Бессонница (др.перевод) - Кинг Стивен - Страница 113

– Я скопировал его, пока он не стек со стекла, – сказал Триггер, – потому что вспомнил, что вроде бы видел такое раньше, и когда я той ночью добрался до дому, я уже знал где. Мой старший брат, Марсель, последний год воевал на Тихом океане. И среди вещей, которые он привез с собой, был точно такой же шарф, с такими же двумя значками на нем. Я его попросил, чтобы он записал мне на карточке перевод, просто на всякий случай. – Триггер указал Ральфу на карточку, которую тот держал в руке. – Я собирался тебе сказать, как только снова тебя увижу, но все забывал до сегодняшнего дня. Я был так рад, что в конце концов вспомнил… но мне кажется, лучше бы я не вспоминал.

– Да нет, все в порядке.

Луиза забрала у него карточку.

– Что это? Что все это значит?

– Я тебе потом расскажу. – Ральф коснулся переключателя передач. На сердце было тяжело. Луиза рассматривала значки на чистой стороне визитки, так что Ральф мог видеть, что было написано на другой стороне.

Р.Х. ФОСТЕР, КОЛОДЦЫ И СУХАЯ КЛАДКА, вот что там было написано. А ниже брат Триггера написал одно-единственное слово большими прописными буквами.

КАМИКАДЗЕ.

Часть третья

Кровавый царь

Глава 20

1

Они обменялись лишь парой фраз, пока «олдсмобил» ехал по Хоспитал-драйв.

– Ральф?

Он быстро взглянул на Луизу и снова уставился на дорогу. Под капотом снова раздался какой-то клацающий звук, но Луиза его не заметила. И Ральф очень надеялся, что не скоро заметит.

– Мне кажется, я знаю, где он. Эд, в смысле. Я еще тогда, на крыше, была почти уверена, что узнала то старое здание, которое нам показали.

– И что же это? А главное, где?

– Это гараж для самолетов. Как там оно называется… Ангар.

– О Боже, – выдохнул Ральф. – Береговые авиалинии на старой портовой дороге?

Луиза кивнула.

– Они занимаются чартерными рейсами, круизами на гидросамолетах и всякими такими вещами. Как-то в субботу мой мистер Чесс поехал туда и спросил, сколько будет стоить посмотреть острова с воздуха. Там сказали, что сорок долларов, но мы не могли себе позволить потратить столько на подобные развлечения. Летом, я думаю, у них не бывает скидок, но дело было в апреле, так что мистер Чесс сбил цену до двадцати. Хотя я считала, что все равно это слишком много за такую прогулку, которая и часу-то не заняла, но я рада, что мы тогда полетели. Сначала я испугалась, но это было замечательно.

– Как ауры, – проговорил Ральф.

– Да, как… – Ее голос дрогнул. Ральф посмотрел на нее и увидел, что у нее по щекам текут слезы. – …как ауры.

– Не плачь, Луиза.

Она нашла в сумочке салфетку и вытерла глаза.

– Я просто ничего не могу с собой сделать. Ведь то японское слово на визитке значит «камикадзе», да, Ральф? Божественный ветер. – Она примолкла, губы ее дрожали. – Пилот-самоубийца.

Ральф кивнул. Он судорожно вцепился в руль.

– Да, – сказал он. – Именно это оно и значит. Пилот-самоубийца.

2

Шоссе № 33, известное в городе как ньюпортская дорога, проходило в четырех кварталах от Харрис-авеню, но Ральф не хотел туда ехать. Причина была настолько же простой, насколько и неразрешимой: они с Луизой не могли себе позволить показаться старым друзьям – сейчас, когда они выглядят лет на пятнадцать – двадцать моложе по сравнению с понедельником.

Интересно, а вдруг кто-нибудь из этих самых старых друзей уже заявил в полицию об их пропаже? Ральф понимал, что такое возможно, но вполне обоснованно надеялся, что они с Луизой все же избегнут излишнего внимания со стороны старых приятелей. Ведь Фэй и все остальные, кто обычно зависает на площадке для пикника, сейчас слишком удручены потерей даже не одного, а двоих коллег по «Клубу старперов», и у них просто нет времени волноваться о том, куда это Ральф Робертс задевал свою тощую старую задницу.

