Проект «Барсум» - Нивен Ларри - Страница 43

«Синих» в бой вел Пегас. Он избрал тактику, которая не понравилась Максу. С криком «Смотри, Кевин: „Каббала“! Пегас запустил в сторону юноши огромный снежок. Поддавшись на уловку лидера „синих“, Кевин отвлекся, и снежный комок угодил ему прямо в голову.

Макс вскипел:

— Предлагаю исключить этого сукина сына из игры!

— Что?! — возмутился Пегас. — Вы за это ответите!

Обстановка накалялась.

— Тише, тише… — взмолилась Снежная Лебедь. — Исключать мы никого не будем. Быть может, наши уважаемые судьи…

— Хорошо, — Макс взял себя в руки. — Я бросаю ему вызов.

— Вы думаете, он согласился? — засомневалась Эвиана. — Вы с Пегасом в разных весовых категориях.

— Ну и что, — нахмурился Макс. — Мне кажется, что этот Пегас — агент службы безопасности «Парка». Если это так, то он неплохо натренирован и наш вес не имеет значения.

Слова Макса всех ошеломили.

— Вы уверены, что к нам приставили охранника? — наконец спросила Эвиана. — Я люблю играть, когда…

— Но мы же, кажется, взяли перерыв, — робко заметил Кевин.

Один из судей-снеговиков подошел к стану «красных».

— Счет 24:24, — объявил он. — Вы можете продолжить игру или предпочесть «быструю смерть».

— То есть? — не понял Макс.

— Первых же три выигранных очка выявят победителя.

— Тогда «быструю смерть»! — воскликнул Макс и выразительно посмотрел в сторону Пегаса. — Я предлагаю ему дуэль!

— Вы твердо решили, сэр? — уточнил снеговик.

— Вы действительно думаете, что Пегас пойдет на это? — спросил Кевин.

— Надеюсь, — спокойно ответил Макс.

— Думаете, если он согласится, вы можете начистить ему задницу?

— Кевин! — изумился Макс. — И вы едите этим ртом?!

Юноша смутился.

— Я имел в виду, — залепетал он, — что я никогда не видел, чтобы вы дрались. Это же не хореографический этюд…

Эвиана, все это время спокойно и отрешенно чертившая ногой на снегу какие-то знаки, вдруг заметила:

— А ведь я была здесь раньше…

— Здесь?! — изумился Макс. — Вы имеете в виду это конкретное место?

Эвиана загадочно улыбнулась.

— Да, я была где-то здесь и делала почти то же самое. Все это было так же важно, как и сегодня… Разные люди здесь бывали… Нет, не снеговики. Прежде чем мы добрались до этого места, погибли четверо из нас. Но мы были счастливы…

— А я здесь тоже был? — то ли в шутку, то ли всерьез спросил Макс.

В зеленых глазах Эвианы вспыхнул огонь.

— Нет, вас здесь не было, — вполне серьезно ответила она.

К Максу подошел второй снеговик:

— Лидер команды «синих» принял ваш вызов. Я предлагаю сойтись в традиционном эскимосском единоборстве.

Пегас стянул с себя верхнюю одежду, затем подошел к Шарлей и что-то весело ей прошептал. В ответ Шарлей застенчиво улыбнулась.

Макс, от которого не ускользнула эта сцена, обратился к Эвиане:

— Моя леди, я иду на эту дуэль ради всех нас, но мне очень хотелось бы, чтобы вы считали меня своим рыцарем.

— Что вы имеете в виду? — не поняла Эвиана.

— Я хотел сказать… — Макс замялся. — Ну… мне хотелось бы получить от вас что-нибудь на память.

Эвиана чуть заметно улыбнулась. Немного подумав, она сняла с себя ремень и протянула его Максу. Благоговейно приняв подарок, Макс направился к месту единоборства.

В ста ядрах от временного лагеря снеговики нашли идеально ровную круглую площадку диаметром футов в пятнадцать, и один из судей перешел к делу:

— Попрошу господ дуэлянтов занять исходные позиции. Ваша задача — заставить противника потерять равновесие, но при этом удержаться на ногах самому. Если ваш противник коснулся льда любой частью тела, то вам присуждается очко. Если же при этом и вы коснулись льда, то очка вы не получаете. Если вам удастся вытеснить противника за пределы ринга — очко. Если оба оказались за рингом — ноль. Выиграет тот, кто первым наберет три очка. Есть ли вопросы?

