Хроники Сиалы. Трилогия (СИ) - Пехов Алексей Юрьевич - Страница 133

— Гаррет! Не крутись под ногами! — прорычал Делер, устремляясь к одному из доралиссцев.

Карлик подбежал к врагу, примерился и пнул его между ног. Доралиссец отпрянул, а Делер взвыв, схватился за ушибленную ногу. Угорь, Фонарщик и Сурок образовали клин и давали жару всем, кто рисковал подойти на расстояние удара. Угорь, служивший острием клина, выдавал скупые удары кулаками, точные и размеренные, и тот, кто после ударов гарракца еще держался на ногах, попадал под раздачу к Фонарщику или Сурку. Линг на плече у последнего впал в бешенство и пронзительно визжал, норовя укусить любого, кто подвернется под его зубы. Поняв, что остаться на плече у хозяина — это пропустить все веселье, Непобедимый прыгнул на лицо ближайшего врага и вцепился тому зубами в нос. Непобедимый так и провисел на носу горемыки, пока на помощь ему не подошел Сурок, сваливший укушенного на пол тремя точными ударами.

— Гаррет! Подвинься!

Арнх оттеснил меня в сторону и, схватив за грудки одного из егерей, ударил того головой в нос. Затем еще одного драчуна постигла та же самая участь. А затем еще одного. Воистину, лысая голова жителя Пограничного королевства оказалась страшным оружием. Но на любого дракона найдется своя баллиста. Один из каменотесов подкрался к Арнху сзади и ударил воина по затылку бутылкой. Бутылка разлетелась вдребезги, Арнх покачнулся, а каменотес, ободренный успехом, стал поднимать острые осколки для повторного удара. Выскочивший из-под стола Кли-кли со всей дури огрел врага по ноге. Тот выронил из рук оружие и, сыпля проклятиями, попытался схватить Кли-кли за шкирку, но проворный гоблин проскользнул между ног человека и отвесил каменотесу сочный пинок в задницу. Я внес свою скромную лепту тем, что для полного счастья подарил парню смачный удар в живот. Каменотес согнулся в три погибели и постарался удержать ужин в желудке. Кли-кли самым бесцеремонным образом повторно пнул врага в пятую точку, а я врезал ребром ладони по шее. Парень обиженно закатил глаза и рухнул на пол.

— Ты в порядке? — спросил я у Арнха, на всякий случай придерживая его за плечо.

— Угу, — промямлил воин. На его затылке вырастала очаровательная лиловая шишка. — Кто это так меня?

— Вот он! — Кли-кли ткнул пальцем в лежавшего на полу человека.

— Пни его за меня, пожалуйста — попросил Арнх, и Кли-кли старательно исполнил просьбу товарища.

— Становится слишком жарко! Пора сваливать! — Под глазом у Фонарщика появился огромый синяк.

— Фигу вам! — пропыхтел Делер, отбиваясь табуретом сразу от двух доралиссцев. — Веселье только начинается! Вы будете глазеть, или мне хоть кто-нибудь поможет с этими козлами?!

— За козлов отвэээтишь! — проблеял один из доралиссцев, обрушивая кулак на низкорослого карлика сверху.

Делер отскочил в сторону, вмазал табуретом по ребрам бившего его доралиссца и отпрыгнул назад, пропуская на свое место "тяжелую кавалерию" в виде пятерых воинственно настроенных егерей. Ребята виноградной гроздью повисли у доралиссцев на плечах и с солдатской основательностью принялись обрабатывать их морды кулаками.

Вокруг Угря образовалось свободное пространство. Никто больше не рисковал попробовать свои силы на гарракце. Наверное, мне показалось, но, по-моему, Угорь немного расстроился из-за такого поворота событии. Он только вошел во вкус, и на тебе такое горе!

— Стоять можешь? — спросил я у Арнха, осторожно опуская его на единственный уцелевший табурет. (Все другие пали жертвой Делера).

— Да что со мной сделается? Чай не фарфоровый, — морщась, зашипел он и потрогал шишку у себя на затылке.

— А студенты-то ребята бойкие! — Сурок наконец закончил чесать кулаки о рыло самого здорового каменотеса и теперь с академическим интересом наблюдал за свалкой в соседнем углу трактира.

Студенты подошли к драке со студенческой находчивостью и бесшабашностью. Перевернув несколько столов, они устроили с их помощью импровизированную баррикаду и сначала провели, как говорят гномы, артиллерийскую подготовку, используя для этого пивные кружки, и только потом с дружным ревом набросились на Бездушных егерей и им сочувствующих.

