Рухнувшие небеса - Шелдон Сидни - Страница 19

– Мистер Генри, Кемаль никогда не начинает драку первым, – горячо вступилась за приемного сына Дейна. – Вы не можете…

– Так решил совет школы, – твердо заявил директор, – и больше я ничего не могу для вас сделать. Дейна тяжело вздохнула.

– Хорошо. Мы действительно поищем такую школу, где хотя бы попытаются разобраться в причинах так называемых выходок Пойдем, Кемаль.

Мальчик встал, обжег директора презрительным взглядом и последовал за Дейной. Оба молчали. Дейна взглянула на часы. Она опаздывает на встречу с Хадсоном. И оставить Кемаля не с кем. Придется взять его с собой.

Только когда они уже сидели в машине, Дейна велела:

– Ладно, Кемаль, выкладывай, как было дело. Но разве мог он повторить ту грязь, что услышал от Рики?

– Прости, Дейна, во всем виноват я, – промямлил он. Дьявол! Ну что с ним поделать?

Городское поместье Хадсона раскинулось на пяти акрах земли в самом престижном районе Джорджтауна. Дом, невидимый с улицы, представлял собой белоснежный трехэтажный особняк в георгианском стиле, выстроенный на холме. Длинная широкая аллея вела к самому крыльцу. Дейна остановила машину перед входом и повернулась к Кемалю:

– Ты идешь со мной.

– Зачем?

– Потому что на улице мороз. Выходи.

Дейна решительно направилась к двери. Кемаль неохотно поплелся следом. Перед тем как позвонить, она предупредила.

– Кемаль, я здесь по очень важному делу. Веди себя прилично. И будь поучтивее. Договорились?

– Ладно уж.

Дейна нажала кнопку звонка. На пороге появился великан с приятным лицом, в ливрее дворецкого.

– Мисс Эванс?

– Да – Я Сейзар. Мистер Хадсон ждет вас.

Он вопросительно взглянул на Кемаля, но промолчал.

– Могу я забрать у вас пальто?

Он подошел к длинному шкафу, стоявшему вдоль стены вестибюля и, очевидно, предназначенному для верхней одежды. Кемаль не сводил глаз с Сейзара, возвышавшегося над ним, как башня.

– Какой у вас рост? – не сдержался он.

– Кемаль! – одернула Дейна. – Не груби!

– Ничего страшного, мисс Эванс, я привык.

– Вы больше Майкла Джордана [Известный чикагский баскетболист]?

– Боюсь, что так, – улыбнулся дворецкий. – Семь футов один дюйм [приблизительно 2м 12 см]. Сюда, пожалуйста.

Вестибюль был громадным, с паркетным полом, антикварными зеркалами и мраморными столами. По стенам тянулись полки с бесценными китайскими статуэтками династии Мин и фигурками из венецианского стекла.

Сейзар провел Дейну и Кемаля широким коридором в гостиную, куда можно было попасть, спустившись на несколько ступенек. Дейна с любопытством оглядела светло-желтые стены и белые резные панели. Комната была со вкусом обставлена удобными диванами, приставными столиками в стиле королевы Анны и шератоновскими мягкими креслами, обтянутыми светло-желтым шелком.

Сенатор Роджер Хадсон и его жена Памела сидели за ломберным столиком. Оба поднялись, едва дворецкий объявил о приезде гостей.

Дейна сразу поняла, что Роджер Хадсон – твердый орешек. Строгое лицо, холодные серые глаза и настороженная улыбка. С таким лучше держать ухо востро. Во всем его облике читалась ледяная отчужденность.

В противоположность мужу Памела Хадсон оказалась настоящей красавицей, хоть и была ненамного его моложе. Зато в глазах светились тепло и доброта. В пепельно-русых волосах поблескивали серебряные прядки, которые она не считала нужным закрашивать.

– Простите, что опоздала, – извинилась Дейна. – Я Дейна Эванс, а это мой сын Кемаль.

– Роджер Хадсон. Моя жена Памела.

Дейна разыскала в Интернете сведения о Хадсоне. Его отец владел небольшой сталелитейной компанией «Хадсон индастриз», которую сын превратил в настоящую империю, принесшую ему миллиарды. Был лидером партии большинства в конгрессе, одно время возглавлял комитет вооруженных сил. Отошел от бизнеса. В настоящее время является политическим советником Белого дома. Двадцать пять лет назад женился на светской красавице Памеле Доннелли. Оба широко известны в вашингтонском обществе. Обладают большим влиянием на политическую жизнь Америки.

