Осел и морковка (СИ) - Стриковская Анна Артуровна - Страница 114

Он еще ни разу не пытался передать подруге зрительный образ, но почему бы не попробовать?

Вернуться им удалось только в сумерках. Все устали настолько, что даже есть не стали. Выпили горячего отвара трав и попадали чуть не замертво. Армандо не греб, так что физически устал меньше всех. Для начала он выполнил то, что задумал: зарисовал все увиденные им руны. Затем лег, прикрыл глаза и попытался связаться с Диной. Она сразу откликнулась, будто ждала. Хотя почему "будто"? Ждала, очень ждала его умница.

Он тут же рассказал ей, как обследовал фарватер и какие ловушки нашел.

Она заволновалась:

— Руны? Ты говоришь, там незнакомые руны? А может иероглифы? Я хочу их увидеть. Только как?

— Давай я попробую их представить как можно ярче. Буду воображать и мысленно посылать тебе. Не знаю, получится ли, но попытаться стоит.

Дина тут же заинтересовалась этим экспериментом и согласилась быть в нем подопытным кроликом.

— Давай, представляй. А я изо всех сил буду пытаться увидеть. Если получится, наша ментальная связь выйдет на новый уровень.

Вот за что он обожает Армандину! Нет, любит он ее просто так, потому что это она, но ее открытость новому, желание узнать и научиться, а еще бесстрашие просто пленяют!

Потянувшись к любимой всем своим существом, Армандо как наяву представил себе увиденные днем ловушки. Внимательно рассмотрел их снова, как будто они были перед глазами и чуть не спятил, когда в голову ворвался ликующий крик:

— Есть! Получилось! Я вижу их!

Его как пинком вышвырнуло из сна и минут десять он сидел, ничего не соображая и тряся головой. Затем до него дошло, что сказала Дина, и он снова прилег. Связь восстановилась, стоило закрыть глаза. На этот раз голос Дины звучал виновато:

— Армандо, ты где? Я тебя своими воплями напугала?

— Есть немного. Как кувалдой по голове.

— Ой, хвала богам, ты здесь. Все в порядке?

— В относительном. Не ори так больше, пожалуйста.

— Прости. Не буду. Просто я так обрадовалась. У нас все получилось. Я увидела! Это не руны, а древние хотейские, вернее драконьи иероглифы. Я их знаю значительно хуже, чем более современные. Это драконья магия, Армандо. Ты был прав, что‑то сделать с ней — не с нашими силами. Человек ничего не может противопоставить драконам.

— И что, нам оттуда не выбраться?

Пожалуй, сейчас он был готов даже к такому повороту событий, но Дина ответила с энтузиазмом:

— Знаешь, я уверена в одном: там, где нельзя пройти в ворота, надо поискать калиточку или, на худой конец, лаз.

Даже захотелось сбить ее с этого чересчур оптимистического настроя:

— А если их нет?

Дина сдаваться не собиралась.

— Значит надо попытаться прошмыгнуть в ворота, пока они открыты.

— А если они всегда закрыты?

— Не может этого быть! Надо заставить их открыться хоть на мгновение. А как, это уж мы придумаем. Я начну прямо сейчас и ты тоже давай.

После того, как я разрисовала всю галеру иероглифами, Удиар начал смотреть на меня как на опасную сумасшедшую. Ничего подобного он не видел и сомневался, что я сделала это будучи в своем уме. А я нарисовала все разными красками, да еще лаком покрыла, чтоб не стерлось. Получилось красиво и необычно.

Мануэль ходил за мной по пятам и каждый раз спрашивал, что это значит. Хороший мальчик, любознательный. Такими парнями не разбрасываются. А еще он действительно очень красив. Для меня это в мужчине скорее недостаток, но есть и другие девушки. Сама бы я за него не пошла, но будь в живых любая из моих младших сестренок… У него не было бы ни малейшего шанса увернуться.

На третью ночь со мной опять разговаривал Армандо. Сообщил, что обследовал путь до острова и нашел там магические ловушки, созданные с помощью незнакомых рун. Меня как что толкнуло! Я тут же потребовала, чтобы он мне их показал, даже не соображая, как он это будет делать.

