Ты боишься темноты? - Шелдон Сидни - Страница 24

– Что, черт возьми, тут творится? – завопил он.

– Несчастный случай, сэр, – попытался объяснить Стенфорд. – Мы...

Но Таннер, ничего не слушая, продолжал орать как безумный.

– Какой, к дьяволу, несчастный случай? Что вы сделали с моим братом?

На крики стали собираться люди.

– Звоните 911, – приказал Таннер, но, тут же передумав, покачал головой: – Нет, времени не остается. Перенесите его в машину. Я еду в больницу.

Уже через двадцать минут Эндрю лежал на носилках в отделении неотложной помощи манхэттенской больницы Святого Винсента. Его лицо закрывала пульсирующая кислородная маска. В вену была воткнута игла капельницы. Два доктора склонились над ним.

Таннер лихорадочно бегал по комнате.

– Вы должны помочь ему! И как можно скорее! – повторял он.

– Мистер Кингсли, – не выдержал наконец доктор, – я попросил бы вас выйти.

– Ни за что! – прошипел Таннер. – Я остаюсь с братом.

Подойдя к носилкам, где лежал бесчувственный Эндрю, он сжал холодные пальцы:

– Ну же, брат! Очнись. Ты нам нужен.

Ответа он не получил.

Из глаз Таннера брызнули слезы.

– Все будет хорошо, брат. Все будет хорошо. Мы привезем лучших докторов мира. Послушайте, господа, я требую, чтобы сиделки дежурили возле него круглые сутки. Да, и поставьте еще одну кровать в палате. Я остаюсь с ним.

– Мистер Кингсли, прежде всего мы должны закончить осмотр пациента.

– Я буду ждать в коридоре! – вызывающе бросил Таннер.

Эндрю перевезли вниз, в лабораторию, где сделали аксиально-компьютерную томографию, проверили методом ядерно-магнитного резонанса, взяли анализы крови, после чего, исследовав в последний раз на более сложном компьютерном томографе, вернули в палату, где устроили очередной консилиум.

Таннер ожидал в коридоре. Когда в дверях палаты показался один из докторов, он порывисто вскочил:

– Доктор, что с братом? Он поправится? Скажите, он поправится?

Врач отвел глаза:

– Мы немедленно переводим его в Центральный армейский госпиталь Уолтера Рида. Это в Вашингтоне. Оборудование там лучше, и врачи попытаются точнее установить диагноз, но, откровенно говоря, мистер Кингсли, надежды почти нет.

– О чем это вы, черт возьми! – взорвался Таннер. – Конечно, Эндрю поправится! Он пробыл в этой лаборатории всего несколько минут!

Доктор уже хотел одернуть Таннера, но, увидев его лицо, осекся.

Таннер отправился в Вашингтон на санитарном самолете и всю дорогу просидел рядом с умирающим братом.

– Доктора говорят, что ты выздоровеешь, – повторял он. – Они обязательно найдут способ... Тебе просто нужно немного отдохнуть. Ты еще успеешь приехать в Швецию и получить свою Нобелевскую премию.

Следующие три дня Таннер спал в палате Эндрю и почти не отходил от брата. Докторам пришлось едва ли не силой выталкивать его из палаты. Он терпеливо ждал в комнате для посетителей, пока не придет дежурный врач.

– Ну, как он? Что... – И, увидев выражение лица доктора, осекся. – Эндрю... он...

– Боюсь, дела очень плохи. Повезло еще, что он выжил. Поверьте, это неизвестное вещество оказалось чрезвычайно токсичным.

– Мы можем привезти специалистов из...

– Бесполезно. Боюсь, токсины уже поразили клетки мозга.

Таннер страдальчески поморщился.

– Но... но ведь есть какие-то средства, верно?

– Мистер Кингсли, – язвительно напомнил доктор, – если у этого газа даже названия нет, какие могут быть средства? Нет, мне очень жаль, но вряд ли он когда-нибудь станет прежним.

Таннер стоял с побледневшим лицом, судорожно сжав кулаки.

– Ваш брат пришел в себя. Можете заглянуть к нему, но только на несколько минут.

Зайдя в палату, Таннер увидел, что глаза Эндрю открыты. Он безучастно смотрел, ничем не показывая, что узнает брата.

Зазвонил телефон. Генерал Бартон наконец решил покаяться.