– Кемаль, это мистер и миссис Хадсон, – представила Дейна. – Мистер Хадсон, простите, что пришлось привезти его с собой, но…

– Ничего страшного, – заверила Памела. – Мы все знаем о Кемале.

– Правда? – удивилась Дейна.

– Ну конечно, о вас так много писали! И о том, как вы спасли мальчика из разоренного Сараево. Какой благородный поступок!

Роджер промолчал.

– Хотите есть? Что вам подать? – спросила Памела.

– Спасибо, я не голодна, – отказалась Дейна. Все посмотрели на Кемаля. Тот покачал головой.

– Садитесь, пожалуйста, – пригласил Роджер. Они с женой устроились на диване. Дейна и Кемаль предпочли мягкие кресла.

– Не совсем понял, почему вы хотели увидеться со мной, мисс Эванс, – чуть резковато бросил Хадсон. – Мэтт Бейкер просил принять вас. Чем могу быть полезен?

– Я хотела поговорить о Тейлоре Уинтропе.

– А в чем дело? – нахмурился Хадсон.

– Насколько я поняла, вы его знали?

– Да. Познакомились, когда Тейлор был нашим послом в России. В то время я был главой комитета вооруженных сил и полетел в Россию, чтобы определить величину ядерного потенциала. Тейлор провел с нашей делегацией два или три дня.

– И какого вы о нем мнения, мистер Хадсон? Роджер надолго задумался.

– Откровенно говоря, мисс Эванс, его хваленое обаяние не произвело на меня большого впечатления. Но должен отдать должное компетентности и трудолюбию этого человека.

Кемаль скучающе огляделся, встал и побрел в другую комнату.

– Мистер Хадсон, вы не знаете случайно, не было ли у посла Уинтропа каких-либо неприятностей в России? Роджер Хадсон недоуменно уставился на нее.

– Что-то я…, какие именно неприятности?

– Сама не знаю. Нечто такое, после чего он нажил себе врагов. И не просто врагов. Смертельно опасных. Хадсон медленно покачал головой.

– Мисс Эванс, если бы что-то подобное произошло, об этом узнал бы не только я, но и весь мир. Тейлор Уинтроп, можно сказать, жил на виду у всего мира. Могу я спросить, к чему ведут ваши расспросы?

– Видите ли, – смущенно объяснила Дейна, – я подумала, что Тейлор Уинтроп, совершил нечто такое, что дало возможность этим самым врагам расправиться с ним и его семьей.

Хадсоны молча уставились на нее.

– Понимаю, – поспешно заверила Дейна, – что звучит все это достаточно не правдоподобно, но поймите, как могло получиться, что все они умерли насильственной смертью меньше чем за год?

– Мисс Эванс, – сухо ответствовал Хадсон, – я прожил на этом свете достаточно долго, чтобы твердо усвоить: на свете бывает все. Все что угодно. Позвольте узнать, на чем основаны ваши предположения?

– Если имеете в виду твердые доказательства…, у меня их нет.

– И неудивительно, – кивнул Роджер и нерешительно добавил:

– Правда, я слышал…, впрочем, не важно.

Обе женщины насторожились.

– Дорогой, это несправедливо по отношению к мисс Эванс. Что ты хотел сказать?

– Ничего особенного, – пожал плечами Роджер. – Когда я был в Москве, ходили слухи, что Уинтроп заключил какую-то сделку с русскими. Частную сделку. Но я не из тех, кто верит сплетням, как, надеюсь, и вы, мисс Эванс.

В голосе Хадсона звучал откровенный упрек. Но Дейна не успела ответить. В соседней комнате раздался оглушительный грохот. Памела поспешила на шум. За ней последовали остальные. И остановились на пороге. На полу библиотеки валялись осколки голубой вазы династии Мин. Рядом стоял Кемаль.

– О Господи! – в ужасе ахнула Дейна. – Мне ужасно жаль! Кемаль, как ты…

– Я нечаянно.

Красная от стыда Дейна, заикаясь, пролепетала:

– Как мне вымолить прощение? Я, разумеется, заплачу…, и…

– Пожалуйста, не волнуйтесь так, – добродушно улыбнулась Памела. – Наши собачки и не такое вытворяют.

Лицо Роджера было мрачнее тучи. Он попытался что-то сказать, но взгляд жены быстро привел его в чувство. Дейна сокрушенно рассматривала останки вазы.