Бессонница (др.перевод) - Кинг Стивен - Страница 118

– Ничего, не умрешь, – ответил его приятель.

– Да, но… – «Нирвановый» мальчик заметил Ральфа, который стоял, прислонившись к ржавой громаде своего «олдсмобиля», засунув руки в карманы и наблюдая за ними. – На какой хер ты уставился?

– На тебя и твоего приятеля, – ответил Ральф. – Вот и все.

– Вот и все, да?

– Ага… вот и вся история.

«Нирвановый» мальчик оглянулся на своего приятеля, потом опять посмотрел на Ральфа. В его глазах загорелась ничем не прикрытая подозрительность, которая, исходя из Ральфова опыта, встречалась только здесь, в Старом Мысе.

– Какие-то проблемы?

– Никаких проблем, – усмехнулся Ральф. Он только что втянул немалую долю красновато-коричневой ауры «нирванового» мальчика и чувствовал себя почти как Супермен на сверхсветовой скорости. И еще он чувствовал себя как совратитель малолетних. – Я просто подумал, что мы так не разговаривали, как ты и твой друг, когда я был в вашем возрасте.

«Нирвановый» мальчик нахально уставился на него:

– Да? И как же вы разговаривали?

– Я уже точно не помню, – ответил Ральф, – но мне кажется, что мы все-таки разговаривали не как полные идиоты. – Он отвернулся от них на звук хлопнувшей двери. Луиза вышла из «Данкин Донатса» с двумя большими стаканами кофе – по одному в каждой руке. Мальчишки тем временем вскочили на свои яркие велики и умчались прочь, а «нирвановый» мальчик кинул на Ральфа еще один недоверчивый взгляд через плечо.

– Ты можешь пить и одновременно вести машину? – спросила Луиза, протягивая Ральфу кофе.

– Постараюсь, – сказал Ральф. – Но на самом деле мне уже и не очень-то нужен кофе. Я вроде взбодрился, Луиза.

Она задумчиво посмотрела вслед мальчишкам, потом кивнула.

– Поехали.

Мир сверкал и искрился вокруг, пока они ехали по шоссе № 33 по направлению к бывшим Садам Баррета, и даже им не нужно было подниматься на более высокий уровень восприятия, чтобы это увидеть. Они оставили позади город и теперь катили среди лесов, объятых буйством осенних красок. Небо казалось голубым куполом над дорогой, и тень автомобиля бежала за ними, прыгая по листьям и ветвям.

– Господи, как красиво, – воскликнула Луиза. – Очень красиво, да, Ральф?

– Да.

– Ты знаешь, чего мне сейчас хочется? Больше всего на свете?

Он покачал головой.

– Свернуть с дороги, остановить машину и уйти на просеку, просто погулять. Найти поляну, сесть на солнышке и смотреть на облака. Ты бы сказал: «Посмотри вон на то, Луиза, оно похоже на лошадь». А я бы сказала: «Посмотри на то, Ральф, это дворник с метлой». Правда, было бы здорово?

– Да, – согласился Ральф. Слева показалась узкая вырубка. Столбы уходили вниз под откос, выстроившись в ряд, как солдаты. Провода линий высоковольтного напряжения, сиявшие серебром в лучах утреннего солнца, напоминали паутину. Основания столбов скрывались в зарослях красного сумаха, и когда Ральф посмотрел вверх, он увидел ястреба в вышине, которого, как и ауры, было не видно обычным зрением. – Да, – повторил он. – Это было бы здорово. Может, когда-нибудь мы так и сделаем. Но…

– Но что?

– «Я делаю все, что я делаю, в спешке, чтобы успеть сделать что-то еще», – процитировал Ральф.

Она взглянула на него удивленно и даже немного испуганно.

– Какая жуткая мысль.

– Ага. Мне кажется, что все правильные мысли так или иначе жутковаты. Это из сборника стихов, называется «Кладбищенские ночи». Мне его подарил Дорренс Марстеллар – в тот день, когда заходил ко мне и положил мне в карман пиджака газовый баллончик.

Он посмотрел в зеркало заднего вида и увидел черную полосу шоссе посреди пламенеющего леса. Отблески солнца на металле. Машина. Может быть, две или три. И на первый взгляд едут довольно быстро.

– Старина Дор, – прошептала Луиза.

– Да. И ты знаешь, Луиза, мне кажется, что он тоже в этом замешан. В этом во всем.

– Может, и так, – согласилась она. – Если Эд – это особый случай, то, может, и Дорренс тоже?

– Да, я уже думал об этом. И что самое интересное – я про Дора, не про Эда, – мне кажется, что Клото с Лахесисом о нем не знают. Как будто он вообще из другого измерения.

