Любовь на выходные (СИ) - Валентинова Анна - Страница 52

Не могу поверить, что с нами произошла такая глупость!

Не с нами, а с тобой, - попытался возразить Макс, но увидев ее взгляд, поправился – Хорошо, с нами.

Я даже представить не могла, что какая то девушка захочет, а главное, сможет раздеться перед посторонним мужиком!

Ой, Варюш, знала бы ты некоторых девушек… Нет. Лучше тебе их не знать.

Я тоже так думаю.

Варя помолчала, глядя на проносящийся мимо пейзаж. Дороги в этой части области были хорошие, машин – не много, поэтому они ехали быстро.

А долго ехать до твоих? – спросила она.

С учетом свободной дороги – часа три. Поэтому я и разбудил тебя с утра пораньше, чтобы проехать всю трассу без проблем.

А родителям позвонил? – продолжала любопытствовать Варя.

Зачем? – искренне удивился  Макс.

Я тебе поражаюсь, Макс! Везешь к родителям незнакомую девушку без предупреждения? А может твоя мама с утра пораньше решит затеять генеральную уборку и встретит нас в заляпанном краской халате. Знаешь, как ей будет неудобно?

Сейчас ты говоришь в точности, как моя матушка. Поэтому, мой ответ – нет. Звонить не будем, так интереснее.

Дальше разговор влюбленных перешел на более прозаические темы – где по пути можно будет купить цветы и сладкое, какие они должны были пересечь населенные пункты и долго ли проходить таможенный контроль.

И только тут Варя начала соображать.

Подожди, у меня же нет визы! Меня не пустят в Европу!

Макс искоса взглянув на нее, сосредоточив внимание на дороге.

Ага, начала соображать?

Я даже никаких бумаг не подписывала, никакой справки о зарплате и всяких анкет.

Как не подписывала? – в свою очередь удивился он. – Ты разве не помнишь, что при поступлении на работу ты заполнила все необходимое для шенгенской визы и отдала свой загранпаспорт? Эту стандартную процедуру прошли все мои журналисты, на случай непредвиденных срочных командировок за рубеж.

И ты умудрился за сутки получить для меня визу? – продолжала недоумевать она.

Варечка, виза делается в течение рабочего дня. Все остальное время - это бюрократические процедуры, которые при желании можно ускорить.

Все равно, Варе было удивительно это слышать. Еще в четверг она страдала и не могла пересилить себя, чтобы открыть дверь в квартиру, а он, оказывается, уже все спланировал и решил!

Так ты бы сам со мной помирился бы! – догадалась она вновь.

Наверное. Попозже. В зависимости от складывающейся ситуации, - отреагировал он, все   также

внимательно глядя на дорогу.

Варя не знала, смеяться ей, или плакать. Максим каждый поражал ее до глубины души. Совсем недавно она считала его неисправимым бабником и авантюристом, не способным на эмпатию. И ей, в ее воображаемых домыслах, приходилось принимать его таким, какой он есть. А оказывается, он замечательный – чуткий и внимательный к мелочам мужчина.

Варя притихла и Макс с любопытством спросил:

О чем думаешь?

Немного помолчав, оан собралась с мужеством и призналась:

Я не понимаю, как я могла думать о тебе плохо? Ты, такой внимательный и нежный в постели и в жизни должен был оказаться таким же! Как я этого могла не видеть?

У Макса в душе разлилось тепло. Что за удивительная девушка Варвара, каждый раз умеет его пронять? Он отшутился:

Секс со мной затмил твой разум!

Да, серьезно подтвердила девушка, - Затмил.

Ехали еще долго, поэтому Варя сначала смотрела в окно, потом, незаметно для себя уснула. Макс разбудил ее уже на границе с Латвией. Таможенник проверил паспорта, визу, окинул цепким взглядом машину и людей, в ней сидящих, и махнул рукой.

