Полночные воспоминания - Шелдон Сидни - Страница 16

— Нет. Но если я заключу с нефтяными компаниями долгосрочные контракты по перевозкам, банки одолжат мне деньги на постройку танкеров. Что ты об этом думаешь?

— Ты — гений. Просто великолепный план.

Мелину так волновала идея брата, что она упомянула о ней за ужином.

Когда она закончила свой рассказ, она спросила:

— Правда, замечательная мысль?

Константин Демирис немного помолчал.

— Твой брат — пустой мечтатель. Ничего из этого не выйдет.

Мелина удивленно взглянула на него:

— Но почему, Коста?

— Потому что это пустая затея. Во-первых, такого спроса на нефть не будет, и, следовательно, этим мифическим танкерам нечего будет перевозить. Во-вторых, нефтяные компании не доверят свою драгоценную нефть флоту-призраку, которого нет в природе. И в-третьих, банкиры просто посмеются над ним и все.

На лице Мелины отразилось разочарование:

— Спирос был так воодушевлен. Может, ты с ним это обсудишь?

Демирис отрицательно покачал головой:

— Пусть тешится своими мечтами. Лучше всего не говори ему о нашем разговоре.

— Хорошо, Коста. Как скажешь.

Рано утром на следующий день Константин Демирис был уже на пути в Соединенные Штаты, чтобы обсудить вопрос о строительстве крупных танкеров. Он знал, что запасы нефти вне США и государств советского блока находятся под контролем семи родственных компаний: «Стандарт Ойл Компани» из Нью-Джерси, «Стандарт Ойл Компани» из Калифорнии, «Галф Ойл», техасской компании, «Сокони-Вакуум», «Роял Датч-Шелл» и англо-иракской. Он также был уверен, что, если ему удастся договориться с одной из них, остальные последуют ее примеру.

Константин Демирис начал с посещения руководства компании «Стандарт Ойл» в Нью-Джерси. У него была назначена встреча с Оуэном Кертисом, четвертым вице-президентом компании.

— Чем я могу вам помочь, мистер Демирис?

— У меня есть предложение, которое может принести вашей компании большую финансовую выгоду.

— Да, вы уже упоминали об этом по телефону. — Кертис взглянул на часы. — Через несколько минут у меня назначена встреча. Если вы коротко изложите…

— Я буду краток. Перевозка галлона сырой нефти из района Персидского залива на восточный берег США обходится вам в семь центов. — Совершенно верно.

— Что вы скажете, если я гарантирую вам перевозку по три цента за галлон?

Кертис покровительственно улыбнулся:

— И как вы собираетесь сотворить это чудо?

— При помощи танкеров водоизмещением вдвое больше, чем сегодняшние, спокойно ответил Демирис. — Я смогу перевозить вашу нефть с той же скоростью, с какой вы ее выкачиваете из земли.

Кертис задумчиво изучал его.

— Где вы возьмете большие танкеры?

— Построю.

— Извините, нас не интересуют капиталовложения в…

— Вам это не будет стоить ни цента, — перебил Демирис. — Все, что мне нужно, это долгосрочный контракт на перевозку вашей нефти за половину нынешней цены. Ссуду я возьму у банков. Последовало долгое многозначительное молчание. Затем Оуэн Кертис откашлялся.

— Полагаю, что лучше всего будет подняться наверх и поговорить с президентом.

Так это начиналось. Другие компании тоже охотно заключили сделки с Константином Демирисом, зафрахтовав его новые танкеры. Когда Спирос Ламброу узнал об этом, было уже поздно. Он слетал в Соединенные Штаты, где ему удалось заключить несколько сделок с независимыми компаниями, но все сливки достались Демирису.

— Он твой муж, — возмущался Ламброу, — но клянусь тебе, Мелина, я заставлю его за это заплатить.

Мелина горько переживала все случившееся. Она понимала, что предала своего брата.

Когда она сказала об этом Демирису, он только пожал плечами:

— Я к ним не обращался, Мелина. Они сами пришли ко мне. Зачем же мне было отказываться?

Обсуждать больше было нечего.

Но не деловые соображения определяли отношение Ламброу к Демирису. Главным было то, как Демирис обращался с Мелиной.

