Ты боишься темноты? - Шелдон Сидни - Страница 36

– Вот как... я думал, у нас с вами...

– Значит, вы ошиблись.

Келли сжимала в руках трубку, ненавидя себя за то, что делает.

– Я виновата в том, что это зашло так далеко. Ладно, я позвоню вам завтра.

Он позвонил сам.

– Келли, если я чем-то обидел вас...

Келли долго собиралась с духом, прежде чем сказать:

– Мне очень жаль, Марк... но я влюбилась в одного человека...

И осеклась. Тишина на другом конце была невыносимой.

– Значит... конец... – Голос Марка дрожал. – Я... я понимаю. Мне стоило раньше понять, что мы... Поздравляю. Искренне надеюсь, что вы счастливы, Келли. Пожалуйста, попрощайтесь за меня с Энджел.

Он повесил трубку. Келли долго стояла не двигаясь. Чувствуя себя последней негодяйкой. Сознавая, что совершила подлость. Утешая себя тем, что он скоро ее забудет. Найдет кого-то, кто может дать ему счастье, которого он заслуживает.

Келли работала каждый день, стараясь не думать о Марке. Улыбалась на подиуме. Слушала аплодисменты публики, которые ее не радовали. Жизнь без единственного друга стала пустой. Ее так и тянуло позвонить Марку, но она держалась. Невозможно. Слишком сильно она его ранила.

Прошло несколько недель, а о Марке ничего не было слышно. Поэтому она решила, что он смирился с отказом и, возможно, нашел себе другую. Она твердила себе, что нужно радоваться. Но радоваться не получалось.

Как-то в субботу Келли работала на показе мод, в роскошном зале, заполненном элитой Парижа. При ее появлении на подиуме публика словно обезумела. Келли шла за моделью, которая демонстрировала деловой костюм с модными аксессуарами, в числе которых были и перчатки. Одну из них девушка держала в руке и, возвращаясь, случайно уронила. Келли заметила это слишком поздно. Зацепившись за перчатку носком туфли, она растянулась на полу вниз лицом. Зрители дружно ахнули. Келли сгорала от унижения и стыда. Собрав в кулак волю, чтобы не зарыдать, она вскочила и умчалась за кулисы. Костюмерша уже ждала ее.

– Вечернее платье готово. Поторопитесь, иначе...

Но Келли уже всхлипывала во весь голос.

– Нет. Я... больше я не выйду. Эти люди... они меня засмеют... – истерически бормотала она. – Со мной все кончено! Я больше никогда не покажусь... никогда...

– Ничего подобного! Сейчас вы успокоитесь, наденете платье и пойдете на подиум.

Келли встрепенулась и подняла голову. В дверях стоял Марк.

– Марк! Что... что вы здесь делаете?

– О... так, пустое любопытство. От нечего делать.

– И вы видели, что сейчас было?

– Чудесное зрелище, – улыбнулся Марк. – Я рад, что так вышло.

От неожиданности Келли растерялась:

– Как... как вы можете?

Он шагнул к ней, вынул из кармана платок и принялся вытирать ей лицо.

– Келли, пока вы не упали, зрители считали вас всего лишь прекрасной мечтой, недостижимой фантазией. Теперь же поняли, что вы тоже человек, из плоти и крови, и за это полюбили вас еще больше. А теперь идите туда и подарите им немного счастья.

Она взглянула в полные сочувствия глаза Марка и поняла, что любит его.

Костюмерша уже хотела повесить вечернее платье обратно на вешалку, но Келли покачала головой.

– Давайте одеваться, – вздохнула она и улыбнулась сквозь слезы.

И когда Келли уверенно вышла на подиум, по залу пронесся гром аплодисментов. Келли остановилась, обуреваемая противоречивыми эмоциями. Как хорошо, что Марк вернулся!

Первое время она нервничала, ожидая, что Марк распустит руки или намекнет, что им давно пора познакомиться поближе. Но его застенчивость немного ее успокоила. Именно Келли искала темы для разговоров, хотя потом неизменно оказывалось, что Марк не только широко образован, но и остроумен и умеет развеселить собеседницу.