– Что ты имеешь в виду?

– Я пока сам не уверен. Но мистер Клото и мистер Лахесис ни разу даже не упомянули его, и это… это кажется…

Он опять посмотрел в зеркало заднего вида. Сзади на шоссе появилась четвертая машина, она быстро догоняла первые три. Ральф увидел над ней голубые вспышки. Полицейская машина. Едет в Ньюпорт? Нет, возможно, в какой-то другой городок, поменьше.

А может быть, они едут за нами, вдруг подумалось Ральфу. Может быть, Луиза ошиблась, и Ричардс ничего не забыла.

Но неужели в полиции додумаются послать четыре патрульные машины за двумя пожилыми людьми в ржавом драндулете? Ральф был уверен, что вряд ли. И тут перед его мысленным взором возникло лицо Элен. Он резко свернул на обочину, чувствуя, что у него сердце уходит в пятки.

– Ральф? Что…

Но тут Луиза услышала вой сирен, обернулась и в ужасе распахнула глаза. Первые три полицейские машины пронеслись мимо на скорости не меньше восьмидесяти миль в час, забрасывая «олдсмобил» гравием и взвивая хрустящие палые листья в пляшущие вихри.

– Ральф! – закричала Луиза. – Что, если что-то случилось в Хай-Ридже?! Там же Элен, Элен с ребенком!

– Я знаю, – сказал он, и когда четвертая машина просвистела мимо, едва не снеся их в кювет, он почувствовал, что в голове снова что-то как будто сдвинулось, озаренное яркой вспышкой. Он потянулся к коробке передач, но рука застыла на полпути. Взгляд задержался на горизонте. Черная клякса была не такой четкой, как тот темный зонт, раскрывшийся над Общественным центром, но сомнений не оставалось: это был тот же самый саван смерти.

– Быстрее, – закричала Луиза. – Быстрее, Ральф!

– Я не могу быстрее, – ответил он. Он сидел, крепко сжав зубы, и слова, казалось, с трудом проходят сквозь них. – Я слишком взвинчен.

А к тому же, мог бы добавить он, я уже тридцать лет так не гонял, и плюс еще и напуган до смерти.

Стрелка спидометра застыла на волосок от отметки «80», деревья слились в сплошную желто-красно-лиловую стену, под капотом уже не просто клацало, а грохотало что твой отбойный молоток. Но, несмотря на это, еще одна тройка полицейских машин, что показалась в зеркале заднего вида, с легкостью их нагоняла.

Впереди дорога круто заворачивала вправо. Заглушая голос инстинкта самосохранения, Ральф не стал нажимать на тормоз. Он убрал ногу с педали газа, только когда они повернули… и почувствовал, что машину заносит. Он мертвой хваткой вцепился в руль, прикусив верхнюю губу, его глаза вылезли из орбит. Задние колеса «седана» застонали, и Луиза упала на Ральфа. Вцепившись в спинку кресла, она пыталась удерживать равновесие. Ральф еще крепче вцепился в руль потными пальцами, всерьез опасаясь, что машина сейчас перевернется. Его «олдсмобил» был одним из последних детройтских монстров – широкий, тяжелый и низкий. Он вписался в поворот, и впереди Ральф увидел красный фермерский дом с двумя амбарами позади.

– Ральф, вон поворот!

– Я вижу.

Новая партия полицейских машин уже нагоняла их, и Ральф свернул на обочину, молясь про себя, чтобы они не зацепили его на такой скорости. Все обошлось, они проехали в сантиметре от него, свернули налево и направились к холму, на котором располагался Хай-Ридж.

– Держись, Луиза.

– Пытаюсь, – пробормотала она.

Ральф едва не соскользнул в кювет, сворачивая на проселок, который они с Каролиной всегда называли Садовой дорогой. Если бы дорога была гудроновая, машина бы точно перевернулась, как это любят показывать в голливудских боевиках. Но слава Богу, этого не произошло, и вместо того чтобы лежать на крыше колесами кверху, машина понеслась дальше в густых клубах пыли. Луиза тонко вскрикнула, и Ральф быстро взглянул на нее.

– Езжай! – Она нетерпеливо указала рукой на дорогу и на мгновение стала так похожа на Каролину, что Ральфу даже показалось, будто он увидел призрак. Он подумал, интересно, а что бы устроила Каролина, которая в последние пять лет, похоже, считала своим святым долгом поторапливать Ральфа везде и всегда, из этой маленькой загородной прогулки. – Не обращай на меня внимания, лучше смотри на дорогу!