Темное вожделение (ЛП) - Фихан Кристин - Страница 76

Шиа ощущала его ненависть к себе за свою неблагоразумную ревность, страх, что она проигнорирует просьбу, и произойдет что-то ужасное. И поняла, она все еще слишком мало знает о жизни карпатцев, Жак все еще напоминает животное больше, чем человека, в данный момент. Ее пальцы обхватили его руку, и она улыбнулась.

— Я думаю, мы подождем целителя.

Жак почувствовал, как напряжение покидает тело.

— Это была бы отличная идея.

Шиа провела кончиками своих пальцев по его шее. Массаж наводил на размышление и одновременно заверял. Жак бурно среагировал на нее, его рот был сокрушителен и властен, когда нашел ее. Поцелуй был напряженным, и его тело было таким же, как и рот.

— Ты нужна мне прямо сейчас, Шиа. Мое тело горит, и я пылаю, словно в аду. Мы поскорее должны стать одним целым, или я умру.

Смех Шиа приглушила его грудь.

— Еще никто не умирал от желания заняться любовью. — Но она не была уверена.

Ее собственное тело горело и молило о соединении с ним.

Внезапно появился Грегори, издал мягкий вздох и посмотрел на них хмурым взглядом. Как провинившиеся дети, они отошли друг от друга.

Целитель проговорил.

— Он будет слаб, Жак. И может попытаться сопротивляться тебе. Он близок к перевоплощению уже в течение некоторого времени. Скажи ему о ребенке Рейвен, о твоей вере, что Шиа сможет родить девочку, — мягко посоветовал Грегори. — Ты должен будешь взять его под свой контроль. Я ощущаю его сопротивление нашему вмешательству.

Жак кинул. Он хотел видеть Шиа подальше от Байрона, и она ушла в конец пещеры, читая его мысли. Он послал ей благодарность и обратил свое внимание на старого друга.

Шиа наблюдала за ним, внезапно чувствуя гордость за него. Он, может быть, не мог перенести прикосновение ее к другому человеку, но все же ему это очень не нравилось в себе. И она ощущала его желание спасти Байрона. Знала, он не будет врать ей ради представления себя в лучшем свете. И не будет пытаться скрыть свою темную сторону от нее. Скорее он желал, чтобы она нашла способ любить его таким, какой он есть.

И она нашла. Не могла понять как, но любила его всего. Он не прятался от своих обязанностей. Сражался со своим демоном ежедневно. Все происходило так быстро: сначала одно, потом другое. Шиа потребовалось много времени для обработки информации, но больше всего удивляло, каким Жак был с ней. Он был честен во всем, даже в своей ужасной потребности в ней.

Байрон простонал, возвращая ее внимание к мужчинам, склоненным над ним. Грегори напоминал статую, полностью сконцентрированный на искалеченном теле. Жак поднес свое запястье ко рту Байрона. Желудок Шиа сжался, но она не отвела взгляд.

Байрон сопротивлялся, смотря умоляющим взглядом.

— Ты должен взять мою кровь. Женщины в безопасности. О ловушке ты нас предупредил. — Низкий голос Жака казался музыкой, разливающейся в воздухе.

Шиа объединилась с ним, увеличивая его силу. Она почувствовала удивление Жака от ее желание объединиться с ним ради получения согласия Байрона.

— Женщина Михаила беременна девочкой, — мягко сказал Жак. — Шиа была представителем человеческого рода и тоже способна рожать девочек. Теперь есть надежда на будущее, Байрон. Мы хотим, чтобы ты остался с ними, давая возможность человеческим женщинам восполнить нашу потребность в людях. Ты не можешь прервать свою жизнь. Что если через нашу дружбу и обмен крови, ты истинный Спутник моей дочери? Что случиться с нашим ребенком? Возьми свободно предложенное, старый друг, и сохрани себя. Ты силен. Ты справишься, пока мы будем восстанавливать наш род.

Байрон долгое время изучал черные глаза Жака, ища что-то, и очевидно, в итоге нашел. Он прижался к предлагаемому запястью и стал охотно пить. Впервые Шиа не нашла в этом ничего отталкивающего. Было что-то прекрасное в том, как Жак свободно давал свою кровь Байрону. Это было более личным, чем донорская кровь у людей.

