В краю исчезнувшего тигра. Сказки - Харламов Юрий Ильич - Страница 3

Между тем, минуло леточко, паутинки в небе поле­тели, лист начал желтеть. Пора в путь собираться.

– Не передумал? – спрашивает Острый клюв.— Скоро летим. Я уже вожаку сказал.

– Как это — передумал? — возмутился Чирка. — Да за кого ты меня принимаешь?

...Настал, наконец, день отлета.

Рано утром, звездочки на небе еще светились, зале­тел Острый клюв за Чиркой. Свистнул тихонько, как разбойник, Чирка из гнезда вылез, перелетел на ветку, родному дому поклонился — и ходу, пока не хватились.

Прилетели на речку.

Скворцы со всех окрестных деревень были уже в сборе. Сидели, раскачиваясь, на метелках камышей, что-то доказывали друг другу. Чирка прислушался. Обсуждали, какой дорогой лететь — через Черное море в Турцию и ещё дальше на юг, или же через Среднюю Азию в Индию и Африку. Сердце у него готово было выпрыгнуть: море, Африка, Индия — слова-то какие!

Поначалу скворцы приняли его за провожающего. Узнав, что он собрался лететь с ними, подняли на смех:

– Куда тебе, сероштанный! Сиди на печи, ешь калачи!

Острый клюв за Чирку грудью встал:

– Вам бы только языками чесать! Да вы посмотрите, какое у него перо — вода, как с гуся, скатывается. А шея! А клюв!

– Не воробей, а прямо ероплан! — смеются скворцы.

Тут вожак — Хромой атаман подлетел. Крылья за спиной, словно черная бурка, одна нога не сгибается, на манер костыля торчит — с вороном, говорят, подрался.

– Хватит зубы скалить! У людей научились? Нет бы чему хорошему! – Осмотрел Чирку с ног до голо­вы. – Ничего, добрый казак. Как зовут?

– Чирка.

– А дразнят?

– Никак не дразнят.

– Эх ты, какой! Будешь Серый хвост.

– Годится! Лучше не придумаешь!— зашумели скворцы. — Наш атаман скажет — как печать поста­вит!

– Тихо! Все в сборе? Попьем на дорожку.

Ф-р-р-р-р-р-р-р! Все дружно, как по команде, сня­лись и перелетели на луг, чтобы в последний раз на­биться из родной речки.

Чирке пить не хотелось — не после чего.

– Пей! — зашипел на него Петька. — Хочешь, не хочешь — пей, примета такая: чтобы домой вернуться.

Сделал Чирка-Серый хвост три глотка. Вода была холодная и звонкая — видно, до сих пор лежит где-то на дне серебряное колечко девицы-красы.

Все скворцы на минуту притихли, задумались.

– Эх, за морем веселье, да чужое, а у нас и горе да своё! — вздохнул рядом с ним какой-то скворец, из старичков.

– Что верно, то верно: своя печаль чужой радости дороже, — поддакнул другой.

– Всяк кулик на своей кочке велик! — молвил тре­тий.

Чирка удивился: летят в жаркие страны, где всего вдоволь — и солнца и еды, а почему-то не рады.

Хромой атаман стряхнул каплю с клюва.

– В путь! — свистнул он негромко, и стая подня­лась в небо.

Уже светало.

Но прежде чем взять курс на юго-восток, сделали прощальный круг над родным селом. Помахали крылья­ми осиротевшим скворешням, избам, садам-огородам, крикнули пронзительно, вразнобой — не поминайте, мол, лихом, люди добрые, весной вернемся, если на чужбине голову не сложим!... Кто перо на родное подворье уронил, кто слезу крылом смахнул...

После этого заложили крутой вираж, набрали высоту и вытянулись в походный строй. Впереди — старые опытные скворцы, за ними — молодежь.

— Что носы повесили? А ну, давай песню! — свистнул Хромой атаман и, не дожидаясь, сам запел:

– подхватила вся стая.

– грянула стая.

Чирка летел в самом хвосте, изо всех сил размахи­вая крыльями.

