Легенды забытой Империи. Дети Ноэля - Вилль Аннелия - Страница 30

Хелена подошла к двери таверны и постучала. Долгое время никто не открывал, и девушка уже начала думать, что хозяева здесь не живут, но за стеной раздались громкие и медленные шаги, а дверь со скрипом распахнулась.

- Что надо? – на пороге стоял человек под два метра ростом. По его виду можно было понять, что Хелена подняла мужчину с постели и теперь он очень недоволен.

- Отдохнуть с дороги, если можно.

- Я вас не знаю! Пошли прочь.

- Мы из Сивалии, - раздался сзади голос эльфа.

Мужчина окинул взглядом всех путников и еще раз внимательно посмотрел на девушку.

- Ага, особенно ушастые. Нет, - сказал он и начал закрывать дверь.

- Мы у вас не задержимся, - попыталась остановить его Хелена. – Я из приюта и знаю цену времени.

- Значит знаешь. Один золотой и входите.

Девушка потянулась за кошельком, но внезапно раздался голос Алавира.

- Несколько медных монет и мы сможем здесь отдохнуть, а за серебряный ты сам нам еду принесешь.

Мужчина еще раз посмотрел на эльфов, но уже с большим уважением.

- Пять серебряных за все, но чтобы завтра утром вас здесь уже не было. Мне проблемы не нужны. И носа не высовывайте вечером.

- Хорошо, - сказал Алавир, входя с таверну.

- Натуральный грабеж, - ворчал кот.

Хозяин показал им одну свободную комнату на втором этаже здания. Казалось, что остальные тоже свободны, но мужчина категорически отказался открывать еще одну, заявляя, что ночью ему понадобятся все помещения и он и так делает им большое одолжение.

- Это что, бордель? – спросила Хелена, когда они остались одни.

- Чего ты боишься? Они тебя не съедят, - ответил Алавир, улыбаясь. – Иди спать.

Время до вечера пролетело незаметно. Хелена спала, кот лежал вместе с ней и краем уха слушал, о чем разговаривают эльфы, а Алавир обсуждал с Дарланом к кому лучше обратиться. Спорить не пришлось, с самого начала они решили, что Эдгар Адарийский не только ближе, но и намного решительнее своего соседа, теперь же решался вопрос, что ему можно предложить и на что именно рассчитывать. Люди никогда не вызывали доверия у эльфов, особенно, если вопросы касались политики. Но даже при всем своем желании, единственное, что может сделать Эдгар – вернуть их назад в Академию и ждать милости от Ковена. Если Алавир правильно помнил герцога, то тот милости ждать не станет, когда в его руки сама пришла такая удача.

- Мы отдадим ему часть земель, которую он желает получить. Приемлемую для нас и очень желанную для него.

- И что ты планируешь за это получить? - спросил Дарлан, внимательно изучая карту и грамоты, которые удалось вынести из библиотеки.

- Обещание военной поддержки. Что ты думаешь?

- Это возможно.

Внизу раздались голоса и начала звучать музыка, которая разбудила Хелену. Дверь в комнату распахнулась и на пороге появилась полная женщина небольшого роста с длинными кучерявыми волосами и в грязном переднике.

- Я принесла вам поесть, - сказала она, выставляя на стол тарелки, в которых плавала каша.

- Это что?

- Еда, если хотите другую, то надо спуститься вниз и заплатить за нее. Смотрите сами. Я уношу?

- Да, - сказал Алавир, даже не пытаясь заглянуть в тарелки.

- А я бы поела, - девушка смотрела на наследника жалобным взглядом.

- Мы бы все поели. Придется идти вниз, - сказал Дарлан.

Они боялись, что внизу таверны будут привлекать к себе внимание, но когда четверка начала спускаться по крутой лестнице, никто даже не взглянул в их сторону.

Дарлан выбрал свободный стол в самом углу зала и незамедлительно направился к нему, попросив приготовить им мясо и подать эль. Все та же женщина принесла напитки и сразу взяла положенные монеты. Когда эль путников начинал подходить к концу, на столе появилась запеченная птица и несколько тарелок с принесенной им ранее кашей. Народ в зале неизменно хмелел, начинал кричать и высказывать свое мнение по любому поводу. Крестьян, как думала Хелена, в таверне было не так много. В основном здание заполнили торговцы, девки и несколько мелких баронов. Здесь не должно было произойти ничего необычного, но оно произошло.

Алавира привлек пьяный разговор одного из баронов за соседним столиком. Он старался найти деньги, чтобы уехать как можно дальше, потому что «грядет ужасное». В чем именно заключалось это ужасное, Алавир так и не понял, однако ему показалось, что сам барон также точно не знает, что имеет в виду. Глядя на Алавира, к словам барона начали прислушиваться и остальные. Кот пододвинулся поближе. Хелена, казалось, перестала дышать, а Дарлан очень медленно пил эль, чтобы не вызвать подозрений. Со стороны казалось, что сидящим за столом просто не о чем общаться друг с другом.

