Бессонница (др.перевод) - Кинг Стивен - Страница 123

– Что это было, мама? – спросил мальчик, который назвал Ральфа с Луизой ангелами. – Что случилось? – Но прежде чем она успела ответить, стопка занавесок на столе шагах в двадцати от них вспыхнула, окрасив лица женщин в черный и оранжевый, как на Хэллоуин.

– Ральф! – прокричала Луиза. – Помоги мне!

Он протолкался сквозь тесную кучку изумленных женщин и поднялся по лестнице.

– Что? – Горло, казалось, облили керосином. – Не справляешься?

– Я справилась, я почувствовала, что замок сломан… во всяком случае, мне показалось, что сломан… но сам люк слишком тяжелый. Так что теперь твоя очередь. Дай мне ребенка.

Он отдал ей Натали, потом подошел и попробовал люк. Он был тяжелый, да, но у Ральфа в крови бурлил адреналин, так что как только он приналег плечом, люк сразу открылся. В подвал ворвался поток яркого света и свежего воздуха. В фильмах такие моменты обычно сопровождаются возгласами торжества и облегчения, но поначалу никто из женщин, столпившихся внизу, не издал ни звука. Они просто стояли с застывшими лицами и смотрели на кусок голубого неба, открывшийся в потолке комнаты, которую они уже считали своей могилой.

А что они скажут потом? – подумал он. Если они действительно переживут все это, что они скажут потом? Что какой-то тощий мужик с густыми бровями и смелая леди с прекрасными испанскими глазами появились в подвале, непонятно откуда, сломали замок на люке и выпустили их наружу?

Он взглянул вниз и увидел, что странно знакомый мальчик смотрит на него огромными серьезными глазами. На переносице у мальчика был кривой шрам в форме крючка. Ральф подумал, что этот мальчик – единственный, кто видел их по-настоящему, даже когда они опустились обратно на уровень краткосрочников, и Ральф прекрасно знал, что он скажет: пришли ангелы, ангел-мужчина и ангел-женщина, и освободили их. В сегодняшних новостях будет забавный сюжет, подумал Ральф. Да, конечно. Лизетт Бэнсон и Джону Киркленду должно понравиться.

Луиза помахала рукой одному из полицейских.

– Идите сюда, ребята, быстрее, пока огонь не добрался до канистр с керосином!

Женщина с маленькой девочкой очнулась первой. Она подняла плачущего ребенка на руки и пошла вверх по лестнице, кашляя и рыдая. Остальные двинулись следом. Мальчик с восхищением посмотрел на Ральфа, когда мать провела его мимо.

– Круто, дядь, – выпалил он.

Ральф усмехнулся – просто не мог сдержаться, – потом обернулся к Луизе и указал на люк.

– Если я все правильно понимаю, эта лестница выходит за домом. Проследи, чтобы они не обходили дом. Полиция половину их перестреляет, пока поймет, что это те люди, которых они приехали спасать.

– Хорошо, – сказала Луиза. Ни единого вопроса, больше ни слова. За это Ральф ее и любил. Она пошла вверх по ступенькам, остановившись только, чтобы поудобнее перехватить Натали и поддержать за локоть женщину, которая споткнулась.

В подвале остались только Ральф и Элен Дипно.

– Это была Луиза? – спросила она его.

– Да.

– Натали у нее?

– Да.

Провалился еще кусок крыши; вновь закружились искры, и языки пламени побежали по балкам возле отопительных труб.

– Ты уверен? – Она вцепилась в его рубашку и уставилась на него огромными безумными глазами. – Ты уверен, что Натали у нее?

– Конечно. Пойдем.

Элен огляделась, как будто что-то прикидывая в уме. Вид у нее был встревоженный.

– Гретхен! – воскликнула она. – И Мерил! Мы должны забрать Мерил! Она на восьмом месяце!

– Она там, наверху, – сказал Ральф, хватая ее за руку, когда она вознамерилась вернуться в горящий подвал. – Она и Гретхен, они обе там. Это все? Больше никого нет?

– Да, кажется.

– Хорошо. Пойдем. Надо скорее выбираться отсюда.

3

Ральф и Элен вылезли из люка в облаке темно-серого дыма, словно помощники в лучшем фокусе хорошего иллюзиониста. Они действительно оказались за домом, на заднем дворе с бельевыми веревками. Платья, брюки, нижнее и постельное белье хлопало на ветру. Огонь добрался и до них, что-то уже горело. Языки пламени вырывались из окон кухни. Жара стояла невыносимая.