– Устанешь — садись мне на спину, — шепнул ему Петька. Он летел рядом, крыло в крыло.

– Что я, маленький?— обиделся Серый хвост. — Не мешай петь... Мы возвратимся с первым чирр-вяком и по полям поскачем босиком! – хоть невпопад, но от ду­ши заорал он.

Скворцы оглядывались:

– Летит? Не отстал еще?

– Летит.

– А чего это он там надрывается? Живот болит?

– Да это он поет.

– Ну, с ним не соскучишься!

ГЛАВА 6

На буксире

Но как ни старался Чирка, как ни подталкивал его сзади Острый клюв, как ни подбадривали остальные скворцы, всё же воробей, как видно, не создан для даль­них перелетов — конструкция не та. Через несколько часов стал Серый хвост терять высоту, дыхание уча­стилось, крылья немели. Вожак сбавил скорость, но это не помогло. Сели.

Стали думать, как быть дальше. А тут в общем-то и думать нечего, всем ясно: не видать Чирке Африки, как своих ушей.

– Дорогу домой найдешь?— спрашивает Хромой атаман.

Чирка в слезы:

– Не хочу домой, хочу в жаркие страны!

– Так ведь не тянешь. Из-за тебя нас всех зима в пути застанет.

– Летите — я пешком пойду.

– Э, нет, где это видано — товарища в чистом поле бросить?

– Расступись! — раздался голос Петьки. Он успел за это время слетать на виноградник и вернулся оттуда с куском шпагата. — А ну, давай ногу!

– Не дам! — закричал Чирка. Он решил, что Петь­ка хочет привязать его здесь, чтобы избавиться от не­го.

Но Петька задумал совсем другое. Он привязал один конец шпагата к Чиркиной ноге, другой к сво­ей, и таким образом Серый хвост оказался на буксире. Скворцы подивились изобретательности Петьки, но ког­да взлетели, оказалось, что Чирку разворачивает хво­стом вперед. Пришлось отвязать веревку от ноги и дать конец ему в клюв. Дело сразу пошло на лад. Теперь он мог время от времени парить, раскинув крылья, словно планер, отдыхая в полете.

Буксировала его вся стая — каждому хотелось по­пробовать. Передавали веревочку прямо на лету, из клюва в клюв. Петька очередь установил — кто за кем, за порядком следил, чтобы без очереди не лезли. В общем, был распорядителем при друге.

Ночевали в рощах и лесопосадках, кормились спе­лой, уже тронутой первым морозцем ягодой, в основ­ном рябиной. Видели другие стаи — грачей, журавлей, уток. Переговаривались, перекрикивались на лету. Ку­да? А вы куда? Где лучше? Где теплее? Где в этом го­ду корма обильнее?

– А зачем это вы воробья с собой тащите? — уди­вилась какая-то мама-утка.

– Крокодилов будем на него ловить, на живца! — ответил Петька. И для пущей важности прикрикнул на Чирку: – А ну, давай, пошевеливайся, уснул там, что ли? Зря мы тебя все лето откармливали!

– Креста на вас нет! — закрякала сердобольная утка. — Воробышка — на наживку!

Скворцы укатывались со смеху.

Чирка и раньше относился к ним с уважением, те­перь же лишний раз убедился, какие это веселые и дружные птицы.

ГЛАВА 7

Ураган

На одном из привалов заметил Чирка: Хромой ата­ман не находит себе места — прыгает, припадая на больную ногу, вертится, да все на небо посматривает.

– Что это с ним? — спросил он у Петьки.

– Ногу крутит, — объяснил тот. — Видать, к пере­мене погоды... Она у него лучше всякого барометра.

На ночевку в этот день остановились в какой-то де­ревушке, хоть рядом были заросшие камышом плавни.

А утром вдруг завыли собаки, небо потемнело, послышался отдалённый гул.

– Прячьтесь! – свистнул Хромой атаман, и вся стая бросилась кто куда – по сараям, застрехам, чердакам. Некоторые, не боясь людей, залетали даже в дома, забивались в собачьи будки.