Аналогичный мир - 3 (СИ) - Зубачева Татьяна Николаевна - Страница 178

— Святой отец, я женюсь на ней, — выдохнул Найджел и невольно улыбнулся. — Она согласна.

«Ещё бы!» — хмыкнул про себя отец Артур. Слайдеры — все трое — завидные женихи, ему уже намекали, что если он поспособствует своим пастырским словом, то отблагодарят. Ну, это всё неважно, а главное… главное то, что Найджел решил правильно. И разумеется, он поможет ему и его девушке.

— Чем я могу помочь, сын мой?

— Мы не хотим откладывать свадьбу, святой отец.

Отец Артур понимающе кивнул. Они договорились, что свадьба будет не сегодня или завтра, а в субботу, всё-таки надо уладить всякие житейские мелочи, а до субботы Найджел в один из вечеров придёт к нему для беседы со своей невестой.

Поблагодарив отца Артура, Найджел попрощался и побежал домой. Хоть бы к девяти успеть. Он бежал, ни на что не обращая внимания. С ним здоровались, он отвечал, не глядя, окликали — он с улыбкой отмахивался, не останавливаясь.

Вот уже их улица, ещё по-утреннему тихая. Он с ходу перепрыгнул через ограду, взбежал на веранду, бутылок уже нет, значит… Вверх по лестнице одним духом. Завтракают? Успел!

Найджел бросил сумку на стол в холле, ветровку на вешалку и, влетев в кухню, бросился к раковине.

Метьюз за волосы оторвал его от крана, заставил перевести дыхание и пить из кружки маленькими глотками.

— Сердце сорвёшь, дурак.

— Отдышался? — Роберт насмешливо оглядел его. — Бить мы тебя потом будем. Ты где вместо школы шлялся?

— Сейчас, — Найджел уже спокойно выпил вторую кружку, ещё раз глубоким вздохом успокоил дыхание. — Братья, я женюсь.

— Чего-о?! — изумился Роберт.

— Найдж, ты в порядке? — озабоченно спросил Метьюз.

— Вполне. Свадьба в субботу.

— И чего такая спешка? — обманчиво спокойно спросил Роберт.

— Мы переспали, она беременна, и я, как честный человек, женюсь.

Метьюз попятился и сел, с каким-то даже страхом глядя на Найджела. Тот шагнул вперёд, с силой опёрся кулаками о стол и подался вперёд, навис над братьями.

— Братья. Для всех я с ней с Нового года встречаюсь, ребёнок этот мой. На этом и под пулей стоять буду. Я уже у священника был и ему это же сказал.

— А нам что скажешь? — спросил Роберт.

— У тебя что…? — не договорил Метьюз.

— Ничего, — мотнул головой Найджел. — Как было, так и остаётся. Но об этом…

— Знать никто не будет, — закончил за него Роберт. — Она-то хоть кто?

— Она недоказанная, родители у неё условные, — Метьюз присвистнул, и Найджел кивнул. — Да, Мет, я на неё только издали смотрел, а вчера поговорить удалось, и вот, всё решилось. Жить я без неё не могу. И не буду.

— То-то ты как не в себе был, — понимающе кивнул Метьюз.

— Да, — Найджел говорил уже совсем спокойно. — Да, братья.

Роберт протянул руку, и они переплели пальцы.

— Ну вот, — Роберт улыбнулся. — И всё, и пошли вниз, надо работать. В ленч обговорим всё.

— Да, — кивнул Метьюз. — Беги, переодевайся, Найдж. До ленча без завтрака выдержишь?

— Не проблема! — крикнул, выбегая из кухни, Найджел.

Уже полдесятого, работы выше головы, открываться пора. У себя в комнате Найджел сбросил кроссовки, джинсы и ковбойку, быстро натянул рабочую форму и переобулся в лёгкие вроде паласных ботинок, что им ещё в госпитале вместе с формой подарили, и побежал вниз, к братьям, помочь всё приготовить к смене. И больше он уже ни о чём не думал.

Ларри знал, что городская жизнь шумна и суматошна, но такого не предполагал. Каждый день, каждый час возникали и как-то сами собой решались проблемы, тут же порождая новые. И в этой круговерти он, к своему изумлению, чувствовал себя всё увереннее. Договорился о стирке, уладилось и с готовкой, купил одежды себе и Марку, посуду, сходил в церковь и поговорил со священником о школе для Марка, и сам на муниципальных курсах сдал экзамен и получил справку о функциональной грамотности. Целый день ушёл, но сделал. С ума сойти, сколько он успел за эти несколько дней. А всё только начинается.

