Адвокат (СИ) - "Клод и Марго" - Страница 52

…и вдруг понял, что на удары не ответит. Не сможет. Где-то на самом дне души еще жил тот давнишний робкий подросток, который после гибели отца засыпал, держась за руку школьного хулигана Мела. С удивившей его самого четкостью Гортхауэр осознал, что поднять руку на Мела, лучшего друга, первого любовника, сына своего благодетеля, он — не сумеет. Независимо от обстоятельств.

…От удара в солнечное сплетение он сложился пополам, скорчившись на ковре и закрывая голову.

Мел, любой Мел, даже такой, был неприкосновенен…

…Измотанный разум сжалился над своим хозяином и отпустил тело; Мелькор этого не заметил.

Джанни, на всякий случай оставшийся за дверью, сперва не слышал ничего, потом разобрал вопли хозяина и немного расслабился: если орет, значит, ситуация не смертельная. Потом до него донеслось несколько приглушенных вскриков и подозрительно знакомые звуки… обычно сопровождающие жестокое избиение. Охранник успокоил себя мыслью, что шеф знает, что делает, но через десять минут, плюнув на последствия, приоткрыл дверь и заглянул в кабинет. Закрыл, глубоко вдохнул и подскочил к паре подчиненных, понуро стоящих в коридоре:

— Джек, быстро к сеньору Анджелини, скажи, Мелькор сейчас убьет Гора… что уставился, пшел!!

Ошалелый парень бросился выполнять приказ, второго охранника, которого Джанни знал много лет и на которого мог полагаться в любой ситуации, он взял с собой. Вдвоем они влетели в огромную комнату и оттащили гангстера от неподвижного тела помощника, удерживая его в стороне. Буквально спустя минуту на пороге показался сам Ангел, оглядел картину… Джанни нервно сглотнул: приемный отец Мелькора на свой, тихий манер, был в ярости. Его сын тем временем перестал рваться из рук телохранителей и медленно сползал на пол; его осторожно опустили на ковер, и он застыл, стоя на коленях и невидяще уставившись на едва дышащего Гортхауэра. Ангел отвернулся от Мела, приблизился к его помощнику, наклонился, с трудом отвел закрывающие голову руки…

Джанни отметил, как невесело дернулся угол рта его напарника: когда-то он и учил сына хозяина профессионально драться. Потом к занятиям присоединился взятый в дом Гор. Вот только последнему наука пошла не в прок… Старый Анджелини бережно перевернул скрюченное тело на спину, провел ладонью по мокрым волосам, погладил по щеке, взял за руку…

Кто-то догадался вызвать «скорую». Гора увезли. Мелькора начала бить жестокая дрожь. Джанни перехватил взгляд Ангела, устремленный на приемного сына, и бессознательно напрягся; даже в невменяемом состоянии Мелькор почувствовал, что на него смотрят, поднял лицо… Старый гангстер неожиданно глянул прямо на старшего охранника:

— Уведи отсюда этого человека. Я буду в больнице со своим единственным сыном.

У телохранителя приоткрылся рот; расширенные глаза пораженно смотрели на седовласого главу клана. Анджелини, тяжело ступая, медленно вышел из кабинета. Снизу послышался сдавленный стон, перешедший в надрывный, дикий, какой-то звериный вой. Джанни с напарником попытались подхватить светлого гангстера, но не удержали и сами опустились рядом:

— Шеф!.. Мелькор!!.

Тот бешено рванулся из удерживающих его рук, замотал головой и вдруг, закрыв ладонями лицо, замер. Подождав с полминуты, второй телохранитель с трудом поднял податливое расслабленное тело и встал на ноги; перевел взгляд с неузнаваемо искаженных черт молодого человека на Джанни:

— Я его унесу, ладно? А ты… позвони Роджеру Тейлору.

