Ты боишься темноты? - Шелдон Сидни - Страница 26

Дайана взяла карточку с именем Таннера и номером и попыталась встать, но колени дрожали, и она едва не упала.

– Еще раз простите. Я не должен был подвергать вас этому. Если что-нибудь понадобится, все, что угодно, я к вашим услугам.

– Спасибо, – едва слышно прошептала Дайана. – Я... спасибо.

Она повернулась и, пошатываясь, вышла из комнаты.

В приемной она услышала, как секретарь за стойкой говорит кому-то:

– Будь я суеверной, наверняка посчитала бы, что кто-то сглазил КИГ. Вот и ваш муж, миссис Харрис. Мы все были просто шокированы! Умереть вот так... кошмар, настоящий кошмар.

Эти слова показались Дайане зловеще знакомыми. Что произошло с мужем той женщины?

Дайана обернулась, чтобы посмотреть, к кому обращается секретарь, и увидела поразительно красивую афроамериканку в черных слаксах и шелковой водолазке. На пальце поблескивали два кольца: одно с большим изумрудом, а другое – обручальное, с бриллиантами. Дайана вдруг почувствовала, что ей необходимо поговорить с этой женщиной.

Она уже хотела шагнуть ближе, как появилась секретарь Таннера:

– Мистер Кингсли примет вас прямо сейчас.

Келли Харрис исчезла в кабинете Таннера Кингсли.

– Спасибо, что пришли, миссис Харрис, – вежливо приветствовал Таннер Келли. – Надеюсь, полет прошел без происшествий?

– Да, спасибо.

– Хотите кофе? Или...

Келли покачала головой.

– Понимаю, миссис Харрис, что вам пришлось пережить, но все же хотел бы задать вам несколько вопросов.

Ретра Тайлер проворно включила необходимые устройства, повторяя процедуру с Дайаной Стивенс. Только на этот раз на экране появилась Келли.

– У вас с мужем были хорошие отношения?

– Да, очень близкие.

– И вы можете смело утверждать, что он был честен с вами?

Келли озадаченно нахмурилась:

– Между нами не было тайн. Марк был самым честным, открытым, искренним человеком из всех, кого я знаю. Он...

Келли осеклась и сглотнула застрявший в горле горький комок.

– Он часто обсуждал с вами свою работу?

– Нет. То, что делал Марк, было слишком сложным. У меня просто не хватило бы образования понять детали. Мы почти не говорили об этом. Так, самые общие фразы.

– У вас с Марком было много русских друзей?

– Мистер Кингсли, – начала раздражаться Келли, – не понимаю, к чему эти вопросы...

– Муж не упоминал о какой-то выгодной сделке, которая должна принести много денег?

– Нет, – бросила Келли, – иначе я бы знала.

– А Марк никогда не говорил об Ольге?

Келли вдруг стало не по себе.

– Мистер Кингсли, что все это значит?

– Парижская полиция обнаружила записку в кармане вашего мужа. Там упоминается о награде за какую-то информацию. Записка заканчивалась словами: «Люблю, Ольга».

Келли ошеломленно потрясла головой:

– Даже не знаю, что...

– Но вы сами говорили, что он всем делился с вами.

– Да, но...

– Если наши сведения верны, ваш муж встречался с этой женщиной и...

– Нет! – вскрикнула Келли, вскакивая. – Только не мой Марк! Он был совсем не таким. Я вам не верю. У него не было от меня секретов!

– За исключением того, который стал причиной его гибели.

– Вы... прошу извинить меня, – сказала Келли, чувствуя, что слабеет. – Я неважно себя чувствую.

– Понимаю, – покаянно вздохнул Таннер. – И поверьте, всеми силами стремлюсь вам помочь. Возьмите мою карточку. По этому номеру со мной можно связаться в любое время.

Келли, не в силах говорить, только кивнула и, рассеянно глядя в пространство, пошла к выходу.

Услышанное не давало ей покоя. Кто такая Ольга? И почему Марку понадобилось связываться с русскими? Откуда он...

– Простите, миссис Харрис, можно вас на минуту?

Келли обернулась.

У подъезда стояла симпатичная молодая блондинка.

– Я Дайана Стивенс. Мне хотелось бы поговорить с вами. Тут через дорогу есть кафетерий...

