Ничто не вечно - Шелдон Сидни - Страница 47

— И я сказал себе: «Да разве я за всю жизнь заработаю такие деньги?» Он предложил мне должность ассистента, — с гордостью заявил Альфред, — и я собираюсь принять это предложение. Вот почему мы с тобой уедем в Нью-Йорк.

Пейдж замерла, потрясенная услышанным.

— Я смогу позволить себе купить для нас пентхауз, ты будешь иметь красивые платья, я куплю тебе все, что когда-то обещал. — Альфред усмехнулся. — Ты удивлена?

У Пейдж пересохло во рту.

— Я…, я не знаю, что и сказать, Альфред. Он рассмеялся.

— Конечно, не знаешь. От полумиллиона долларов в год любой потеряет дар речи.

— Я думаю не о деньгах, — медленно произнесла Пейдж.

— Вот как?

Она смотрела на него так, словно видела его впервые.

— Альфред, когда ты работал в ВОЗ, разве ты не чувствовал, что находишься там для того, чтобы помогать людям?

Альфред пожал плечами.

— Этим людям ничто не поможет. Да и кому, черт побери, они на самом деле нужны? Представляешь, Карен уговаривала меня остаться в Бангладеш. Я отказался наотрез. А она осталась. — Альфред взял Пейдж за руку. — И вот я здесь… Успокойся, похоже, все это ошеломило тебя, да?

Пейдж вспомнила своего отца. Он мог бы преуспеть, занимаясь частной практикой на Парк-авеню, но его не интересовали деньги. Единственное, что его интересовало, так это то, как помочь людям.

— Я уже развелся с Карен, поэтому мы можем пожениться хоть сейчас. — Альфред погладил руку Пейдж. — Как тебе нравится идея жить в Нью-Йорке?

Пейдж сделала глубокий вдох.

— Альфред…

Он улыбнулся в ожидании ответа.

— Да?

— Уходи.

Улыбка моментально слетела с его лица.

— Что?

— Я хочу, чтобы ты ушел. Он смутился.

— Куда мне идти?

— Не буду говорить куда. Это оскорбит твои чувства.

После ухода Альфреда Пейдж сидела в задумчивости. Кэт была права. Она цеплялась за призрак. «Помогать этим невежественным дикарям, тогда как мог бы зарабатывать здесь огромные деньги… Пятьсот тысяч долларов в год!»

«И этого человека я любила», — подумала Пейдж. По идее, она должна была бы сейчас чувствовать себя подавленной, но вместо этого испытывала радость. Внезапно она ощутила себя свободной. И поняла, чего ей сейчас хочется.

Она подошла к телефону и набрала номер Джейсона.

— Алло.

— Джейсон, это Пейдж. Помните, вы говорили мне о своем доме в Долине Ноя?

— Да…

— Я бы хотела взглянуть на него. Вы свободны сегодня вечером?

— Вы не хотите сказать мне, что происходит, Пейдж? Я растерян, — тихо произнес Джейсон.

— Это я растеряна. Я думала, что люблю человека, которого знала много лет, но оказывается, это уже совсем другой человек. И теперь я точно знаю, чего хочу.

— Чего же?

— Я хочу посмотреть ваш дом.

Долина Ноя казалась картиной из другого века. Яркий, разноцветный оазис в самом сердце одного из крупнейших городов мира.

Дом Джейсона являл собой отражение своего владельца — уютный, аккуратный, симпатичный. Джейсон стал показывать Пейдж свое жилище.

— Это гостиная, кухня, ванная для гостей, кабинет… — Он посмотрел на Пейдж и сказал:

— Спальня наверху. Хотите ее посмотреть?

— Очень хочу, — тихо ответила Пейдж.

Они поднялись наверх, в спальню. Сердце Пейдж готово было выскочить из груди. Но то, что должно было произойти, казалось ей неизбежным. «Я должна была понимать это с самого начала», — подумала она.

Пейдж не помнила, кто сделал первый шаг, но они бросились друг к другу в объятия, губы Джейсона нашли ее губы, и произошло это как-то совершенно естественно. Сгорая от нетерпения, они начали раздевать друг друга. А потом очутились в постели и предались любви.

— Боже, — прошептал Джейсон, — я люблю тебя.

