Темное вожделение (ЛП) - Фихан Кристин - Страница 83

— Это теперь не так сильно может навредить после твоего возвращения в безопасное место, — уверила она его.

— Мне жаль, что это был твой отец. Понимаю, как много для тебя значило иметь живого отца членом семьи. — Он пригнул голову к сильной ране на левой груди.

Его язык легко прошелся по ране, обрабатывая слюной, оказывающей заживляющие свойства, немедленно прекращая жжение. Ее кожа, недавно такая холодная и безжизненная, внезапно стала нагреваться, пар поднимался вокруг них, окутывая, словно объятья.

— Моя семья должна стать твоей, — мягко добавил он. — Мы создадим собственную семью.

Шиа потерлась лицом о его грудь, как котенок, блуждая губами по шеи.

— У нас уже есть странная семья, Жак. Думаю, все будет нормально.

Ему нравился смех в голосе у нее. Такой грустный сейчас из-за человека, бывшего ее отцом, ответственного за столько смертей и ненависть. Но она сумела найти в себе силы попытаться заставить его почувствовать себя лучше. Руки у Жака напряглись в защитном порыве.

— Думаю, мы не можем сказать им об этом.

— Лучше не надо. Кажется, они придерживаются ошибочного мнения, будто с нами что-то слегка не так. — Шиа помотала головой, откидывая шелковистые волосы прочь от своей шеи, привлекая внимание к их длине.

Жак немедленно нагнул голову, чтобы прикоснуться к ней. Языком ощущая сладкий привкус жизни, лаская и дразня, путешествуя по ее шее в поисках уха. Мягко прикусывая своими зубами. Чувствуя дрожь, начинающую пробегать по ней. Кожа была мягкой, теплой и возвращала его жизнь.

— Мы можем в итоге создать свою семью, Шиа. С нашим ребенком. — Он ощутил, как она напряглась, и прижался ближе, а голос стал мягким, бархатным. — Не сейчас Шиа, потом, после твоего освоения в нашем мире и обретения уверенности в себе и моего полного исцеления. Будет наш ребенок. Дети. Твоя мечта стала и моей. У нас может быть это, Шиа.

— Не надо, Жак, — пробормотала Шиа.

— Мы сможем, любовь моя. Я теперь вспоминаю все намного быстрее. Знаю, пока мы рядом, я буду ощущать то же, что и ты. Я хочу нашего ребенка. И хочу видеть тебя счастливой. Хочу дать тебе семью. Не выбрасывай эту идею из головы. У нас есть столетия для принятия решения, но знай: я тоже хочу этого.

— Как только ты сможешь пообещать мне остаться, любить и растить нашего ребенка, если что-то случиться со мной. Тогда я с удовольствием соглашусь.

Его зубы прикоснулись к ее шее.

— Благодаря тебе у меня есть вера в себя. Когда-нибудь я буду в состояние дать тебе такое обещание. Также скажу, если такое произойдет, то ребенок станет моей надеждой на этой земле, а когда у него или нее появиться семья, то с удовольствием присоединюсь к тебе.

Она ощутила, как слезы покатились из глаз.

— Тогда я по-настоящему счастлива, Жак. Ты никогда не сможешь сделать мне лучшего подарка, чем сегодня. Даже если ты не сможешь сделать это, я все равно буду любить тебя только за желание достичь этого, за стремление.

— Твое счастье важно для меня.

— Ты пахнешь по-другому, Жак. — Шиа резко вдохнула его аромат, задерживаясь, желая взглянуть ему в глаза. — Почему ты пахнешь по-другому?

Он мягко рассмеялся.

— Это не женщина, маленькая Рыжеволоска. Отчего такая подозрительность? Я встретил другого такого же, как я, в лесу. Я испытывал нужду, а он предложил помощь.

— И ты принял? — Она была удивлена.

Жак, конечно, проделал длинный путь от осторожного, темного, опасного человека, с каким она столкнулась вначале.

— Он был абсолютно незнаком тебе, и все же ты позволил ему помочь тебе?

— Ты тоже была незнакомкой, а я позволил намного больше, чем просто помочь. — Поддразнил Жак, прижимаясь теплым ртом к уголку ее губ. — Фактически ты подкинула некоторые интересные идеи, относительно того, как можешь помочь мне дальше.

— И не подумаю. Вспомни, я говорила тебе: я только твой врач и ничего больше, но ты не слушал. Знаешь, Жак, это плохая привычка не слушаться меня.

Его рот вернулся назад к ее уху, дыханием разжигая кровь.

— Обещаю исправить ситуацию, как только появится возможность, — прошелестел волшебный шепот.

Шиа ощущала его дыхание даже пальчиками ног. Потом увидела уродливую рану, портившую его плечо. И начала спускаться вниз, исцеляя ее. Наслаждаясь особенным ароматом, присущим Жаку. Она чувствовала непреднамеренный ответ и сознательно прижималась ближе, вжимаясь своим телом в его. Ощущая его сущность, адреналин, примитивную радость сражения, боль.

— Возможность, ха? — Размышляла. — Ну не знаю, понравится ли мне способ, выбранный тобой. Мне кажется, ты сможешь с легкостью обойти свое обещание. — Шиа обвила его шею руками, наклоняя голову к себе.

Вслепую безошибочно нашла его рот своим. И вложила в поцелуй всю свою любовь, страх, принятие его образа жизни. Ее желание стало его, ее потребность — его, это передавалось от него к ней.

Руки Жака сжались сильнее. Губы хотели быть рядом с ее, чувствуя необходимость пить сладость, чистоту для усмирения утихающего демона. Ее тело звало и приветствовало, а рот был таким же голодным, как и его. Он разбросал свою одежду во все стороны и придвинулся, чтобы прижаться ближе к ней. Чувствуя изменения в ее весе, ощущая, как они оба зашатались, а затем упали в воду под ними.

Вместе они нашли дно, не размыкая губ. Общий смех звучал в головах. Ему пришлось поработать ногами, поскольку она обернула свои вокруг его талии. Их головы взбаламутили поверхность, посылая рябь по воде. Она засмеялась, пытаясь поймать его лицо руками.

— Ты так романтичен, Жак, я едва могу здесь дышать.

Его руки переместились под ее ягодицы, слегка массируя с намеком. Он приподнял одну бровь.

— Так говоришь, это была моя ошибка? Женщина, я никогда не теряю самообладания. Мне пришлось последовать за тобой в воду, спасая тебя от смущения.