– К сожалению, я не смогу. Нет времени, – покачала головой Келли, шагнув в сторону.

– Это насчет вашего мужа.

Келли резко остановилась.

– Марк? Что вы знаете о Марке?

– Давайте пойдем в местечко поспокойнее. Здесь слишком много народу.

Из переговорного устройства донесся голос секретарши:

– Мистер Кингсли, мистер Хайолт просит его принять.

– Зовите.

Интересно, что нужно здесь приятелю Эндрю?

Но Таннер ничем не выдал тревожных мыслей.

– Добрый день, Джон. Рад вас видеть.

– Добрый? Скорее адский! Что это за напасть на нашу компанию? Похоже, кто-то убивает всех подряд! Да что тут делается, черт возьми?

– Именно это мы и пытаемся узнать. Я не верю, что внезапная гибель троих сотрудников – простое совпадение. Кто-то задумал уничтожить репутацию компании. И этого человека – или группу людей – следует найти и остановить. Полиция согласилась сотрудничать с нами, и я пригласил частных детективов, поручил им узнать о последних днях жизни погибших. Я бы хотел, чтобы вы прослушали запись бесед со вдовами Ричарда Стивенса и Марка Харриса. Хотите?

– Конечно.

– Это Дайана Стивенс.

Таннер нажал кнопку, и на экране появилась Дайана. В правом углу побежали кривые графика, подскакивая и вновь опускаясь с каждым словом Дайаны.

Что вы знали о связях мужа с наркодилерами?

Что... о чем вы говорите? Ричард никогда не имел никакого отношения к наркотикам.

Линии графика оставались ровными.

Таннер нажал кнопку быстрой перемотки.

– А это миссис Марк Харрис, мужа которой то ли столкнули с Эйфелевой башни, то ли он сам прыгнул вниз. Пока неясно.

Экранная Келли непонимающе смотрела на собеседника.

А Марк никогда не говорил об Ольге?

Мистер Кингсли, что все это значит?

Парижская полиция обнаружила записку в кармане вашего мужа. Там упоминается о награде за какую-то информацию. Записка заканчивалась словами: «Люблю, Ольга».

Даже не знаю, что...

Но вы сами говорили, что он всем делился с вами.

Нет! Только не мой Марк!.. У него не было от меня секретов!

В правом углу экрана бежали ровные линии. Изображение Келли исчезло.

– Что это за график? – спросил Джон Хайолт.

– Анализатор голосового напряжения. Регистрирует микротреморы человеческого голоса. Если подозреваемый лжет, модуляции аудиочастот усиливаются. Это последние разработки. В отличие от полиграфа прибор не требует подключения датчиков к допрашиваемому. Я уверен, обе женщины говорили правду. Их нужно защитить.

– От чего? – нахмурился Джон. – Что им грозит?

– Я считаю, что они в опасности, поскольку хранят в подсознании больше информации, чем это им кажется. Обе были счастливы в браке и близки с мужьями. Убежден, что время от времени в разговорах проскальзывало нечто очень важное, чему они тогда не придали значения. Но детали наверняка отложились в мозгу. Всегда есть шансы, что они в любое время могут вспомнить, и тогда их жизнь повиснет на волоске, потому что убийцы их мужей скорее всего задумали расправиться и с ними. Я сделаю все, чтобы уберечь их.

– Пустишь за ними хвост?

– Это вчерашний день, Джон. На дворе век электроники. Я держу квартиру Стивенсов под круглосуточным наблюдением: камеры, телефоны, микрофоны – словом, все. Мы используем все имеющиеся в нашем распоряжении средства, чтобы их охранять. Едва кто-то попытается напасть на миссис Стивенс, мы получим сигнал и придем на помощь.

Джон Хайолт ненадолго задумался.

– А как насчет Келли Харрис?

– Она живет в отеле. К сожалению, мы не сумели попасть в ее номер заранее, чтобы все подготовить. Но я посадил в вестибюле своих людей, и при малейших признаках опасности им дан приказ действовать. – Таннер немного помялся, прежде чем добавить: – Я хочу, чтобы КИГ установила награду в пять миллионов долларов за информацию, которая будет способствовать обнаружению и аресту тех, кто за это ответственен.