Кто-то из побитых попытался доползти до выхода и улизнуть, но не успел. Дверь попросту слетела с петель, и в заведении появились стражники.

— Никому не двигаться! Все арестованы! — заорал кто-то из стражи, но тут же получил пивной кружкой в шлем и, тряся головой, рухнул на колени.

Стража обиделась, что никто не воспринимает ее серьезно, и каменотес, собравшийся отправить в их сторону бутылку, упал с арбалетным болтом в ноге.

— Тикаем! — закричал кто-то из студентов.

Самые сообразительные стали покидать "Солнечную каплю" через разбитые окна.

Сурок недолго думая вытащил из-под стойки перепуганную служанку:

— Где черный ход?

— Там! — девушка кивнула в сторону кухни.

— Сваливаем, ребята! Я не собираюсь объясняться со стражей! — Сурок бросился в указанном служанкой направлении.

Весь наш отряд дружной гурьбой последовал его примеру. Фонарщик и Делер во время тактического отступления не преминули настучать по тыкве последнему из оставшихся на ногах доралиссцев.

— Сто подлунных королей! — хлопнул себя по лбу карлик. — Халласа, ядрить его бороду, забыли!

Стражи в таверну битком набилось. Они уже теснили дерущихся, и Халласа пришлось вытаскивать чуть ли не из-под ног служителей закона.

Гном кое-как очухался и, поддерживаемый Делером и Мумром, стал ковылять к черному ходу. Мы, перепугав повариху, проскочили кухню и выбрались на улицу. Делер по дороге пел боевой марш карликов, Кли-кли подпевал ему тоненьким голосочком, Фонарщик довольно хрюкал. Ребята искренне радовались, что размялись.

Мы, как оказалось, довольно долго просидели за пивом, на улице уже успело стемнеть. Выскочив в какой-то темный переулок, мы бросились прочь от трактира, но Халлас остановился как вкопанный и заорал:

— Мой мешок!!!

Гном оттолкнул в сторону попытавшегося задержать его карлика и нырнул назад, в дверь таверны.

— Вот идиот! — зашипел Сурок.

— Вляпается! Как пить дать вляпается! — Делер собрался ринуться на помощь другу.

— А ну стой на месте! — осадил его Угорь. — Я не собираюсь сразу двоих из кутузки вытаскивать.

Делер пробурчал сквозь зубы гномье ругательство, но остался на месте, с нетерпением глядя в сторону светлого прямоугольника распахнутой двери трактира. Минута тянулась бесконечно долго…

Наконец Халлас попросту вылетел из двери и помчался в нашу сторону. Его вожделенный мешок уже был закинут за спину.

— Эх, жаль, тот козел не проломил твою тупую голову! — произнес Делер, но в его голосе сквозило несказанное облегчение.

— Пошли, — скупо сказал Угорь, принявший командование над нашим немногочисленным отрядом.

— Сурок, ты мышку в таверне не забыл? — встревоженно спросил Кли-кли.

— Я быстрее тебя забуду, чем Непобедимого, — проворчал Сурок.

— У-у-у, злой ты, — обиделся гоблин. — И вообще, плохой сегодня выдался день!

— Это еще почему? — удивился Арнх. — У тебя же, по определению, не бывает плохих дней.

— Ну посуди сам, — сказал Кли-кли, стараясь приноровиться к шагу Арнха. — Приперлись в город, прошастали весь день, Халласу зуб так и не выдрали, а завтра нужно двигаться дальше, если, конечно, мы не намереваемся прибыть в Заграбу к ноябрю.

— Да ладно, не опоздаем. У нас до января куча времени, — не согласился Сурок.

— Эх, — огорченно вздохнул Халлас. — Забыл!

— Чего ты еще забыл? — недовольно спросил Мумр. — Мешок же у тебя.

— Трубку забыл! Трубку! Выпала, должно быть, когда этот огром дранный козел саданул меня по роже!

— Ну и славно. — Делер не переваривал табачного дыма. — Хоть немного отдохнешь от курения.

— Трубка! Из вишни! — между тем продолжал сокрушаться Халлас. Фамильная реликвия! Вернуться, что ли?

— Только попробуй. С Дядькой сам будешь разбираться, — предупредил гнома Угорь.

— А, ладно, — сплюнул Халлас. — У меня в седельной сумке запасная была.