Они въехали в Латвию. На первый взгляд, ничего особенного не поменялось, только дорога стала ровнее, и как будто посветлел воздух за окном. Потом она стала замечать некоторые мелочи – вроде бы незначительные, но в корне отличающиеся от российских реалий: много засеянных полей, аккуратные сетчатые заборы, ограждающие их по периметру, пасущиеся коровы в количестве явно большем, чем даже в районе деревни ее родителей. Домики, встречающиеся на пути, были все как один ладные и аккуратные, с черепичными крышами, и маленькими симпатичными крылечками. Двухметровых заборов, какие в изобилии водились у них на родине, здесь не было.

Здесь Варе было уже не до сна. Она с восторгом первооткрывателя вглядывалась в такие милые ее сердцу подробности жизни за границей, что, сама того не замечая, все время улыбалась и восторженно ахала. Макса ее восторженность умиляла. Сам он давно привык к особенностям новой страны, где жили родители, знал и видел больше Вари, причем далеко не парадный вид, а реальность. Но удивление и восхищение девушки грело его душу, хотя внешне он этого не показывал. Наконец, машина свернула в один из тихих пригородов Риги, где стояли маленькие особнячки и коттеджи, было много тротуаров, покрытых брусчаткой, всюду вились пешеходные дорожки, росли невысокие аккуратно подстриженные деревья и были разбиты красивые клумбы с цветами.

Приехали, - сказал Макс, остановившись около симпатичного двухэтажного домика за невысоким кирпичным забором.

Он подал руку Варе, и она осторожно вылезла из машины, постоянно оглядываясь на окружающую красоту. Не успели они открыть красивую резную дверь с колокольчиком, как тут же раздался крик:

Максимушка!

И к ним навстречу заспешила элегантная леди в белой с рюшами блузке со воротничком-стойкой, длинной серой юбке, широкополой шляпке и цветастых хозяйственных перчатках до локтей.

Какой ты молодец, что приехал! И опять, не предупредив! – обрадовалась и упрекнула она в одной фразе.

Мама, познакомься, это Варвара! – Максим обнял маму и показал на девушку. Варя первая протянула руку и робко сказала:

Очень приятно.

Та руку взяла и очень естественно сразу обняла ее.

Здравствуйте Варечка! Я вас знаю, мне Максим про вас рассказывал. Меня зовут Елена Васильевна, и я мама этого обормота.

Максим опять обнял маму и повел ее в дом.

То, что я обормот, Варя уже знает, можешь не стараться. А где отец?

Он с утра пораньше уехал в Ригу, ищет какую-то железную деталь для крыльца. Целую неделю кому-то названивал, и сегодня наконец сорвался.

Такой радушный и теплый прием ошеломил Варю и сбил с толку. Она ожидала как минимум настороженного молчания, максимум – дежурных улыбок. Обаятельная и живая мама Макса сразу сломила те возможные преграды, которые были в воображении девушки.

Проходите мои дорогие, присаживайтесь!

Елена Васильевна усадила их на большой диван, серый с льняными вставками и большими вышитыми подушками.

Макс сел вплотную к Варе и шепнул ей на ушко:

Удивительно видеть такой радушный прием от моей всегда сдержанной мамы.

Признайся честно, - отозвалась тоже шепотом Варя, - когда ты в последний раз знакомил ее со своей девушкой?

Макс честно задумался, но вспомнить не мог, в чем с удивлением признался Варе.

Вот! – со значением прошептала Варя, - Она уже, наверное, стала подозревать, что ты голубой.

Мужчина поперхнулся, а потом громко расхохотался и долго не мог остановиться. Пришла мама и громко спросила о причинах смеха, на что Макс еле выдавил:

Представляешь, Варя сказала, что раз я не привозил сюда регулярно девиц, ты подумала, что я голубой.

Варя мгновенно покраснела и в душе прокляла собственное чувство юмора и болтливость Макса. Елена Васильевна, вопреки ее опасениям, широко улыбнулась и ответила:

Варечка, я сейчас поделюсь с вами наболевшим. Здесь очень развиты семейные связи и к нашим соседям постоянно приезжают многочисленные дочки и сыновья с мужьями и женами и многочисленными внуками. Здесь любят так справлять праздники, просто отдыхать в выходные. И меня постоянно спрашивают – где мой сын и его семья. И я вынуждена оправдываться, что да, у меня замечательный сын-бизнесмен, он богатый, умный и красивый, ему тридцать три года и он еще не женат.