— Я знаю, — поддразнила его Пейдж. — С того самого момента, как я велела тебе надеть белый халат. После первого любовного порыва она сказала:

— Я хочу остаться здесь на ночь. Джейсон улыбнулся.

— А ты не возненавидишь меня утром?

— Обещаю, что нет.

Пейдх провела эту ночь вместе с Джейсоном, они разговаривали…, занимались любовью…, снова разговаривали. Утром она приготовила ему завтрак.

Джейсон посмотрел на нее и сказал:

— Не знаю, чем я заслужил такое счастье, но спасибо.

— Я тоже счастлива, — ответила Пейдж.

— А знаешь что? Ты ведь так и не ответила на мое предложение.

— Получишь ответ после обеда. После обеда посыльный принес в офис Джейсона конверт. Внутри находилась карточка, которую он прислал ей вместе с макетом дома.

Мой

Наш

Ненужное

Зачеркнуть.

Слово «мой» было зачеркнуто.

Глава 26

Лу Динетто готовился к выписке из больницы. Кэт зашла к нему попрощаться. В палате находились Бегемот и Тень.

Как только Кэт вошла в палату, Динетто повернулся к телохранителям.

— Убирайтесь.

Кэт проводила их взглядом.

Динетто посмотрел на Кэт и сказал:

— Я ваш должник.

— Вы ничего мне не должны.

— Считаете, моя жизнь ничего не стоит? Я слышал, вы выходите замуж.

— Это так.

— За врача.

— Да.

— Что ж, передайте ему, чтобы он хорошо обращался с вами, иначе ему придется иметь дело со мной.

— Передам.

В разговоре возникла небольшая пауза.

— Мне очень жаль, что так получилось с Майком.

— С ним все будет в порядке, — ответила Кэт. — У нас с ним был долгий разговор. Все будет хорошо.

— Отлично. — Динетто протянул ей пухлый конверт. — Небольшой свадебный подарок. Кэт покачала головой.

— Нет. Благодарю вас.

— Но…

— Берегите себя.

— Вы тоже. А знаете что? Вы потрясающая девушка. Хочу, чтобы вы запомнили мои слова. Если вам когда-нибудь понадобится помощь — любая — приходите ко мне. Вам ясно?

— Ясно.

Кэт понимала, что он имел в виду. И знала, что никогда не обратится к нему.

В течение последующих нескольких недель Пейдж и Джейсон разговаривали по телефону три-четыре раза в день и проводили вместе все ночи, если только Пейдж не надо было дежурить в больнице.

Пейдж заступила на полуторасуточное дежурство, в течение которого постоянно приходилось бегать на срочные вызовы. И только она прилегла в дежурке, как ее разбудил настойчивый телефонный звонок.

Она поднесла трубку к уху.

— Алло?

— Доктор Тэйлор, палата 422. Stat.

Пейдж попыталась привести в порядок мысли. «Палата 422. Пациент доктора Баркера. Ланс Келли. Ему только что сделали пересадку митрального клапана. Наверное, что-то случилось». Пейдж встала с топчана и вышла в пустой коридор. Она решила не ждать лифта и бегом поднялась по лестнице. «Может, просто перестраховывается медсестра? Но если что-то действительно серьезное, я позвоню доктору Баркеру».

Она вошла в палату 422 и замерла на пороге. Пациент с трудом дышал и стонал. Увидев Пейдж, медсестра облегченно вздохнула.

— Я не знаю, что делать, доктор. Я… Пейдж подлетела к кровати.

— Все будет в порядке, — заверила она больного и пощупала пульс. Пульс бешено прыгал. Нарушена работа митрального клапана. — Успокоительное!

Сестра протянула ей шприц. Пейдж сделала укол в вену и повернулась к сестре.

— Передайте старшей сестре, пусть немедленно собирает операционную бригаду. И вызовите доктора Баркера!

Через пятнадцать минут Келли уже находился на операционном столе. Бригада состояла из двух операционных сестер и двух ординаторов. Мониторы, установленные высоко в углу операционной, показывали число ударов сердца, ЭКГ и кровяное давление.

В операционную вошел анестезиолог, и Пейдж почувствовала досаду. Большинство

анестезиологов больницы были опытными врачами, но доктор Герман Кох являлся исключением. Пейдж раньше приходилось работать с ним, и она старалась по возможности избегать этого. Потому что не доверяла ему. Но сейчас у нее не было выбора.