Печать павшего. Лики Судьбы (СИ) - Гущина Дарья - Страница 54

Мой собеседник тяжко вздохнул и пробормотал что-то неразборчивое по поводу моей скромной персоны.

— Сам туда иди, — буркнула я.

— Сама такое слово, — не остался в долгу он.

— Яш, будь другом, отстань, дай подумать!

— Что-то ты всё думаешь, думаешь — а где результат?

— А Москва не сразу строилась!

— У-у-у! Ну, тогда мы тут на век-другой задержимся!

— Если ты против — давай, иди, хоть вниз, хоть куда — только оставь меня в покое!

— Вах, хитрая какая! Научи летать — уйду!

— А что тут уметь-то? С тарзанки прыгал же?

— Аська, да ты в своём уме?!

— Нет! А всё — из-за тебя!

— Да, и чуть что и сразу Федя, Федя… Уй, чёрт, больно же!.. Ай!.. Всё, молчу, молчу, и слова от меня больше не услышишь!

— Сиди и наколдовывай свои сигареты, понял?

— Понял, понял…

— И давно бы так.

Я убрала руку с Яшкиного обожжённого предплечья. За эти полчаса-час мы, страшно сказать, поссорились шесть раз! Впрочем, у нас обоих сейчас нервы на пределе, но мне — легче, мне ругаться можно. Все же поползновения приятеля выпустить пар я пресекала на корню, дабы дать мирам возможность существовать дальше, им и без того сейчас несладко приходится. И, кстати, о птичках, об обстановке в семи мирах, то бишь…

— Получилось!! Аська, получилось!..

От неожиданности я едва не свалилась с облака. Первый громкий вопль я, видимо, проворонила, отрешившись от объективной реальности, и из раздумий меня вывел мощный удар локтем под рёбра.

— Яша!..

— Аська, не ворчи, курить будешь?

— Буду, — остыла я. — Доколдовался?

— Ага! Держи.

— Тьфу, какую же ты дрянь куришь, — сморщилась я, уныло вертя в руке сигарету.

— Скажи спасибо, что это есть, — приятель передал мне коробок спичек и замолчал, блаженно дымя сигаретой.

Надо было их раньше наколдовать, пока я ещё владела силой Слова, да хорошая мысля, по закону подлости, всегда приходит опосля… Мы дружно задымили, как два перегревшихся паровоза, и наконец-то перестали ругаться из-за пустяков. Я вновь погрузилась в свои невесёлые размышления. Мне не давала покоя личность таинственных всадников, и в одном я точно убедилась: именно их появление сопровождал некий катаклизм, будь то кровавый дождь, самум или же землетрясение. Ну, про их злую сущность я уже упоминала. Осталось выяснить, кто они такие, по какому принципу появляются в том или ином мире и как с ними бороться. Но — если я не разгадаю загадку в ближайшее время, может статься, бороться-то будет уже не с кем, кроме озверевших местных жителей, а сие развитие событий меня не устраивает… Нет, ну не сволочь ли Райлит!

В бесполезных раздумьях тянулись минуты, а мне упорно не приходило в голову ничего путного. Я перебрала все мифы и легенды как своего мира, так и семи волшебных миров, внимательнейшим образом проанализировала события минувшего дня, а их набралось предостаточно, но — безрезультатно. Я как стояла на месте, так и продолжала стоять. И в отчаянии уже начала подумывать подключить к делу Яшку (одна голова хорошо, а две — лучше), но в итоге с сожалением от своей мысли отказалась. Слишком много, долго и нудно придётся разъяснять приятелю тонкости ситуации, в которой я сама до сих пор путалась, а это — лишнее потраченное время. Нет уж, попробую, по старинке, разобраться самостоятельно, и — костьми лягу, но разберусь…

— И на рассвете белый всадник раздор и ссоры сотворит…

Я вновь от неожиданности едва не навернулась вниз. Приятель же, не обращая на мою реакцию внимания, продолжал беспечно мурлыкать себе под нос незамысловатый мотив неизвестной мне песни. Некоторые слова он проговаривал достаточно разборчиво, некоторые — «съедал», но от одной первой услышанной фразы проняло меня изрядно.