– Поверьте, мистер Кингсли, мне ужасно жаль...

– Подонок! Вы уверяли, что опасности нет!

– Не знаю, где произошел сбой, но уверяю...

Таннер бросил трубку и, услышав голос брата, обернулся.

– Где... где я? – промямлил Эндрю.

– В госпитале Уолтера Рида. В Вашингтоне.

– Почему? Кто-то болен?

– Тебе стало плохо, Эндрю.

– Что случилось?

– Неудачный эксперимент.

– Я не помню...

– Ничего страшного. Не волнуйся. Тебя вылечат. Я все сделаю.

Глаза брата медленно закрылись. Взглянув на него в последний раз, Таннер вздохнул и вышел из палаты.

Принцесса послала в госпиталь цветы и карточку с выражением соболезнования. Таннер собирался было позвонить ей, но секретарь заверила, что Принцесса уже связалась с ней и сообщила о своем отъезде из города.

– Ее не будет несколько дней, – добавила девушка. – Она позвонит, как только вернется.

Через неделю Эндрю и Таннер уже были в Нью-Йорке. Работа в «Кингсли интернэшнл груп» почти замерла. Понимая, что после случившегося с шефом их будущее висит на волоске, люди тревожились. Кроме того, все боялись, что новости о трагедии повредят репутации компании.

Только для Таннера все было ясно и определенно. Теперь он сделает КИГ крупнейшим в мире мозговым центром. И даст Принцессе еще больше того, о чем она мечтала.

В его мысли вторглось назойливое жужжание. Звонила секретарь.

– К вам человек, мистер Кингсли. Говорит, что он водитель лимузина.

– Впустите, – разрешил озадаченный Таннер.

В кабинет вошел водитель в ливрее. В руках у него был конверт.

– Мистер Таннер Кингсли?

– Да.

– Меня просили доставить вам лично.

Он протянул Таннеру конверт и ушел.

Таннер взглянул на почерк и улыбнулся. Так это Принцесса решила устроить ему сюрприз!

В спешке он едва не разорвал конверт. Внутри оказалась записка.

«Ничего у нас не выйдет, дорогой. Сейчас мне требуется куда больше, чем ты сможешь дать, поэтому я выхожу за того, кто в состоянии сделать это. Но я люблю тебя и всегда буду любить. Знаю, тебе трудно в это поверить, но я делаю это ради нас обоих».

Таннер побледнел. Он долго-долго смотрел на записку, прежде чем равнодушно бросить ее в корзину.

Его триумф запоздал. Ровно на один день.

Глава 18

На следующий день Таннер, все еще не оправившийся от потрясения, сидел за столом, невидяще глядя в окно.

– Мистер Кингсли, – объявила вбежавшая секретарша, – к вам делегация.

– Делегация?!

– Да, сэр.

– Просите.

В кабинет вошли начальники всех отделов КИГ.

– Мы хотели бы поговорить с вами, мистер Кингсли, – начал самый старший.

– Садитесь, пожалуйста. В чем дело?

– Видите ли, мы немного беспокоимся, – осторожно продолжил мужчина. – После того, что случилось с вашим братом... останется ли КИГ на плаву?

Таннер покачал головой:

– Не знаю. Пока я в полной растерянности. Поверить не могу, что с Эндрю произошло такое...

Он надолго задумался. Все терпеливо ждали.

– Вот что я вам скажу, – объявил наконец Таннер. – Ничего не могу обещать наверняка, но приложу все усилия, чтобы мы остались на плаву. Я буду держать вас в курсе.

Присутствующие, тихо поблагодарив, ушли. Таннер улыбнулся.

Когда Эндрю выписали из больницы, Таннер устроил его в маленьком домике для персонала на территории КИГ, где о нем бы могли позаботиться, и отвел кабинет рядом со своим. Служащих потрясли перемены, произошедшие с Эндрю. Куда исчез блестящий интеллектуал, способный ученый, красивый мужчина? Перед ними был зомби. Худой, осунувшийся, поседевший незнакомец часами просиживал в кресле, смотрел в окно или дремал. Правда, он был счастлив вернуться в КИГ, хотя не имел представления о том, что делается в компании, и, разумеется, полностью отошел от руководства. Посторонних неизменно трогали любовь и забота, с которыми Таннер относился к брату. Любое желание Эндрю мгновенно исполнялось. Правда, теперь желаний у него было не много.