Мельницы богов - Шелдон Сидни - Страница 42

– Не посадят, если я помогу тебе.

Мэри вспомнила, что сказал ей Лукас Дженклоу, когда она собралась ехать в тюрьму: «Вы ничем не сможете помочь ей, госпожа посол. Мы исчерпали все средства. Пять лет для иностранца – это стандартный приговор. Если бы она была румынкой, то ей грозило бы пожизненное заключение».

Мэри посмотрела на Ханну Мэрфи и сказала:

– Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе.

Мэри ознакомилась с официальным полицейским рапортом. Он был подписан главой секуритате полковником Аурелом Истрасе. Коротко и ясно описывалась суть дела. Вина девушки была очевидна. «Надо что-то придумать», – решила Мэри. Она постаралась вспомнить, что было написано про Истрасе в секретном досье, которое давал ей Джеймс Стикли. Что же там было про Истрасе? Что-то о… Мэри внезапно вспомнила.

Мэри договорилась, что он придет в посольство на следующий день.

– Вы только потеряете время, – предупредил ее Майк Слейд. – Истрасе – это гора. Вам не удастся сдвинуть его.

Истрасе был невысокого роста, со шрамами на смуглом лице и блестящей лысиной. Когда-то давно ему сломали нос, и он неправильно сросся. Истрасе было интересно, зачем он понадобился американскому послу.

– Вы хотели встретиться со мной, госпожа посол?

– Да. Спасибо, что пришли. Я хотела бы поговорить с вами о Ханне Мэрфи.

– А, торговка наркотиками! У нас в Румынии строгие законы. Таких людей мы сажаем в тюрьму.

– Прекрасно, – сказала Мэри. – Я рада это слышать. Было бы хорошо, если бы и в Штатах ужесточили закон в отношении продавцов наркотиков.

Истрасе изумленно посмотрел на нее:

– Значит, вы согласны со мной?

– Абсолютно. Все, кто торгует наркотиками, должны сидеть в тюрьме. Но Ханна Мэрфи не продавала наркотики. Она предложила покурить своему любовнику.

– Это то же самое. Если…

– Не совсем, полковник. Ее любовник – лейтенант секретной полиции. Он тоже курил марихуану. Его наказали?

– Зачем? Он просто собирал доказательства преступления.

– У лейтенанта жена и трое детей?

– Да, – нахмурился Истрасе. – Эта американка заманила его в постель.

– Полковник, но ведь Ханна Мэрфи всего-навсего девятнадцатилетняя студентка. А вашему лейтенанту – сорок пять лет. Так кто кого заманил?

– Возраст не имеет значения, – упрямо сказал Истрасе.

– А жена лейтенанта знает о его приключении?

– Зачем она должна об этом знать?

– Потому что, по моему мнению, девушку заманили в ловушку. Я хочу предать это дело гласности. Мировая пресса будет в восторге.

– Ничего у вас не получится, – сказал он.

Она решила пойти с козырного туза:

– Потому что этот лейтенант – ваш зять?

– Нет, не потому, – зло ответил полковник. – Просто я хочу, чтобы восторжествовала справедливость.

– Я тоже этого хочу, – уверила его Мэри.

Согласно досье, которое она читала, его зять специализировался на знакомствах с молодыми туристами – мужчинами и женщинами, – предлагал им продавать наркотики на черном рынке, спал с ними, а затем выдавал полиции.

– Я думаю, вашей дочери незачем знать о поведении ее мужа, – сказала Мэри. – Будет лучше, если вы освободите Ханну Мэрфи, а я отправлю ее в Штаты. Что вы на это скажете, полковник?

Он смотрел на нее, покраснев от злости.

– В-вы очень интересная собеседница, – наконец сказал он.

– Спасибо. Вы тоже интересный собеседник. Итак, я жду Ханну Мэрфи завтра в своем кабинете. Затем я отправлю ее домой первым же самолетом.

Полковник пожал плечами:

– Я постараюсь что-нибудь придумать.

– Я уверена, что у вас все получится, полковник Истрасе. Спасибо.

На следующий день Ханна Мэрфи уже летела домой.

– Как это вам удалось? – недоверчиво спросил Майк Слейд.

– Я последовала вашему совету и очаровала его.

Глава 20

В тот день когда Тим и Бет должны были впервые пойти в школу, Мэри вызвали в посольство в пять утра – пришла срочная телеграмма, и надо было немедленно дать ответ. День был настолько насыщенным, что Мэри вернулась домой только после семи вечера. Дети ждали ее.