Оставшись один, старший охранник порывисто вздохнул, помотал сто лет не болевшей головой, ожесточенно взъерошил короткие волосы… Про сидящего под стражей ударника он не подумал бы ни за что. Он отпустил подчиненного, велел передать Тейлору, где Гор, и выскочил из душного дома в прохладный ночной воздух. Немного помогло. Немного.

Пробуждение было похоже на сказку… нет, на путешествие во времени. Он опять чувствовал жуткую разбитость и ломоту во всем теле, но физическое недомогание не шло ни в какое сравнение с тем ощущение тепла и защиты, когда ты держишься за чью-то руку, слышишь давным-давно знакомый и одновременно незнакомый голос…

Во мраке огнем загорелось последнее воспоминание; Гор с усилием вынырнул из усыпляющей пелены хранимых в памяти образов, попытался сесть…

— Тише, мальчик, тише…

— Сеньор Анджелини?.. — помощник Мела не поверил, что говорит он сам. Еще не верилось, что Ангел сидит у его постели… в палате? Больница?.. Упрямо смаргивая с глаз дымку, Гор попытался сообразить, что происходит и почему все так болит… лучше бы не соображал. Мел, ну как же, Ме-ел… и Манве.

— Отдыхай спокойно, сынок, — старый гангстер провел ладонью по его щеке. Не заметил, ничего не заметил… благодарю тебя, Пресвятая Дева… — Тебя никто не потревожит. Скоро подъедет твой друг. Отдыхай.

Гор заставил себя слабо кивнуть; Анджелини удалился. Единственное, чего не мог себе сейчас позволить помощник Мелькора, так это отдыхать. Значит, бельчонок на походе. Это плохо, нежный Роджер наверняка грохнется в обморок от одного вида любимого в свежих синяках. Гор отнюдь не обольщался, устроенная свихнувшимся Мелом сцена надолго вывела бы его из строя… в любой другой момент. Но не тогда, когда от его действий зависела жизнь самых близких ему людей. Мысленно он оценил свои возможности; выходило маловато, придется применять крайние средства…

Гор, изредка постанывая, сполз с высокой кровати и ужаснулся: дорога до автомобиля, на каком бы этаже он сейчас не находился, показалась бесконечной. Он, не обращая внимания на боль, начал дышать глубоко и медленно, выпрямился, сделал несколько шагов до двери палаты… Их с Мелом учили не только драться; оба могли неплохо определять физическое состояние, оказывать первую помощь при множестве случаев, знали кое-какие лекарственные препараты и методы психологического заглушения боли… да, их обучали хорошо. Нацепив халат, гангстер постарался не корчить гримасы, переступая с ноги на ногу, и приоткрыл дверь. Часы показывали третий час ночи; коридор был пуст. Без особых затруднений он отыскал запертую раздевалку и позаимствовал более или менее подходящие по размеру джинсы, рубашку, куртку и кроссовки; кисти рук мелко тряслись, пока он завязывал слишком короткие шнурки. Следовало найти любую комнату с лекарствами. Повезло ему через пять минут: на посту медсестры тревожно запищал сигнал, и та сорвалась с места; в шкафчике обнаружились стимуляторы и обезболивающее. Гор набил карманы коробочками и пузырьками, добавил к содержимому чужого бумажника обнаруженные в том же шкафчике три десятидолларовые банкноты и спустился в гараж, молясь всем ангелам, чтобы девушка не вернулась и не подняла шум раньше времени. И чтобы Роди не заявился…

Он отыскал незапертую машину и завел мотор практически на автомате. В голове постепенно начало проясняться; гангстер аккуратно вывел автомобиль на темную узкую улицу и ни с того ни с сего подумал, что, как ни странно, зла на Мела не держит. Вообще. От попытки иронически улыбнуться свело челюсть. Кто бы сказал — ведь не поверил бы: его, Гортхауэра, колотят до потери пульса, а он потом только смирненько улыбается! Чертовская нелогичность, а?!. Даже на секунду Гор не мог предположить, как в действительности отреагировал Ангел на срыв Мелькора.