Ее тело сжималось от горячего желания, и не думая она купала разум Жака в своем жаре. Она увидела реакцию его тела, словно кто-то физически ударил его кулаком. Вина появилась мгновенно, но он телепатически стал поглаживать ее горло. Этот контакт был таким же захватывающим и возбуждающим для нее, как и физический.

Грегори медленно выпрямился и резко выдохнул, оборачиваясь, чтобы впиться взглядом в Жака.

«Забирай свою женщину и найди место подальше от нас. Ты знаешь, как могут быть опасны карпатские мужчины в такое время. Прислушивайся к своим потребностям, Жак».

«У меня остались некоторые воспоминания об этом. Если ты помнишь, в наш дом вторглись, и вампир знает, где он».

«Спустись ниже под землю. Дальше в пещеры, пока не найдешь горячие источники. Там вы будете в безопасности. И одни».

«А Байрон?»

«Он не может разговаривать. Как и у тебя, у него парализованы голосовые связки. Я сомневаюсь в его возможности вспомнить предателя. Я отправлю его в землю, пусть исцеляется. А сам буду искать Рэнда. Наш князь вынес приговор предателю. Не делай ошибок, я позабочусь, чтобы он был один, прежде чем уничтожу его».

Жак нагнулся и коснулся плеча Байрона.

— Ступай спать в нашу землю, Байрон. Я буду возвращаться каждый день, чтобы удостовериться, что ты питаешься, и твои раны заживают. Ты доверяешь мне это?

Байрон устало кивнул и закрыл глаза. Он приветствовал утешающие объятья исцеляющей земли. Кровь уже текла по его венам, придавая сил для выздоровления. Он чувствовал себя лучше, зная, что предупредил других о ловушке, устроенной вампиром. Он помнил, что его использовали для разделения мужчин и женщин. Вампир нашептал ему о своем плане пожертвовать Смитом, пока Словенски и его племянник будут убивать Рейвен и похищать Шиа. Земля разверзлась, и его невесомое тело опустили в ее колыбель. Вокруг него была богатая почва, притягивающая его, приветствующая. Он разрешил себе спать.

Жак легко кивнул, одобряя Грегори, и обратился к Шиа. Мгновение, и его пальцы сплелись с ее, образовывая напряжение между ними. Он потащил ее из пещеры в туннель. К ее ужасу, вместо того, чтобы выйти в лес, Жак стал спускаться глубже по земляным проходам.

Туннель был достаточно широк, для прохождения их вдвоем, но она не могла двигаться так быстро, как ему было надо. С каждым сделанным шагом, его тело становилось все более напряженным и болезненно твердым. Дыхание вырывалось с трудом, борясь с удушьем. Он подхватил ее на руки и помчался вниз по разветвлениям туннеля и поворотов.

— Что ты делаешь, Жак? — Наполовину засмеявшись, наполовину простонав, спросила Шиа, посильнее обхватывая его руками за шею.

— Я несу тебя к тому месту, где мы сможем уединиться. — решительно ответил он.

Жак хотел ее в течение многих часов, дней, целую жизнь. В эту минуту она должна принадлежать ему.

Шиа спрятала свое лицо в изгибе плеча, ее тело отвечало на его желание в голосе, на тяжелое дыхание и быстрое биение сердца. Ее губы прошлись по его пульсу, дыханием согревая кожу. Она ощутила, как он задрожал от понимания, и продолжила мягкое исследование кончиком своего языка.

— Ммм, ты такой вкусный.

— Черт побери, Шиа, клянусь, если продолжишь в том же духе, то мы никогда не доберемся до источников.

— Я никогда не слышала ни о каких источниках, — пробормотала она рассеяно, снова поглаживая бьющийся пульс, игриво покусывая его своими зубами.

Ее рот продолжал блуждать дальше по его шее к уху.

— Горячие источники. Они чуть-чуть дальше, — простонал он, наклоняя голову, предоставляя ей место.

Ее рука скользнула за ворот его рубашки, играя с пуговицам, медленно расстегивая их, желая прикоснуться своей рукой к горячей коже.

— Я знаю, ты достаточно горяч, Жак, — прошептала она ему на ухо, лаская мочку своим языком. — Думаю, я тоже.

Он остановился, облокачиваясь на неровную стену и позволяя ее ногам соскользнуть на землю. Не было слов, описывающих голод, острую необходимость его тела или смятенье в голове. Он наклонился над ней, нагибая ее изящное тело назад, вступая во владения ее губами. Его рука обхватила ее горло, слегка поднимая подбородок для лучшего доступа.