

А что бывает с отцветшими розами?..

Увидев Каролину, которая нашла предлог, чтобы спуститься вниз и пройти мимо гостиной, хозяйка пансиона усмехнулась: «Пропала девушка. Но путь к падению покажется ей приятным!» А разве ей самой не казалось так, когда лорд Ормсби, увидев на проселочной дороге упавшую с лошади девушку, взял ее в свою карету, а вскоре и в постель… Она вдруг с завистью посмотрела на Каролину. О, если бы вернуть юность!

— Как же вам удалось? — задыхаясь на бегу, спросила Каролина.

— Просто дама поверила, что я друг вашей семьи, поэтому согласилась отпускать вас со мной куда угодно.

Каролина удивленно взглянула на спутника. Вряд ли миссис Честертон действительно поверила, но подумать об этом девушка не успела.

— Первый раз вижу на вас маску. Вы такая в ней таинственная.

— А я впервые надела ее, — простодушно сказала Каролина. — Это была идея миссис Честертон. Она сказала, что я должна заботиться о цвете лица, и дала маску. Как мило с ее стороны, правда?

Лорд Томас засмеялся. Похоже, Дженни Честертон боится, что ее воспитанницу узнают, если она встретится на улице с матерью одной из учениц. Тогда пострадает репутация пансиона.

— Да, очень предусмотрительно с ее стороны.

Каролине не показалась странной или неуместной забота миссис Честертон. Ведь Летиция тоже (если случайно обращала внимание на дочерей) журила их за отказ носить шляпки от солнца.

Девушка больше не задумывалась о том, каким образом Томас добился для нее такой свободы. Они часто гуляли в садах, и Каролина, бывало, наклонялась к последним осенним розам, чтобы скрыть пылающее лицо, когда поклонник расточал ей комплименты.

Он настойчиво приглашал юную леди посетить его городской дом, но та все отказывалась. Если на улице их еще могли принять за сестру и брата, который ее сопровождает, то визит одинокой девушки к мужчине наверняка вызовет нежелательные сплетни. А Каролина была достаточно осторожна, к тому же случайные встречи с жертвами непостоянства лорда Томаса заставили ее встревожиться. Оба раза девушки с негодованием смотрели на нее, а потом, казалось, готовы были испепелить взглядами лорда Томаса.

Однажды случилась очень неприятная история. На Пиккадилли их чуть не сбила карета, в которой сидела дама.

— Убийца! — прошипела она, выглянув из окна, и карета прогрохотала дальше по булыжной мостовой.

— Кто это? — обомлела Каролина.

— Одна глупая особа с дурацкими выходками, — проворчал лорд Томас и нагнулся, чтобы почистить рукавом полы светлого камзола, сильно пострадавшего от грязных брызг.

— Она же назвала вас убийцей!

— Ее младшая сестра прошлой зимой утонула в Темзе.

Меня в то время даже не было в городе.

«Но виновным она почему-то считает вас», — подумала Каролина, а вслух спросила:

— Значит, это был несчастный случай?

— Нет, она бросилась в реку с Лондонского моста. — Лорд Томас выпрямился и твердо заявил:

— Нельзя же винить меня в том, что я не смог ее полюбить!

Каролина была потрясена, и все же красавец лорд даже вырос в ее глазах. Оказывается, девушки готовы топиться из-за любви к нему! Но тут ей в голову пришла тревожная мысль.

— Она была вашей… любовницей? — нерешительно спросила Каролина.

— Разумеется, нет, — солгал он. — Эта юная и очень избалованная особа преследовала меня самым непристойным образом. А когда вдруг посреди ночи явилась ко мне домой, я отправил ее в моем экипаже к родителям, но она так расстроилась, что выскочила из кареты и бросилась с моста в воду.

Кучер даже не успел остановить ее.

Веря каждому его слову, Каролина не заметила явных противоречий в рассказе.

До нее доходили также слухи о не менее скандальных похождениях лорда Томаса, но тот с неизменной легкостью все отрицал, а неопытная девушка в ослеплении предпочитала доверять только ему.

— Он не такой плохой, — защищала она своего героя перед Ребой. — Просто всегда оказывается жертвой случая.

— Несчастный. — Реба одарила подругу циничным взглядом. — Он уже сделал тебе предложение?

— Не-ет. Однако он просил меня обо всем остальном.

— Ты понимаешь, что до свадьбы нельзя допускать ничего подобного?

— Да, — покраснела Каролина. — Я думала об этом.

И не лгала. Она представляла себя то хозяйкой его родового имения, то королевой бала, то участницей охоты. Иногда даже подумывала о его лондонском доме, который надо еще отремонтировать.

— Я ничего не смыслю в таких вещах, — убеждал ее лорд Томас. — Мне очень нужен твой совет, Каролина, я рассчитываю на твой вкус.

Привыкнув к легким победам, он удивлялся, что никак не может уложить эту американскую красавицу в свою постель.

Правда, она не отказывалась целоваться с ним в парке, а раз или два страстно ответила на его поцелуй, однако не соглашалась ни зайти к нему в дом, ни подняться в ее комнату, предпочитая встречаться только в общей гостиной.

Очень упрямое создание, но бесконечно желанное.

И лорд Томас удвоил старания.

В понедельник он сказал, что любит ее, причем с дрожью в голосе, которая дается лишь многолетней практикой.

Каролина была очарована.

Во вторник он повел ее на непристойную пьесу, и они ели маленькие китайские апельсины. Каролина испугалась, что оказавшиеся по соседству с ними молодые люди приняли ее за проститутку, ибо, по их словам, только проститутки всегда закрывают лицо, приходя в театр. Она немедленно сорвала маску, а лорд Томас лукаво взглянул на свою спутницу. В тот день она не стала целоваться с ним в аллее возле театра, хотя ощутила желание собственными глазами увидеть интерьер его «ветхого» дома.

В среду они были в мюзик-холле. На сей раз Каролина порадовалась тому, что на ней маска. Лорд Томас поклонился знакомым и хотел пройти мимо, не представив свою даму, но тут один из молодых людей, высокий, крепкий, с веселыми карими глазами, в темном, сбившемся набок парике, загородил им дорогу.

— Томас! — радостно воскликнул он. — Это, наверное, и есть та дама, которую ты от нас скрываешь? Не смущайся, представь меня!

— Мисс Лайтфут, — вздохнул лорд Томас. — А этот веселый болван — мой добрый друг, лорд Реджинальд из Суффолка.

— Ваш покорный слуга, мисс Лайтфут, — произнес тот, поклонившись ей чуть ли не до пола.

Томас нахмурился:

— А теперь, Реджи, ты очень меня обяжешь, если уберешься с моей дороги. Я не намерен знакомить с Каролиной всю эту голодную свору.

Его друг оглянулся, успев придержать съехавший парик, и увидел, что к ним приближается небольшая толпа джентльменов.

— Да, Томас, уводи поскорее отсюда свою блестящую леди!

Лорд Томас повел спутницу к выходу, старательно избегая встреч с друзьями. Значит, он пытается уберечь ее репутацию, ибо мюзик-холл не место для юной леди. Каролина гордо вскинула голову. Теперь она уверена в искренности его чувств. И все же… он никогда не просил выйти за него замуж, разделить с ним жизнь…