Темнее дня - Шеффилд Чарльз - Страница 98

— Пол, Себастьян именно из-за меня на Ганимед прибыл. Я и должна к нему пойти.

— А сколько раз ты в открытый космос выходила? Вот о чем я подумал. А эти скутеры так разработаны, что практически сами летают. Позволь я мимо тебя протиснусь. Надо местами поменяться.

Перемещение стало довольно затейливым, но не прошло и пяти минут, как Яна оказалась лицом к панели управления. А потом... Возможно, Яне мешал вид разбухающего впереди Юпитера; возможно, усталость или нервы; а возможно, Пол был излишне оптимистичен. Так или иначе, прошло куда больше пяти минут, прежде чем Яна смогла с уверенностью заявить:

— Порядок. Простые маневры я выполнять могу.

— Хорошо. Если я не вернусь...

— Не говори так. — Они соприкоснулись шлемами, и Яна стала смотреть Полу прямо в лицо сквозь твердый прозрачный визор. — Ты вернешься, Пол Марр. Слышишь меня?

А затем Яне пришлось сказать самые тяжелые в своей жизни слова. При этом она крепко держала Пола за руку.

— Что бы ни случилось с Себастьяном, своей жизнью не рискуй. Ты вернешься с Себастьяном или без него, но ты ко мне вернешься.

— Я вернусь и Себастьяна с собой приведу. Если ты помнишь, я все еще не написал такой твой портрет, который бы меня удовлетворил. — Пол отвернулся и открыл люк. Выходя, он оставил его распахнутым, и Яна ясно увидела корабль Себастьяна, когда Пол к нему поплыл. Два судна разделяло не более пятнадцати метров. Наверняка Яна и сама смогла бы этот бросок совершить.

Но Пол обладал информацией, которой Яне недоставало. Он использовал управление своего скафандра, чтобы подвести себя поближе к «мухе», и жестом велел Себастьяну открыть люк. Когда этот жест никакого результата не дал — Яне показалось, что Себастьян присутствия Пола даже не заметил, — он отодвинулся назад вдоль корпуса судна и особым образом пробежал закованной в перчатку рукой по нужным точкам.

Люк «мухи» открылся. Пол медленно пробрался к нему вдоль корпуса. Яна увидела, как Себастьян поворачивается на своем тесном сиденье. На его круглой физиономии застыло озадаченное выражение.

— Аварийная откупорка, — сообщил Пол Себастьяну, а Яна добавила:

— Это для твоего же блага. Мы хотим тебя домой отвезти.

— Домой? — Лунообразное лицо проявило искорку интереса, затем снова сделалось безразличным. — Я не могу вернуться домой, пока не выполню задание.

— Себастьян, ты все воображаешь. Нет никакого «задания», которое ты должен выполнить. Задание ты получишь, когда мы на метеорологическую станцию в системе Сатурна прибудем. Позволь Полу тебе помочь. Он приведет тебя на наш корабль, и мы все сможем вернуться обратно на Ганимед.

К удивлению Яны и огромному ее облегчению Себастьян кивнул.

— Хорошо, — сказал он ей. А затем обратился к Полу, парящему снаружи кабины «мухи». — Я здесь застрял. Помогите.

Себастьян протянул левую руку, и Яна увидела, как Пол берет ее в обе свои. А затем правая рука Себастьяна резко взметнулась вверх. Тело его выгнулось на сиденье, и он использовал этот рычаг, чтобы с размаху захлопнуть люк. Острый край врезался Полу в предплечья, как раз над запястьями. По рации в скафандре Яна услышала хруст ломающихся костей и мучительный крик Пола.

Люк снова широко распахнулся. Себастьян высунулся оттуда и толкнул. Пол кубарем полетел прочь. Яне не смогла понять, пробит ли материал его скафандра, но руки Пола беспомощно болтались у груди.

— Аварийная откупорка, аварийная закупорка, — спокойно произнес Себастьян. — Ты, Яна, не понимаешь. Когда у человека есть задание, он должен его выполнить. Он не может позволить, чтобы кто-то его остановил.

И он закрыл люк.

— Не досаждай мне больше своей болтовней. Мы сможем поговорить, когда я выполню задание.

«Муха» и «москит» по-прежнему двигались бок о бок, но Пол уносился все дальше от обоих благодаря инерции, обеспеченной толчком Себастьяна.