— Что запрещено? — поинтересовался Макс.

— Это решать вам самим.

Макс окинул взглядом своего соперника. Пегас был на четыре дюйма ниже, но так же широк в плечах.

— Никаких ударов кулаком, — предупредил Макс.

— Согласен, — ответил Пегас. — Еще я против тычков и пинков.

— Отлично. А как насчет ударов открытой ладонью ?

— Только не по глазам и не по лицу, — уточнил Пегас.

— Хорошо, — сказал Макс и протянул сопернику руку.

«Пожмет или не пожмет?» — пронеслось у него в голове.

Пегас снял перчатку и крепко пожал протянутую руку.

На небе бушевало северное сияние. Казалось, кто-то высоко прикрепил огромный разноцветный флаг. Как-то незаметно потеплело.

Согнув колени, Макс устремился на середину ринга. Пегас не сводил с противника глаз. Дальнейшее произошло за несколько секунд: Макс почувствовал на своих плечах руки Пегаса и вскоре всем телом ощутил ледяную твердь. Однако, падая, он успел потянуть за собой противника.

— Нет очков! — объявил судья. Все началось сначала.

На этот раз участие Макса даже не потребовалось. Поскользнувшись и схватив противника за руку, Пегас умудрился сделать подсечку, отчего Макс очутился в воздухе. Приземлился он на Пегаса, распластавшегося на ледяной площадке.

— Нет очка! — вновь провозгласил снеговик.

Самоуверенности в Пегасе заметно поубавилось, а в его глазах появилось уважение к Максу Сэндсу.

В третьей попытке Макс рванул соперника на себя, но поскользнулся и оказался на льду. Пегасу присудили очко.

Через минуту Пегас заработал еще одно очко, припечатав противника ко льду. До победы ему не хватало совсем чуть-чуть… Однако следующие два раунда Пегас проиграл вчистую.

Оставался последний, решающий раунд.

К этой схватке противники готовились особенно тщательно. Не сводя глаз друг с друга, они долго искали подходящий момент для броска, двигаясь по невидимому кругу, как в ритуальном танце.

Наконец Макс по-борцовски «прошел» сопернику в ноги, и через мгновение Пегас очутился в воздухе. Приземлился он крайне неудачно, на спину, но в самый последний момент вывернулся из объятий Макса, как кошка, и встал на четвереньки. По всем правилам снеговик должен был тут же присудить Максу очко и победу, но почему-то медлил.

Раздались недовольные возгласы игроков:

— Очко! Очко!

В конце концов судья-снеговик произнес:

— Очко…

Тяжело дыша и отряхнувшись, соперники поднялись на ноги.

— Жаль, что вас не приглашают в олимпийскую сборную, — улыбнувшись, посетовал Пегас.

Макс от души рассмеялся и протянул сопернику руку. Пегас руку принял, но, неожиданно поскользнувшись на ровном месте, шлепнулся на лед, чем вызвал у игроков приступ гомерического хохота.

Макс помог бывшему сопернику подняться, и подошел к Эвиане.

— Моя леди, — высокопарно обратился он, протягивая женщине ремень. — Я победил ради вас, ради вас одной…

Макс запнулся под пристальным взглядом красивых зеленых глаз.

— И?.. — тихо прошептала Эвиана.

Она приблизилась так близко, что Макс ощущал ее прерывистое дыхание.

— И я… Я посвящаю эту победу вам.

Эвиана сделала еще один шаг, и Макс ощутил на своих губах сладкий поцелуй. В следующее мгновение Эвиана зарделась и бросилась прочь.

Игроки снова захохотали. Слегка обидевшись, Макс бросил на них колючий взгляд и помчался за Эвианой.

Стоя на большом валуне, Макс всматривался в окружающее белое безмолвие, пытаясь разыскать беглянку.

— Эвиана! — крикнул он, но слышал в ответ лишь завывания ветра.

Вдали виднелись маленькие, будто чесночные, зубчики далеких гор. Несмотря на то, что воздух был чист и прозрачен, горы почти сливались с горизонтом.

— Эй! — услышал наконец Макс и тут же получил снежком в ухо.

Увидев Эвиану, Макс громко, но не зло выругался и помчался за ней. Нагнав женщину через несколько десятков шагов, он схватил ее за руку, и, заливаясь безудержным смехом, они оба повалились на свежеприготовленный техниками «Парка» снег.