А ведь и Билла, и Джимми, наверное, уже отпели, похоронили и помянули, подумал Ральф.

– Если у нас есть время, чтобы позавтракать, Ральф, то найди побыстрее какое-нибудь кафе… а то я так проголодалась, что могла бы съесть лошадь прямо со шкурой!

Они отъехали почти милю на восток от больницы – достаточно далеко, чтобы Ральф мог чувствовать себя в безопасности, – и впереди как раз была закусочная. Сворачивая на стоянку, Ральф вдруг понял, что не был здесь с тех самых пор, как заболела Каролина… год, если не больше.

– Ну, вот и все, – улыбнулся он Луизе. – И мы не просто с тобой поедим, мы съедим все, что в нас влезет. Потому что сегодня у нас может уже не быть другой возможности подкрепиться.

Она улыбнулась, как школьница.

– Я думаю, что в уничтожении еды мы проявим грандиозные способности. – Она поерзала на сиденье. – И грохнем на это все деньги, какие есть с собой.

Ральф кивнул. Они не ели со вторника, и в душе тоже не были. Луиза может потратить все свои деньги на еду, а он лично намеревался засесть в мужской комнате и спустить пару долларов на туалетные принадлежности.

– Пойдем, – сказал он, выключая мотор и заодно затыкая то самое неприятное клацанье под капотом. – Сначала помыться, а кушать потом.

Пока они шли к двери, Луиза успела сказать ему (на его взгляд, излишне легкомысленным тоном), что ни Мина, ни Симона еще не должны были сообщить о ее пропаже. Когда он обернулся, чтобы спросить почему, то удивился и тихо порадовался про себя, увидев, что она вся зарделась.

– Они обе знают, что я в тебя влюблена уже много лет.

– Ты шутишь?

– Конечно, нет, – сказала Луиза немного смущенно. – И Каролина, кстати, тоже знала. Кто-то, может быть, и напрягся бы по этому поводу, но она понимала, что мое чувство вполне невинно. Она была такая хорошая, Ральф.

– Да.

– Короче, они, наверное, решили, что мы… ну, ты понимаешь…

– Решили устроить себе отпуск по-французски?

Луиза засмеялась.

– Ну что-то в этом роде.

– А ты бы хотела устроить отпуск по-французски, Луиза?

Она встала на цыпочки и быстро прошептала ему на ухо:

– Спроси об этом потом… если мы выберемся живыми из всего этого приключения.

Он поцеловал ее в уголок рта и открыл перед ней дверь.

– Можете не сомневаться, леди. Спрошу обязательно.

Они разошлись по туалетным комнатам, и когда Ральф присоединился к Луизе за столиком, вид у нее был одновременно задумчивый и немного испуганный.

– Я никак не могу поверить, что это я, – тихо сказала она. – Я имею в виду, я сейчас минут пять разглядывала себя в зеркале и все еще не могу поверить, что это я. Морщинки вокруг глаз исчезли и, Ральф… мои волосы…

Ее темные испанские глаза сияли изумлением.

– А ты! О Боже, прости, конечно, но я сомневаюсь, что ты и в сорок лет выглядел так хорошо, как сейчас.

– Нет, но ты бы меня видела, когда мне было тридцать. Я был настоящим животным.

Она рассмеялась.

– Иди сюда, дурачок, садись и давай истребим много-много калорий.

3

– Луиза?

Она оторвалась от меню, которое вытащила из пачки, засунутой между солонкой и перечницей.

– Когда я был в туалете, я попытался вернуть ауры. И на этот раз не сумел.

– А зачем ты вообще пытался?

Он пожал плечами, не желая рассказывать о паранойе, которая накатила на него, когда он мыл руки в маленькой туалетной комнате и смотрел на свое непривычно молодое лицо в забрызганном водой зеркале. Его вдруг прошибла мысль, что он может быть здесь не один. И что еще хуже – Луиза могла быть сейчас не одна в женской комнате. А вдруг Атропос подкрался к ней, невидимый, с бриллиантовыми сережками в ушах… с занесенным скальпелем…