Был ли он все еще жив? Яна неподвижно сидела на своем месте, пока не услышала хриплое мучительное дыхание и слова:

— Не могу... руками двигать. И скафандром управлять.

— Все хорошо, Пол. Я здесь. Я иду за тобой.

Если она будет удачливой и сообразительной. Яна знала, как делать грубые маневры, но эта операция требовала деликатности. Она медленно повела скутер вперед, затем вбок. Как же она собиралась втащить Пола внутрь, если он никак не мог себе помочь?

Безболезненного способа это проделать не существовало. Вращение Пола вокруг его центра массы требовалось остановить. Единственным известным Яне способом этого добиться было ударить его «москитом». Пол наверняка и так ужасно страдал, а Яна собиралась еще больше все усугубить.

— Прости, Пол. — Яне хотелось плакать, пока корабль проходил последние двадцать метров. Она и сама в душе страдала. Сломанные руки Пола врезались в край открытого люка скутера. Бедняга застонал от новой невыносимой боли. Однако столкновение замедлило вращение его тела. Яна наклонилась вперед через сиденье и в конце концов сумела втащить Пола внутрь.

Она осмотрела его скафандр. На предплечьях в грубом материале виднелись глубокие порезы, но они шли не насквозь. С Полом должно было быть все нормально; быстрое вправление и гормоны роста излечат его, когда они вернутся на Ганимед. Он обязательно поправится.

Когда Яна закрывала люк, в голову ей пришла странная мысль. Капитан Кондо точно убьет ее, когда узнает, что она с его старшим помощником сделала. Яна подавила истерический смешок и оглядела окрестности корабля. Где там Себастьян?

Пока Яна занималась Полом, «муха» ушла далеко вперед. Находясь под воздействием силы тяжести Юпитера, она направлялась точно к центру диска планеты. Юпитер продолжал разбухать, заполняя собой все небо.

Яна запустила мотор «москита». Она постаралась взять такой темп, чтобы догнать корабль Себастьяна, но при этом не добавлять мучительной тяжести рукам Пола и не заставлять его испытывать новую боль. Когда она это сделала, по кабине разнеслось предупредительное гудение.

— Ты не можешь этого сделать, Яна. — Пол баюкал свои руки, держа их у груди. — Это автопилот. Пытается взять управление на себя. Это значит, что мы на курсе столкновения.

— С кораблем Себастьяна?

— С Юпитером. — Пол нашел в себе силы мотнуть головой в сторону громадной планеты. — Останови аварийную отмену. Ты должна передать управление автопилоту.

— Но Себастьян. — «Муха» по-прежнему была в поле зрения. — Если мы его не догоним...

Пол ничего не сказал. После долгого, мучительного момента колебаний Яна бросила ручное управление. «Москит» тут же запалил свои движки контроля положения, чтобы развернуть скутер тангенциально его предыдущему курсу. Через долю секунды главные моторы включились на максимальных оборотах.

Внезапная тяжесть стала мучительной — даже для Яны. Для Пола же она стала просто неописуемой. Он не издал ни звука, но, повернувшись, Яна увидела под визором шлема его белое как мел лицо и крупные капли пота на лбу.

— Пол, я сейчас опять на ручное перейду.

— Нет... если только... ты нас обоих... убить не хочешь. — Он говорил с трудом, сквозь плотно сжатые зубы. — Доверься автопилоту, Яна... он знает... и так еще неизвестно... мы слишком поздно ушли.

Взглянув вправо, Яна смогла понять, что он имеет в виду. Моторы гнали их вперед на двух или трех «жэ», но корабль по-прежнему падал к Юпитеру. В этих облачных слоях было множество разных деталей — деталей, которые Себастьян так любил и лучше любого другого понимал, — но вход в них означал гибель.

Яна взглянула на экран, где поле обзора менялось на сканирование позади «москита». Одинокая красная точка мигала, оповещая о себе. «Муха» по-прежнему находилась в свободном падении и уже достигла верхних слоев атмосферы Юпитера.

— Пол, мы не можем так просто его здесь бросить.

— Мы должны... если только ты не знаешь способа... законы физики изменить. — Пол выпрямился в кресле, издавая глухие стоны, пока его руки перемещались в новое положение. — Ты сделала все, Яна... все самое лучшее... все, что только могла... он не позволит тебе его спасти... он не хочет, чтобы ты его спасала.