Он бы мог еще согласиться закрыть глаза на многочисленные похождения Демириса: в конце концов, почему мужчина должен отказывать себе в удовольствиях? Но то, что Демирис даже и не пытался это скрыть, оскорбляло не только Мелину, но и всю семью Ламброу. Самый наглядный пример любовная связь Демириса с актрисой Ноэлли Пейдж. Все газеты мира пестрели заголовками об этом деле. «Ну, подожди, — думал Спирос Ламброу. -Когда-нибудь…»

В кабинет вошел Никос Веритос, помощник Ламброу, проработавший у него уже пятнадцать лет. Он был хорошим исполнителем, однако совершенно лишенным воображения и потому серым и безликим человеком без будущего. Ему казалось, что он сможет воспользоваться соперничеством между Ламброу и Демирисом в своих целях. Он ставил на Демириса и потому время от времени передавал ему конфиденциальную информацию в надежде на щедрое вознаграждение.

— Простите, — обратился он к Ламброу, — вас хочет видеть мистер Антони Риццоли.

Ламброу вздохнул.

— Что ж, давай покончим с этим, — сказал он. — Пригласи его.

Антони Риццоли было лет сорок пять. Это был жгучий брюнет с тонким носом с горбинкой и глубоко посаженными карими глазами. Двигался он с изяществом хорошо тренированного боксера. На нем был дорогой, сшитый на заказ, бежевый костюм, желтая шелковая рубашка и мягкие кожаные туфли. И хотя говорил он тихо и вежливо, в нем таилась какая-то непонятная угроза. — Рад видеть вас, мистер Ламброу.

— Садитесь, мистер Риццоли.

Риццоли сел.

— Что я могу для вас сделать?

— Ну, я уже сказал мистеру Веритосу, что хотел бы зафрахтовать один из ваших грузовых пароходов. Понимаете, у меня фабрика в Марселе, так я бы хотел перевезти кое-какое тяжелое оборудование в Штаты. Мы могли бы заключить сделку, и в будущем я бы мог подбросить вам порядком работенки. Спирос Ламброу откинулся назад и внимательно оглядел своего собеседника. «Омерзителен».

— И это все, что вы собираетесь перевозить, мистер Риццоли? — спросил он.

Тони Риццоли нахмурился:

— Что? Не понимаю.

— Думаю, понимаете, — сказал Ламброу. — У меня нет для вас судов. — Почему? О чем вы это?

— О наркотиках, мистер Риццоли. Вы — торговец наркотиками.

Глаза Риццоли превратились в узкие щелки:

— Вы что, свихнулись? Это все сплетни.

Но это были отнюдь не сплетни. Спирос Ламброу тщательно собрал сведения об этом человеке. Тони Риццоли был одним из крупнейших торговцев наркотиками в Европе. Он принадлежал к мафии, и прошел слух, что он ищет способы перевозки наркотиков. Поэтому ему и хотелось заключить сделку.

— Боюсь, вам придется обратиться куда-нибудь еще.

Тони не мигая смотрел на него холодными глазами. Наконец он кивнул: — Ладно. — Вынув из кармана визитную карточку, он бросил ее на стол.

— Если передумаете, позвоните. — Он поднялся и быстро вышел.

Спирос Ламброу взял карточку в руки. Там было напечатано: «Антони Риццоли: импорт — экспорт». Еще там был адрес гостиницы в Афинах и номер телефона.

Никос Веритос слушал этот разговор с широко открытыми глазами. Когда Тони Риццоли вышел из комнаты, он спросил:

— Неужели он в самом деле?…

— Да, мистер Риццоли промышляет героином. Если мы допустим его хотя бы на одно наше судно, власти могут вообще арестовать весь наш флот.

Тони Риццоли вышел из кабинета Ламброу, задыхаясь от ярости. «Этот хренов грек обращается со мной так, будто я какой-то лапотник. И как он узнал про наркотики? На этот раз груз особенно велик. Его стоимость, достигни он улиц, была бы не менее десяти миллионов долларов. Весь вопрос в том, как доставить его в Нью-Йорк. Эта чертова полиция по борьбе с наркотиками так и шныряет по Афинам. Надо позвонить на Сицилию и попросить отсрочки». Тони Риццоли никогда еще не терял партию груза и не намеревался терять эту. Он считал себя врожденным победителем.