В понедельник они как всегда встали по деревенской привычке рано. Ларри сварил для себя кофе, приготовил сэндвичи. Марк принёс от дядюшки Пинки две бутылки молока. Разносчик оставлял молоко у входа, а жильцы забирали его сами. Увидев кофе, Марк удивился.

— Пап, а молоко? И сэндвичей сколько?

— Я иду на работу, — Ларри отхлебнул кофе. — Если не приду к ленчу, поешь сам. Выпьешь молока с сэндвичами. Без меня из дома не выходи. Почитай или порисуй. К обеду я точно вернусь.

— Ага, — кивнул Марк и тут же поправился: — Хорошо, папа.

Таким сосредоточенно серьёзным он видел отца не в первый раз, тот всегда такой перед работой в мастерской. И Марк знал, что ни мешать, ни отвлекать отца нельзя.

Не зная, вернее, не будучи уверенным, какая работа ему предстоит, Ларри, на всякий случай, надел не джинсы и ковбойку, а хорошие брюки и белую рубашку, ну, и ботинки вместо кроссовок. Сверху ветровку, чтобы особо не выделяться.

— Ты всё понял, Марк?

— Да, пап.

Ларри потрепал сына по голове, проверил бумажник и ключи и вышел, захлопнув за собой дверь. Дядюшка Пинки благодушно кивнул ему, сразу и здороваясь, и прощаясь, и Ларри ответил ему таким же улыбчивым кивком.

Дорогу ему объяснили хорошо, и добрался он без приключений и расспросов. Уже у самой двери столкнулся с Чаком. Живя практически рядом, виделись они нечасто. Такая уж у Чака работа, что его днём не бывает, а вечером Ларри спать ложится опять по-деревенски рано.

Они поздоровались и вошли.

Джулия Робертс уже была на месте. Чак как всегда ограничился молчаливым кивком, но Ларри поздоровался:

— Доброе утро, мэм.

— Доброе утро, — бесцветный сухой голос. — Лоуренс Левине?

— Да, мэм.

— Мистер Бредли ждёт вас.

Короткий указывающий жест, и Ларри, проходя к тёмной полированной двери, слышал за спиной:

— Маршрут на сегодня…

Ларри осторожно потянул на себя тяжёлую с виду, но неожиданно легко открывшуюся дверь.

— Доброе утро, Ларри. Заходи.

— Доброе утро, сэр, — улыбнулся Ларри, входя в кабинет.

Да, это уже настоящий кабинет, не то, что в имении, это Ларри сразу понял. Джонатан, весёлый, в хорошем костюме, встал ему навстречу из-за стола, и Ларри совсем растерялся. Но опомниться ему не дали.

— Как устроился, нормально?

— Да, сэр, спасибо, сэр.

— Отлично. Так вот, Ларри, мы начинаем новое дело. Ювелирный салон. Магазин и мастерская. Работа по заказам и немного на продажу.

Ларри слушал и кивал. В общем, это всё ему знакомо, Фредди так и говорил.

— Есть вопросы, Ларри?

— Нет, сэр.

Джонатан кивнул.

— Тогда пошли, посмотрим и уже на месте обговорим детали.

— Да, сэр.

Джонатан снял с вешалки в углу плащ и шляпу, быстро, не допустив помощи Ларри, оделся, взял плоский чемоданчик-портфель.

— Пошли, Ларри.

И кивком поблагодарил, когда тот открыл перед ним дверь.

Попрощаться с секретаршей Ларри не успел, так быстро шагал Джонатан.

На улице Ларри вежливо держался сзади и ни о чём не спрашивал. Джонатан пару раз оглянулся, проверяя, не отстаёт ли он. Идти оказалось недолго. На Маркет-стрит в сплошном ряду уже открытых магазинов две небольшие витрины с опущенными наружными жалюзи и между ними дверь, над ней рама для вывески. Значит, здесь? Да, Джонатан явно идёт туда.

Джонатан властно толкнул дверь и вошёл, не оглядываясь. Ларри последовал за ним, быстро огляделся.

Небольшой зал с прилавком, маленьким столиком и тремя креслами перед окном, за прилавком в дальнем углу неприметная дверь, лампа под потолком, бра по стенам, свет мягкий, но сильный, как раз подобрано, чтобы камни хорошо играли. Прилавок высокий. И ему под рост, и покупателю наклоняться не надо. Ларри огляделся ещё раз, уже внимательнее: ему же здесь работать. Джонатан не торопил его. Прилавок витриной, внутри обит чёрным бархатом, стекло хорошее, безбликовое.

— Ну как, Ларри? На твой взгляд?