- … я ей и говорю, доча, так а чего ж ты испугалась? А она мне говорит, что столько слышала про ето окно и только начала учиться, а оно хлоп, и разбилось – вдребезги – плохая примета. Представляешь, и так все красочно рассказала, говорит: «представляешь, па, словно черные лепестки упали и закрыли собой белый камень», так и говорит, она у меня за красивым словом в карман не лезет, грамоте обученная, не то, что мать. Я спрашиваю, какие лепестки? Какой камень? А она мне объясняет, что окно то у них роза называется и лепестки у нее черные, а пол из белого камня. А роза когда летела, ее лепестки этот камень и накрыли. Да с кем не бывает, да только роза эта была вечная, и взять ее ничем нельзя было. Точно тебе говорю «грядет что-то ужасное», так что ты по счету плати, а мне за дочей ехать.

Хелена подавилась элем и попыталась уйти, забрав своего фамильяра. Но ее остановил суровый голос Дарлана.

- Стоять! И что ты об этом знаешь?

- Да в том-то и дело, что ничего. Ее Филя нечаянно разбил. И «черные лепестки на белый камень» - да это может быть все, что угодно.

- Филипп?

- Пойдемте наверх, я вам все расскажу.

Под веселые и пьяные возгласы толпы Хелена с фамильяром и двумя эльфами отправились назад в приготовленную комнату. В маленьком помещении кот в очередной раз пересказывал историю, добавляя при каждом удобном случае свое возмущение. Алавир расхаживал по комнате, задавая все новые вопросы, на которые не получал внятного ответа, а Дарлан внимательно рассматривал животное. Само по себе событие мало что значило. Оно бы так и осталось незначительном, даже гордое название стекляшки не могло придать ему такое значение, как короткое упоминание в старинном свитке. Их прервал громкий стук в дверь, за которой стоял хозяин таверны. Он решительно вошел вовнутрь, со злостью рассматривая своих постояльцев.

- Я вас просил не ходить вниз? – сказал хозяин, сжимая кулаки.

- Если бы еда была нормальной, нам бы не пришлось спускаться, - Дарлан встал в полный рост и потянулся за мечом.

- Я могу узнать, какие проблемы? – спросил Алавир, останавливая брата.

- За вами следил какой-то старик. Мне не нужна охрана, если в таверне появятся воины, я потеряю слишком много денег и свою репутацию, щенок ушастый, это тебе понятно? – зло говорил мужчина. – Я знать не хочу, кто вы, но чтобы вас здесь больше не было! Выметайтесь!

Дарлан резко одернул свою руку и начал собирать свои вещи.

- Даю вам пол часа, - сказал хозяин и громко захлопнул дверь.

Хелена смотрела на сборы эльфов с грустью и усталостью. Очередную ночь в дороге она не переживет, по крайней мере, ей так казалось. Всплыли воспоминания об Академии и Мелисе, и она начала думать, что зря не согласилась стать стражем – так жизнь намного проще, чем в бегах.

- И что теперь? – неуверенно спросила она.

- Мы идем к герцогу, вы с нами, - сказал Алавир, закидывая на плечо дорожный мешок.

Из таверны они выходили через дверь для поваров, а на улице снова наступала ночь, которую разрывал лай собак и смех пьяных постояльцев двора. Погони или стражей слышно не было, и беглецы быстро забрали лошадей и отправились ко двору Эдгара Адарийского.

Всю ночь катары собирали свои вещи и внимательно просматривали полки с книгами. Привычный быт нарушали приставленные магистры, которые следили за каждым движением. Выходить решено было рано утром, а если быть точным, то решил так именно ректор, который, хоть и был непреклонен внешне, но всю ночь думал о правильности своего поступка. Катар, обучающихся а академии, было решено не трогать, но комнаты семерых адептов полностью обыскали, вытряхнув все из шкафов, столов и учебников. Интересовали амулеты, защита, оружие, однако магистры не нашли даже подобие опасных вещей. Студенты были в ужасе, переживали, но на вопросы о том, что случись и что будет дальше, получали однозначный ответ - если магистры ничего не найдут, то адепты смогут спокойно продолжить свое обучение. Все катары считали это унижением, особенно после того, как магистры на самом деле ничего не нашли. Стал вопрос по комнате одного из студентов, находившегося в башне, - Лифорда. Катары не принимали к себе детей метисов и только при большом уважении, желании или необходимости вступали в разговоры с другими расами. Если кто-нибудь из людей решит заговорить с катаром на улице или что-то спросить у такого незнакомца, то, скорее всего, они просто пройдут мимо и даже не заметят того, кто обращался. Но студентам Академии повезло. Здесь катары были в гостях и среди равных, как они сами говорили, но равными считали себе только ректора и нескольких магистров.