Плюс на минус - Громыко Ольга Николаевна - Страница 64

Я неловко вытащила тонкую сигаретку, чуть не сломав у фильтра. Саня щелкнул зажигалкой.

— Я думал, ты не куришь.

— Курю. Когда очень хорошо… и когда не очень.

Пару минут мы молча любовались то вспыхивающими, то притухающими кончиками сигарет. Смешивающийся дым лениво тянулся к окну.

— Сань, расскажи мне что-нибудь.

— Не то настроение.

— Тогда думай вслух. Я хочу послушать твой голос. — Парень вытаращился на меня еще изумленнее, и я виновато добавила: — Тишина тут… плохая.

— Лен, — Саня невесело улыбнулся, — мне самому-то от моих мыслей крышу сносит. Оно тебе надо? Да и не поймешь ты ничего.

— Я попробую. Честно.

И я неожиданно взял и начал рассказывать — словно вырывая из себя, из памяти, кусок за куском…

…про то, как в Моздоке, в аэропорту, впервые увидел «груз 200»…

…про первого раненого, подорвавшегося на мине в нескольких шагах от меня…

…как бээмпэшка из нашего батальона попала в засаду на шоссе — когда мы примчались, она уже догорала, и те, кто в ней был… или рядом, тоже в луже вяло полыхающей соляры… некоторых я знал по именам, а некоторых — не помнил даже лиц…

…про первый бой — бестолковую шальную стычку в зеленке, когда мы опомнились, лишь расстреляв по три-четыре магазина, а чичи под эту пальбу давно уже растворились в лесу…

…и о черном снеге, падавшем вперемежку с хлопьями сажи…

…как снайпер подстрелил Юрку, мы стояли рядом, вот как сейчас, с тобой, а он вдруг запрокинул голову и стал оседать, так бывает — кто-то на долю миллиметра сдвинул прицел, и смерть проходит рядом, забирая другого. А ты остаешься и никогда, слышишь, Лен, никогда не получишь ответа на вопрос: почему его, а не меня?!

…и как Пашка-взводный, услышав, что я собрался подавать на «контракт», что я собрался остаться и мстить за ребят, — как он отвел меня в сторону от костра и умело, зло набил морду, популярно-матерно разъясняя при этом, что за погибших я теперь должен жить…

…и как я шел по Москве и смотрел — на дорогие авто, на сверкающие витрины, на девчонок в ярких летних платьицах… словно попал на другую планету… ну да так оно и было.

А Леночка просто молча слушала и курила — и я был чертовски благодарен ей за это.

Я слушала Саню и думала: боже мой, какой я была идиоткой прошлой ночью… нет, не тогда… а потом, когда лежала и злилась, что он меня разбудил, и боялась к нему прикоснуться… потому что сейчас мне было жутко даже его слушать, не то что каждую ночь переживать это заново.

Но я заставляла себя не отводить глаз, не позволять себе ни сочувственных, ни испуганных, но равно фальшивых ахов, и сигарета в пальцах действительно здорово помогала… А в голове вертелся, сам собой складываясь, обещанный Сане стих; руки так и чесались схватить карандаш и поскорее записать звенящие строчки, пока они не выветрились вместе с дымом…

И только когда парень уткнулся взглядом в стол, а ободренные тишиной тени снова начали выползать из углов, я негромко спросила:

— Сань, а когда ты был… ну, там… ты хотел вернуться?

— Вернуться? — криво усмехнулся он. — Сильно неподходящее слово. Выбраться из ада — уже лучше. Но по большей части я хотел просто остаться в живых. Дотянуть… дожить. Не до дембеля — хотя бы до рассвета. Знаешь, Лен, это иногда чертовски много значит: суметь дожить до рассвета. Ну и вот… вернулся. Только иногда… особенно по ночам… часто… мне кажется, что вернулось лишь тело, а душа — душа по-прежнему там. Ад, Ленка, он так просто не отпускает.

Я мягко накрыла его ладонь своей.

— Так возвращайся, Сань. Я очень тебя жду.

Парень забычковал сигарету, точнее — размазал ее по пепельнице, до того его трясло.

