Выбор павшего. По следу памяти (СИ) - Гущина Дарья - Страница 43

Спросите, откуда я столько о них знаю? Все проще простого — раньше встречала. Одна такая крылатая сволочь чуть полбедра вместе с ягодицей у меня не оттяпала, хорошо, Райт рядом находился и после битвы быстро мою персону подлатал… Только, если я не ошибаюсь, те самариты, вроде, раза в два меньше были… Или у меня просто галлюцинации от страха приключились…

Кстати, еще о мышках. Выглядели они на редкость устрашающе. Приплюснутая морда с хищно поблескивающими кроваво-красными глазками, острые ушки торчком, широкое и плоское, как у камбалы, чешуйчатое тело, длинные хвостики с характерной стрелочкой на кончике и огромные перепончатые крылья. В прошлый раз мне их толком рассмотреть не удалось — и темнота окружала полнейшая, и перетрусила я изрядно. Зато сейчас, при свете дня, разглядела до мельчайших деталей и легче мне от этого не стало…

В рекордные сроки добравшись до очередной площадки, я затравленно посмотрела сначала на стаю, потом на узкий каменистый пятачок, и испугалась еще больше. Даже спрятаться негде… И колдовать нельзя… Не клинками же махать начинать, с моими-то умениями… Пока с одним возиться буду, остальные меня успеют на сувениры растащить, а я и не замечу…

Если только я не… Эврика! Придумала!

Да, Райлит на волю выпускать нельзя. Она сразу начнет тянуть из потока энергию, а это чревато неприятными последствиями в виде страшных разрушений. А вот я-то ничего не тяну, я-то своим пользуюсь, значит, и не разрушу ничего, если покину тело… И не зря же мне в наследство от прошлого достались клинки, умела я ими когда-то владеть. Вот и пришло время узнать, насколько хорошо.

Несколько раз глубоко вздохнув и расслабившись, я зажмурилась и выскользнула из тела. Не так уж это и сложно. Не сложнее, чем освобождать свою вторую сущность. Только ощущения немного другие. Я и вижу себя со стороны: собранную, сосредоточенную, напряженную, и чувствую тяжесть оружия в своих руках. И нет больше пьянящего чувства свободы, наоборот, душа стремится как можно скорее вернуться назад, в тело. В этом огромном и недружелюбном мире мне в подобном состоянии одиноко и крайне неуютно…

Неуютно и непривычно в новой роли ощущала себя и Райлит. Отвыкла за тысячелетия плена от власти над телом, да и не для того ее создавали… Отвыкла — но помочь мне взялась. Сверкнули в полуденных лучах солнца острые клинки, и мое второе «я» приготовилось защищать нашу общую, одну на двоих, жизнь.

И видели бы вы, как яро она ее защищала! Я со своими сковородками и рядом не валялась! Хотя, в свое оправдание могу сказать, что и те твари были куда мельче и место для обороны — тоже удобнее сегодняшнего. И спину, и бока тогда мне защитили кухонные шкафы, да и сковородка — далеко не безобидный предмет, особенно, если в удар вложить всю силу. Но тогда — самариты в беспамятстве кучкой падали к моим ногам, а сейчас от них только крылья, уши и хвосты в разные стороны летели. Точно, куда мне со своими сковородками… Только от кучки големов и отбиваться.

Райлит, мудрено сложив клинки ножницами, лихо оттяпала башку последней твари и оглянулась на меня. А я не заставила себя долго ждать, вернувшись в собственное тело. И, тяжело дыша, устало опустилась на колени, опершись о парники.

Мышцы рук ныли от непривычной нагрузки, да еще и моя вторая сущность не упустила удобного случая и отругала меня за то, что я совсем себя распустила и простейшие физические упражнения так печально влияют на нашу общую оболочку. Я в ответ вяло огрызнулась — мол, больше так не буду и под ее чутким руководством с удовольствием верну утраченные навыки, на чем наш спор и закончился.

