Полночные воспоминания - Шелдон Сидни - Страница 7

— Чем могу?… — Она замолчала, вглядываясь в лицо Кэтрин. — Я когда-то знала тебя, но твое лицо… — От изумления челюсть у нее отвисла. — Ты вернулась!

— Вы знаете, кто я? — спросила Кэтрин с надеждой.

Женщина все смотрела на нее, и глаза ее наполнялись ужасом:

— Нет! Ты умерла! Убирайся!

Кэтрин негромко застонала и почувствовала, что у нее на голове шевелятся волосы.

— Пожалуйста, я только…

— Уходите, миссис Дуглас!

— Я должна знать…

Старуха перекрестилась, повернулась и исчезла.

Мгновение Кэтрин сидела дрожа, затем выбежала на улицу. В голове ее продолжал звучать голос: «Миссис Дуглас!»

И вдруг как будто открылся шлюз. Неожиданно ее заполнили яркие, красочные воспоминания. «Я — миссис Ларри Дуглас». Она увидела красивое лицо своего мужа. Она его безумно любила, но случилось что-то плохое. Что же?

Затем она вспомнила, как очнулась в клинике после попытки самоубийства.

Она стояла на улице, боясь сделать шаг, из опасения, что могут подкоситься ноги, и одна картина за другой возникали в ее памяти.

…Она много пила, потому что Ларри бросил ее. Но потом он вернулся.

Вот они у нее в квартире, и Ларри говорит: "Я знаю, что вел себя скверно. Кэтти, поверь, я по-настоящему не любил. Дай мне шанс. Хочешь, устроим себе еще один медовый месяц? Я знаю одно чудесное местечко, куда можно поехать. Называется Янина.

Потом начался кошмар.

Картины, возникавшие в ее памяти, были ужасными. Вот она и Ларри на вершине горы, они почти не видят друг друга в густом тумане. Ларри приближается к ней, руки его вытянуты вперед — он пытается столкнуть ее в пропасть. Спасают ее внезапно появившиеся туристы.

Потом были пещеры.

«Служащий гостиницы рассказал мне, что тут поблизости есть пещеры. Все новобрачные их посещают».

И они пошли в пещеры. Ларри завел ее в самую глубину и там бросил.

Кэтрин закрыла ладонями уши, как бы пытаясь заглушить эти страшные воспоминания.

Ее спасли и привели в гостиницу, и доктор дал ей успокоительное. Но среди ночи она проснулась и услышала, как Ларри и его любовница разговаривают на кухне, строя план ее убийства. Их слова время от времени заглушались завываниями ветра.

— Никто никогда…

— Говорю тебе, я все сделаю…

— Не получилось. Они ничего не смогут…

— …сейчас, пока она спит.

Она вспомнила, как бежала в страшный шторм, преследуемая ими, как залезла в лодку, которую сильный ветер вынес на середину бурного озера. Лодка начала тонуть, и она потеряла сознание.

Сил двигаться не было, и Кэтрин опустилась на скамейку. Значит, ее ночные кошмары были реальностью. Ее муж и его любовница пытались ее убить. Она вспомнила о незнакомце, который навестил ее в монастыре вскоре после спасения. Он дал ей великолепно выполненную золотую птицу с распростертыми крыльями: «Никто вас не тронет. Ваших врагов нет в живых». Но лицо этого человека все еще было как в тумане.

У Кэтрин начала сильно болеть голова.

Наконец она встала и медленно пошла в направлении той улицы, где ее должен был ждать шофер, чтобы отвезти к Константину Демирису. Там она будет в безопасности.

Глава 4

— Зачем ты выпустил ее из дому? — сердито спросил Константин Демирис. — Простите, сэр, — ответил дворецкий, — но вы ничего не сказали насчет того, чтобы не выпускать ее, поэтому…

Демирис заставил себя успокоиться:

— Неважно. Возможно, она вскоре вернется.

— Что-нибудь еще, сэр?

— Нет.

Дворецкий вышел. Демирис подошел к окну и вперил взгляд в идеально ухоженный сад. Опасно было выпускать Кэтрин Александер на улицы Афин, там ее мог кто-нибудь узнать. «Какая жалость, что я не могу оставить ее в живых! Но сначала я должен отомстить. И пока я не отомщу, пусть она живет. Использую ее в свое удовольствие. Надо будет отослать ее подальше, где ее никто не знает. В Лондоне будет безопаснее всего. Там за ней легче проследить. Дам ей работу в одной их моих контор».