— Ждала уже одна такая…

Но ладонь не убрал.

Глава 9

Сегодня я проснулся первым — Леночка еще спала, доверчиво пристроив голову у меня на груди. Нет, после ночного разговора сил у нас осталось только на подняться в комнату и, не раздеваясь, рухнуть на кровать… Но чем дольше я смотрел на Лену, тем отчетливее понимал: никого ближе нее у меня на этом свете нет… да никогда и не было.

Я бы лежал так сколько угодно, но девушка, видно, ощутила мое изменившееся дыхание, шевельнулась, приподняла голову и сонно поинтересовалась:

— Ммм?

Встрепанная, заспанная блондиночка была такой трогательной и родной, что я без раздумий привлек ее к себе и поцеловал.

— Ммм… — одобрила Леночка, и мне стало совсем хорошо. — Ой, Сань, а сколько времени?

— Часов десять, а то и одиннадцать, — неуверенно сказал я. Хмурое осеннее утро, помноженное на пыльное оконце, создавали в комнате романтичную полутьму. — С тобой всегда так хорошо спится… Слушай, а я тебе самой спать не мешаю? Не ору во сне?

Леночка почему-то отвела глаза, но твердо сказала:

— Нет, не мешаешь.

— Это повезло… тьфу, в смысле, хорошо.

Девушка смутилась еще больше.

— Ну по крайней мере, ты теплый, — философски заметила она. — И к утру не остываешь.

— Да уж, — хмыкнул я, — грелка из меня подходящая…

…раз в постели ни на что больше не сгодился, мысленно закончил я.

Кажется, вышло это чуток резковато — Леночка удивленно на меня посмотрела и, отстранившись, сменила тему:

— Сань, мы ж собирались утром обсудить, что делать дальше.

Блин, мысленно выругался я, и кто, спрашивается, меня за язык тянул? Подыграл бы, ляпнул чего игривое… а так сам всю малину испортил.

— Конечно. Вот прям щас и устроим разбор полетов, раз все в сборе.

— Нет уж, полет я даже вспоминать не хочу, — насмешливо фыркнула девушка. — Давай сразу перейдем к разговору с директором фирмы.

— Угу, — согласился я. — Вчера мы вроде сошлись, что сей тип не врал. Ты как, за ночь мнение не поменяла?

Девушка серьезно подумала и покачала головой:

— Нет. Вот только за кого он нас принял?

— За каких-то суперпуперагентов минского разлива. — Я мысленно примерил на себя фрак Роджера Мура и улыбку Шона Коннери. — Ударный отряд Госнежохраны, спецназ нервно курит в сторонке…

— …гадая, что курили мы, — поддакнула Леночка. — Погоди-погоди… а ведь ударный отряд у нас действительно есть! То есть у собственно Госнежконтроля — под кураторством КГБ, между прочим.

— Что, серьезно? — поразился я. — Ну блин… развелось же нынче спецназов… Интересно, чем ваши занимаются? Привидений сачками ловят или за упырями с кольями бегают?

— Нет, они больше на случай всяких ЧП — например, если какой-нибудь пьянчуга водяного раздраконит и срочно понадобится приречную деревню на недельку отселить, пока конфликт не уладится… Коровья Смерть та же. А если упыря колом, он на тебя такую жалобу настрочит, что лучше бы настоящей крови попил…

— Ну а мы-то им с чего сдались? — хмыкнул я. — Или меня за очередное ЧП посчитали?

Лена тактично умолчала о своей солидарности с КГБ, сразу спросив:

— Тогда почему они на нашей стороне… вроде бы?

— Понятия не имею, — признался я. — Хотя… Лен, а может, они просто на Филлипюка из-за конторы наехали? Вот он и решил, что мы типа инспекция?

— Может… — Девушка в раздумье запустила пальцы в волосы, взлохматив их окончательно. — Как все-таки диктофона не хватает… У меня сложилось впечатление, что Андрея Даниловича предупреждали именно насчет нас, да и фамилии он с ходу вспомнил. К тому же мне кажется, что КГБ не стал бы размениваться до звонков какому-то фирмачу, им проще решить эту проблему на уровне мэра или МВД…