Однажды Келли предложила пойти на концерт симфонической музыки, и Марк с радостью согласился, заверив, что вырос на классических произведениях.

Концерт действительно оказался на редкость удачным, и Келли была в полном восторге. Марк, как всегда, проводил ее до дома и уже у самой двери признался:

– Келли, я солгал.

Что ж, ей следовало это знать. Он ничем не отличается от других.

– Неужели? – спросила она, готовясь к сокрушительному удару.

– Да. Я не большой поклонник классической музыки.

Келли прикусила губу, чтобы удержаться от смеха.

В следующую их встречу она сказала:

– Мне хочется поблагодарить вас за Энджел! Она настоящий друг.

И Марк – тоже.

У него самые голубые на свете глаза и чудесная усмешка. Она невероятно наслаждалась его обществом...

Келли слишком долго простояла под душем.

Она закрыла кран, вытерлась, надела махровый гостиничный халат и вошла в комнату.

– Ваша очередь.

– Спасибо.

Дайана поднялась и вошла в ванную комнату, по которой словно ураган пронесся. Лужи на полу, повсюду раскиданы полотенца...

Разозленная, Дайана устремилась обратно.

– Ванная похожа на свалку. Считаете, что кто-то обязан убирать за вами?

– Совершенно верно, миссис Стивенс, – мило улыбнулась Келли. – Видите ли, я выросла в окружении слуг и горничных, которым платили за уборку.

– Ну, я пока не ваша горничная.

Еще бы! Для горничной у тебя сноровки маловато!

Дайана глубоко вздохнула:

– Думаю, будет лучше, если мы...

– Такого понятия, как «мы», не существует, миссис Стивенс. Есть вы и я.

Они долго смотрели друг на друга. Наконец Дайана молча повернулась и ушла в ванную. А когда снова показалась в дверях, Келли уже лежала в постели. Дайана потянулась к выключателю.

– Нет! Не трогайте! – взвизгнула Келли.

– В чем дело?

– Оставьте верхний свет.

– Боитесь темноты? – презрительно бросила Дайана.

– Именно. Боюсь... темноты.

– С чего бы это? – снисходительно осведомилась Дайана. – Или родители рассказывали вам страшные истории о привидениях, которые похищают непослушных детей?

Долгое молчание.

– Да.

Дайана тоже забралась в постель. Полежала несколько минут, прежде чем повернуться на бок.

Ричард, дорогой, я никогда не верила, будто можно умереть от разбитого сердца. Но жизнь доказала обратное. Ты очень мне нужен. Я нуждаюсь в твоей защите. В твоем тепле и твоей любви. Ты где-то здесь. Я знаю, что это так. Чувствую. Ты – дар, который принес мне Господь, но, к моему горю, ненадолго. Доброй ночи, мой ангел-хранитель. Только не оставляй меня. Никогда. Пожалуйста.

Келли услышала тихие всхлипы и раздраженно поджала губы.

Заткнись. Заткнись. Заткнись.

Слезы потоком хлынули из глаз.

Глава 27

Когда Дайана проснулась, Келли уже сидела на стуле лицом к стене.

– Доброе утро. Выспались? – спросила Дайана.

Ответа она не получила.

– Келли, вы меня слышите? – раздраженно крикнула Дайана.

Келли резко развернулась:

– Не возражаете, если я закончу? Я как раз дошла до середины мантры!

– О, простите. Я не...

– Ладно, забудем. – Келли поднялась. – Вам никто не говорил, что вы храпите?

Дайана потрясенно приоткрыла рот, словно услышав голос Ричарда, дразнившего ее после их первой ночи.

Дорогая, знаешь, а ведь ты храпишь. Нет... скажем, так: это не храп в полном смысле слова. Просто твой носик выводит чудесные мелодии. Всю ночь напролет. Настоящая музыка ангелов.

А потом он обнял ее и...

– Храпите, – подтвердила Келли, включая телевизор. – Ну что ж, посмотрим, что происходит в мире.

Она принялась переключать каналы, но тут же остановилась. Очередной выпуск новостей вел Бен Робертс.

– Это Бен! – радостно воскликнула она.