— И рыжий конь в горячий полдень, с угрюмым мрачным седоком, что всех разит своим мечом…

Я от удивления забыла, как надо дышать. Навострив ушки и разинув рот, ловила каждое слово и поражалась, откуда у рассеянного, далёкого от поэзии Яшки взялись подобная наблюдательность и талант писать стихи по поводу. Надо же заметить то, что даже я не сразу обнаружила, да ещё и песню по теме написать! Или — он чужую распевает? Нет, маловероятно. Откуда какому-то неизвестному поэту знать о том, что происходит в тридесятом царстве, у чёрта на куличках, в якобы несуществующих, выдуманных фантастами мирах? Или… или подобное явление имело-таки место быть в нашей истории, а я о нём ничего не знаю?

— И серый всадник на закате, жестокий голод посулит…

О, чёрт. Да откуда ему известно?.. Поди ж ты, а каким балбесом прикидывался… Ладно, послушаем, кто у нас следующий на очереди.

— А чёрный рыцарь в час печали, сокрытый тьмой, болезнь несёт…

Час от часу нелегче! Если мне опять встретятся моровые поветрия — не знаю, смогу ли я их также легко порешить… Мой собеседник допел песню, помолчал и завёл новую — из репертуара Константина Никольского и группы «Воскресение». Впрочем, что мне до него, меня предыдущая куда больше интересует.

Я подождала, пока он вновь замолчит, и осведомилась:

— И что это такое было?

— Группа «Воскресение», позор не знать классику русского рока, — возмущённо отозвался он.

— Да я не про Никольского, я про всадников, — уточнила я. — Это-то точно не классика!

— А-а-а, — Яшка швырнул вниз очередной окурок. — Помнишь, я тебе как-то диск приносил, просил послушать и оценить?

— Который какой-то твой одногруппник, типа музыкант, дома записал? — сообразила я.

— Не одногруппник, а одноклассник, но да — он. И, между прочим, он не «типа музыкант», у него шесть лет консерватории за плечами по классу вокала. А ты диск потеряла и…

— Я не потеряла, у меня его кто-то из двоюродных братьев взял послушать и не вернул, — возразила я.

— Один фиг. Взяли — и с концами. И никто не знает, где и у кого он находится, и вообще — про диск никто не слышал, а Васька рвёт и мечет, у него недавно винт на компе полетел вместе с записями и…

— Короче!

— Короче, эта песня с его последнего альбома. «Всадники Апокалипсиса» называется, — пояснил приятель, закуривая. — Неплохая вещь, послушай, когда мы вернёмся назад. Заодно и диск найдёшь.

Я судорожно вцепилась в облако. Мы влипли… Руки по локоть проваливались в вязкую, волокнистую мякоть облака, да только я не обращала внимания ни на её покалывающий холод, ни на дальнейшие Яшкины разглагольствования. Мы крепко влипли… Яшка о чём-то спросил и замолчал, дожидаясь ответа, а я даже не поняла, что именно его так заинтересовало. Мы чрезвычайно крепко влипли… По самое оно. Ну, я хотела узнать, с кем мы имеем дело — и я своего добилась… И уж лучше бы мне и дальше пришлось воевать с колдуном, потому как его я изучила неплохо, а вот что делать с пресловутыми всадниками Апокалипсиса, напротив, совершенно не представляла. И в страшном сне не могла присниться встреча с таким врагом народа…

— Касси!

— Ась?.. — уныло встрепенулась я.

— А кто они такие?

— Кто?

— Конь в пальто… Всадники эти.

— Которые?

— Аська, кончай валять дурака! — возмутился он. — Ты же понимаешь… — и приятель запнулся, видимо, догадавшись провести аналогию между одними всадниками и другими. И надолго замолчал, а я и не сбивала его с толку. Пусть подумает, ему полезно.

Итак. Прежде чем отправляться с кем-то воевать, хорошо бы выяснить, кто твой главный враг. Мне это, конечно, не поможет, но — а вдруг… На этом «а вдруг» я частенько выезжала и, может статься, оно и сейчас окажет мне посильную помощь. А если честно — чтобы воевать с оным воплощением Зла, нужно быть либо чокнутым, либо сильным, как Райлит. Мне же первое, слава Богу, не грозило, как и второе — увы и ах. И, выходит, моя бывшая вторая сущность отрядила меня воевать именно с ними… Я её убью, клянусь и даю Слово! Пристрелю, утоплю, возьму грех на душу, но расквитаюсь за всё! Столько времени водить мою персону за нос, обманывать и использовать, а под конец — бросить в пасть к разъярённому тигру и удрать? Я такого отношения не заслуживаю!.. И я этого просто так не оставлю! Я… я буду жаловаться самому радже! Жаль только, даже он мне не поможет…