От нечего делать, пока отдыхали руки и восстанавливалось сбитое дыхание, я поковырялась клинком в почве. Опа. А что это у нас там такое блестит? Может, здесь золото есть?.. Или еще какой драгоценный металл?.. А нам со Святом деньги нужны позарез… Я азартно ковырнула землю, выворотив мелкий камушек, ковырнула опять и, наверно, докопалась бы до чего-нибудь интересного и ценного, если бы… если бы внезапное землетрясение и громогласный рык разъяренного зверя мне не намекнули, что докопалась я не до чего-то, а до кого-то…

И после пары подземных толчков, от которых я едва не свалилась вниз, до меня дошло. О, черт. Властитель гор! Огромный многоглазый змей, с твердой, как камень, шкурой, за века заросший деревьями и травой, древняя легенда старого мира — и самый что ни на есть живой и во плоти! А мне же надо было из всей кучи гор оказаться именно на той, в которую свернулся клубком Властитель!.. Да еще и принять его глаз за сокровище…

Господя-я-я…

Оперативно сунув клинки в ножны, я кубарем скатилась со склона. А над моей головой уже повисла на тонком, темно-сером отростке огромная, примерно пять на пять метров, сфера черного глаза с узкой полоской белого вертикального зрачка, сейчас расширившегося от боли и ненависти. А дополнительной жути и без того страшной до икоты картине придавали мелко изрубленные самариты, чьи кровавые останки живописно расположились как раз вдоль верхнего века.

Елы-палы, Касси, и почему ты вечно куда-то влипаешь?..

У меня от страха отнялись ноги. А ведь еще недавно я с такой уверенностью объявила, что, мол, после зомби, моровых поветрий и големов меня уже никакие монстры не напугают… Ну-ну… И это называются — не напугают?.. Я, подобно загипнотизированному кролику, пялилась на глаз, забыв о том, как надо дышать…

Но, по известной народной мудрости, подобное лечится подобным, то есть, обычный страх — еще большим страхом. И из состояния беспомощного паралича меня вывела зародившаяся в глубине зрачка Властителя голубая точка. Сейчас молниям палить начнет… А по кому — вы, думаю, догадываетесь… И это — самое подходящее время делать ноги.

Куда только подевались и недавняя усталость, и моя пресловутая неуклюжесть!.. Я рванула вниз, подобно подстреленной горной козе. Словно всю свою сознательную жизнь только и делала, что по горам скакала. И при одном взгляде назад склон сразу переставал казаться крутым и сложным, а тропа — опасной и неудобной.

Властитель гор, меж тем, тоже без дела не сидел. Из каждой преодоленной мною площадки вылезло по гигантскому глазу, и бомбардировали они меня все и сразу. Я едва успевала уворачиваться от крупных шаровых молний, спасибо старому рефлексу Райлит. И как это она, в смысле, я, умудрялась с этой дикой зверюгой договариваться?! По-моему, с ней одним только способом договориться можно, и этот способ я, прикусив язык, старательно удерживала в мыслях.

Колдовать — нельзя… Думать — тоже… И оборачиваться… Касси, ради всех святых, только не оборачивайся… Просто беги… Ну, представь себе, что ты на Алтае, что ты отстала от группы, а тебе позарез их надо догнать… Да, иначе ты заблудишься, на базу самостоятельно никогда не вернешься… а обернешься — вниз усвистишь и костей потом не соберешь… О, Господи, да не оборачивайся же ты!..

Не знаю, сколько я бежала в таком бешеном темпе, но какое-то время мне откровенно везло. Пока одна из молний не угодила прямиком в мою левую пятку, столбом взметнув из-под ног мелкие комья земли и каменную крошку. Взвыв от боли, я потеряла равновесие и, задыхаясь от поднявшейся пыли, брякнулась на бок, кубарем скатившись с очередного склона, который, на мое счастье, оказался последним.

И тут уж, граждане, мне стало не до шуток. Уткнувшись лицом в землю, я несколько бесконечных мгновений пыталась прийти в себя, подгоняемая взволнованным голосом своей второй сущности, а когда начала вновь воспринимать окружающий мир и смогла с трудом перевернуться на спину, то с ужасом рассмотрела нависший над собой кончик шипастого хвоста. И, уверяю вас, этот кончик ничем не уступал размерами тому скальному выступу, который я недавно покинула… И прихлопнул бы он меня, как вредное насекомое — без особых проблем…

Наверно, от постоянного чувства страха у меня успел выработаться определенный условный рефлекс, иначе мое спасение ничем не объяснишь. Мне хватило какой-то сотой доли секунды, чтобы осознать нависшую опасность и успеть откатиться в сторону, прежде чем Властитель с размаху опустил на землю хвост. Ударной волной меня отшвырнуло еще на пару метров от проклятого места, а там я живо вскочила на ноги и задала стрекача. И нормально соображать начала, лишь когда опять напомнила о себе Райлит, мягко уговаривая меня успокоиться.