Когда часом позже Кэтрин вернулась, Константин Демирис мгновенно почувствовал в ней перемену. Как будто поднялась какая-то темная завеса, и Кэтрин внезапно ожила. На ней был белый шелковый костюм с белой блузкой, и Демирис был поражен, насколько она изменилась внешне. «Nostimi, — подумал он. — Сексапильна».

— Мистер Демирис…

— Коста.

— Я… я теперь знаю, кто я и что случилось.

Ничего не изменилось в его лице.

— В самом деле? Садитесь, моя дорогая, и расскажите мне все.

Но Кэтрин была так возбуждена, что ей не сиделось на месте. Она ходила взад-вперед по ковру и сбивчиво рассказывала.

— Мой муж и его… его любовница пытались меня убить. — Она замолчала, глядя на него с беспокойством. — Наверное, это звучит дико. Я… я не знаю. Может, я сошла с ума.

— Продолжайте, моя милая, — сказал он мягко.

— Меня спасли монахини их монастыря. Мой муж работал на вас, верно? выпалила она.

Демирис заколебался, взвешивая ответ.

— Да. — Что можно ей сказать? — Он был одним из моих летчиков. Поэтому я чувствую себя ответственным за вас. Вот только…

Она взглянула ему прямо в лицо:

— Но вы знали, кто я. Почему вы мне утром ничего не сказали?

— Я опасался шока, — сказал он мягко. — Мне казалось, что будет лучше, если вы сами все узнаете.

— А вы знаете, что случилось с моим мужем и… этой женщиной? Где они?

Демирис посмотрел ей в глаза:

— Их казнили.

Он увидел, как кровь отлила у нее от лица. Неожиданно она почувствовала слабость и с тихим восклицанием упала в кресло.

— Я не…

— Их казнили по приговору государства, Кэтрин.

— Но… почему?

— Осторожно. Опасно. Они ведь пытались вас убить.

Кэтрин нахмурилась:

— Не понимаю. Зачем надо было их казнить? Я ведь жива…

— Кэтрин, — перебил ее Демирис, — греческие законы очень суровы. И на приговор мы скоры. Их судили и приговорили к смертной казни.

— В это трудно поверить. — Кэтрин сидела как в оцепенении.

— Суд…

Константин Демирис подошел к ней и положил руки ей на плечи.

— Вы должны выбросить прошлое из головы. Они попытались причинить вам зло и понесли за это наказание. — Он сменил тему. — Мы с вами должны обсудить ваше будущее. У вас есть какие-нибудь планы?

Но она не слышала. «Ларри, — думала она. — Красивое, смеющееся лицо Ларри. Его руки, его голос…»

— Кэтрин…

Она взглянула на него:

— Простите?

— Вы когда-нибудь думали о своем будущем?

— Нет, я… Не знаю, что буду делать. Наверное, я могла бы остаться в Афинах…

— Нет, твердо сказал Демирис. — Это вы плохо придумали. С Афинами у вас связано слишком много неприятных воспоминаний. Думаю, из Греции вам стоит уехать.

— Но мне некуда ехать.

— Я думал об этом, — сказал Демирис. — У меня несколько контор в Лондоне. Вы ведь когда-то работали в Вашингтоне у человека, которого звали Уильям Фрейзер? Помните?

— Уильям?… — И неожиданно она вспомнила.

— Вы были его помощницей по административной части, не так ли?

— Да, я…

— Вы можете делать то же самое в Лондоне для меня.

Она заколебалась:

— Не знаю. Я не хочу показаться неблагодарной, но…

— Я понимаю. Вам кажется, события принимают слишком крутой оборот, сочувственно сказал Демирис. — Вам нужно время, чтобы подумать. Почему бы вам не поужинать спокойно у себя в комнате, а завтра утром мы все обсудим. Идея предложить ей поужинать у себя в комнате озарила его в самый последний момент. Нельзя было допустить, чтобы жена на нее наткнулась.

— Вы очень заботливы, — сказала Кэтрин, — и щедры. Эта одежда…

Он похлопал ее по руке и задержал свою на секунду дольше, чем нужно. — Не стоит благодарности.

Она сидела в спальне, наблюдая, как раскаленное солнце садится в воды Эгейского моря, окрашивая все вокруг в яркие краски. «Нет смысла снова переживать прошлое. Надо думать о будущем. Хвала Господу за Константина Демириса». Он был ее спасением. Что было бы с ней, если бы не он? И он предложил ей работу в Лондоне. «Согласиться?» Размышления ее прервал стук в дверь.