– Ну, – спросила Мэри, – как школа?

– Мне понравилась, – ответила Бет. – Ты знаешь, там учатся дети из двадцати двух стран. Один итальянский мальчик глаз с меня не сводил. Прекрасная школа.

– И лаборатория у них превосходная, – добавил Тим. – Завтра мы будем резать румынских лягушек.

– Знаешь, что странно? – спросила Бет. – Все они говорят по-английски с таким смешным акцентом.

– Запомните, – сказала Мэри детям, – если кто-нибудь говорит с акцентом, значит, он умеет говорить на нескольких языках. Ну, я рада, что у вас не было проблем.

– Никаких. Майк позаботился обо всем, – заявила Бет.

– Кто?

– Мистер Слейд. Он сказал, чтобы мы звали его Майк.

– А какое отношение имеет Майк Слейд к вашим занятиям?

– А он тебе ничего не рассказывал? Он заехал за мной и Тимом, а потом познакомил со всеми учителями. Он их всех знает.

– И многих детей тоже, – добавил Тим. – Он нас им представил. Все его любят. Чудесный парень.

«Слишком чудесный», – подумала Мэри.

На следующее утро, когда Майк зашел к ней в кабинет, она сказала:

– Я так поняла, что вы отвезли Тима и Бет в школу?

Он кивнул:

– Детям трудно адаптироваться в чужой школе. Они у вас такие хорошие.

А есть ли у него дети? Мэри внезапно поняла, как мало она знает о личной жизни Майка Слейда. «Так оно лучше, – подумала она. – Ведь он только и ждет, когда я ошибусь».

Она решила, что все равно у него ничего не выйдет.

В субботу Мэри взяла с собой детей в частный дипломатический клуб, где собирались члены дипкорпуса, чтобы обсудить последние слухи.

Осмотрев зал, Мэри увидела Майка Слейда, сидевшего с какой-то женщиной, и, когда та повернулась, Мэри узнала в ней Дороти Стоун. Мэри остановилась как вкопанная. У нее было чувство, что ее секретарша сотрудничает с противником. Ей стало интересно, насколько близки были Дороти и Майк. «Надо поменьше доверять ей, – подумала Мэри. – И не только ей».

Хэрриет Крюгер сидела одна за столом. Мэри подошла к ней:

– Вы не против, если я к вам подсяду?

– Буду очень рада. – Хэрриет вытащила пачку американских сигарет: – Закуривайте.

– Спасибо. Я не курю.

– В этой стране невозможно прожить без сигарет, – сказала Хэрриет.

– Не понимаю.

– Здесь все держится только на «Кенте». В переносном смысле, конечно. Если вы идете к врачу, готовьте пачку сигарет. Если хотите купить мясо, починить автомобиль, заменить перегоревшую лампочку, всем надо давать взятку сигаретами. Один мой знакомый итальянец нуждался в небольшой операции. Ему пришлось дать сигареты медсестре, чтобы она приготовила новый скальпель. За бинты ему тоже пришлось расплачиваться сигаретами. Иначе бы медсестры использовали старые.

– Но почему…

– Потому что в стране не хватает бинтов, – сказала Хэрриет Крюгер, – лекарств тоже не хватает. И так во всех странах Восточной Европы. В прошлом месяце в ГДР была эпидемия ботулизма. Восточным немцам пришлось покупать сыворотку на Западе.

– А люди даже не могут пожаловаться, – сказала Мэри.

– Они находят способы. Вы слышали про Булу?

– Нет.

– Это герой анекдотов, при помощи которых румынам удается выпускать пар. Например, люди стоят в очереди за мясом. Очередь почти не двигается. Простояв пять часов, Булу разозлился и говорит: «Пойду во дворец и убью Ионеску». Через два часа он возвращается, и друзья спрашивают его: «Ну что, убил?» Була отвечает: «Нет, там тоже была большая очередь».

Мэри рассмеялась.

– Вы знаете, что здесь пользуется наибольшим спросом на черном рынке? Видеокассеты с американскими телепрограммами.

– Им нравится смотреть наши фильмы?

– Нет, им больше нравится смотреть рекламу. Все, что нам кажется обычным – стиральные машины, пылесосы, автомобили, – для них недосягаемо. Они глаз с них не сводят. А когда начинается фильм, они уже не смотрят на экран.