Но это же Армандо! Другой на его месте нудил бы, что это невозможно и я слишком многого хочу. А он подумал и предложил способ, даже не будучи уверенным, что он сработает.

Правильно говорил учитель: если очень захотеть, все возможно. Я постаралась раскрыться ему навстречу как можно сильнее и в какой‑то момент перед глазами поплыли скалы, буруны вокруг них и высеченные в камне знаки. Знакомые. Я не большой знаток драконьей письменности, но именно на ней основаны хотейские иероглифы. А это точно писали драконы: кто еще смог бы подобраться в такие труднодоступные места, если не крылатые создания? Вот только расшифровать и понять как это работает я сходу не в состоянии. Ну ничего, возьму книги Вэня и почитаю, может, что‑то найду.

На радостях я так завопила, что бедный Армандо вывалился из своего состояния и связь пропала. К счастью, через несколько минут он вернулся очень недовольный. Я повинилась, мол, ошибку свою поняла, больше так не буду. Заодно сказала пару слов о древней драконьей магии и предложила искать обходные пути. О том, чтобы снять имеющиеся заклинания, речь не шла. Нос у нас не дорос бороться с магией драконов. Но всегда можно схитрить, в это я верю твердо.

Следующие два дня прошли у меня в расшифровке таинственных символов. Сама я ни до чего путного не додумалась, но нашла у Вэня полный список драконьих символов и их значений. Одна беда: каждому соответствовало не одно, а три, а иногда и пять смыслов. Очень быстро голова начала пухнуть от идей, но толку от них было немного.

Так, Дина, успокойся! Армандо же как‑то догадался, что надо делать, когда проходил первую преграду? Сообразил? А на что он при этом опирался? Не на иероглифы, а на потоки. Только так можно решить эту задачу. Какая, к демонам, разница, что за иероглифы использовали тут древние? Важно, как идут потоки. Если их на короткое время перекрыть или пустить иначе…

А это мысль. Армандо такое недоступно, а вот тебе, ведьме, вполне. И войдете, и выйдете. Лишь бы физических сил хватило, мы же не драконы.

На пятый день Жером показал мне на горизонте облака, которые никак не желали менять очертания. Кружево королевы. Мы почти приплыли. А кроме облаков, то есть островов, прямо по курсу виднелся корабль. Далеко, но не так, чтобы его совсем не было видно. Я благословила нашего опытного капитана, который еще ночью убрал парус. Не захотел, видно, светиться раньше времени.

Пора было делать галеру невидимой. Поймав пару магических потоков (над морем их полным — полно), я активировала нарисованную заранее систему знаков и все вокруг изменилось до неузнаваемости. Все в пределах нашего судна поменяло цвет: теперь это был цвет моря под нами. Странно было смотреть на сине — зеленых людей, тенями двигавшихся по сине — зеленой палубе. Даже с близкого расстояния не сразу можно было понять что к чему.

Ко мне подскочил один из близнецов. Ашиль или Эктор? А, какая разница. Он ничего не понимал и страшно волновался.

— Госпожа Армандина, что происходит?

— Это наша защита действует. Объясните всем: пока мы так выглядим, со стороны нас очень трудно заметить. И пусть ведут себя осторожно: парус не поднимать, не бегать, не шуметь. Видеть нас никто не видит, а вот со слухом такие штучки не проходят. Слишком опасно для нас же. Если я сюда еще полог неслышного прибавлю, все вообще спятят.

Парень все не мог успокоиться.

— Но это пройдет? Мы не навсегда такого цвета?

— Пойдет, когда я силу уберу и перестану питать заклинание.

Тут он задал не такой глупый вопрос:

— А с какого расстояния нас нельзя заметить?

— С довольно близкого. Четверть лиги, насколько я знаю.

У него явно отлегло от сердца.

— Ой, хорошо‑то как. Так близко мы никого не подпустим. А то смотрите, госпожа…

Он указал мне, но не на тот корабль, который я уже видела, а на горизонт справа по борту. Там шли целых два парусника. Два да один, это целых три!

— Я же говорил: тут корабли элидианской флотилии просто кишат! А вместе с ними и какие‑то неопознанные. Так что пойдем очень осторожно. Мало ли что еще может на нас выскочить.