Элен обвисла у него на руках, не потеряв сознание, а просто обессилев. Ральфу пришлось обнять ее за талию, чтобы она не упала. Она обхватила его за шею и попыталась спросить что-то про Натали. Потом она увидела девочку на руках у Луизы и немного расслабилась. Ральф перехватил ее поудобнее и полувынес-полувыволок из люка. И тут он увидел на земле обломки того, что еще недавно было навесным замком. Он был разорвал надвое и странно скручен, как будто необычайно сильные руки просто сорвали его с двери.

Женщины были уже шагах в сорока от них – стояли, сгрудившись на углу дома. Луиза что-то им говорила; видимо, уговаривала не ходить дальше. Ральфу подумалось, что при удачном стечении обстоятельств они могут остаться целы, даже если пойдут туда – стрельба из полицейских укреплений хоть и не прекратилась, но заметно ослабла.

– ПИКЕРИНГ! – Голос был похож на лейдекеровский, хотя из-за искажений, которые давал мегафон, нельзя было сказать наверняка. – ПОЧЕМУ БЫ ТЕБЕ НЕ ПОБЫТЬ УМНИЦЕЙ ХОТЬ РАЗ В ЖИЗНИ И НЕ ВЫЙТИ ОТТУДА, ПОКА ЕЩЕ МОЖЕШЬ?

Где-то поблизости выли сирены. Они приближались. На этот раз среди них были явно слышны и надрывные завывания «скорой помощи». Ральф подвел Элен к остальным. Луиза передала ей Натали, повернулась в направлении мегафонного голоса, сложила руки рупором и приставила их ко рту.

– Эй! – прокричала она. – Эй вы там, вы не можете…

Она умолкла, зайдясь в страшном кашле, почти рвотном приступе; из покрасневших опухших глаз хлынули слезы.

– Луиза, с тобой все в порядке? – Уголком глаза Ральф заметил, что Элен покрывает лихорадочными поцелуями личико своей любимой и единственной малышки.

– Ага, – глухо ответила она, вытирая лицо руками. – Этот чертов дым, вот и все. – Она опять поднесла руки ко рту, сложив их рупором: – Вы меня слышите?

Оружейная пальба распалась на несколько одиноких хлопков. Ральф подумал, что даже одного из этих хлопков было бы вполне достаточно, чтобы случайно убить кого-то из этих женщин.

– Лейдекер! – завопил он, тоже сложив руки рупором у рта. – Джон Лейдекер!

Пауза. Потом мегафонный голос подал команду, несказанно обрадовавшую Ральфа:

– ПРЕКРАТИТЬ ОГОНЬ!

Еще один хлопок, и воцарилась тишина, которую нарушал только треск горящего дома.

– КТО СО МНОЙ ГОВОРИТ? НАЗОВИТЕ СЕБЯ!

Но Ральф подумал, что у него и так хватает проблем, чтобы примешивать еще и это.

– Тут, за домом, женщины! – прокричал он, теперь сам борясь с приступом кашля. – Я посылаю их к вам.

– НЕТ, НЕ НАДО! – ответил Лейдекер. – ТУТ ЧЕЛОВЕК С АВТОМАТОМ В ДОМЕ! ОН УЖЕ НЕСКОЛЬКО ЧЕЛОВЕК ЗАСТРЕЛИЛ!

Одна из женщин при этих словах застонала и закрыла руками лицо.

Ральф прочистил свою пылающую глотку – сейчас он отдал бы все свои сбережения за баночку ледяной колы – и закричал:

– Не волнуйтесь о Пикеринге. Пикеринг…

А что с ним было-то, с Пикерингом, на самом деле? Черт, хороший вопрос.

– Мистер Пикеринг без сознания! Поэтому он больше не стреляет! – прокричала Луиза. Ральф подумал, что «без сознания» – не слишком точное описание состояния мистера Пикеринга, но ничего, сойдет. – Женщины сейчас выйдут из-за угла, с поднятыми руками! Не стреляйте!

Молчание. Потом:

– МЫ-ТО НЕ БУДЕМ, НО, НАДЕЮСЬ, ВЫ ЗНАЕТЕ, О ЧЕМ ГОВОРИТЕ, ЛЕДИ!

Ральф кивнул женщине с маленьким мальчиком.

– Давайте идите. Вы двое возглавляете парад.

– Вы уверены, что они не причинят нам вреда? – Подживающие синяки на лице женщины (которое казалось Ральфу смутно знакомым) лишний раз подтверждали, что для нее это действительно важный вопрос: причинят ей вред или нет. Ей и ее сыну. – Вы уверены?

– Да, – успокоила ее Луиза, все еще кашляя и потирая опухшие глаза. – Только поднимите руки вверх. Ты ведь сумеешь поднять руки, правда, ковбой?