Выбор павшего. По следу памяти (СИ) - Гущина Дарья - Страница 3

Хозяин местной топи имел вид невысокого человечка, едва доходившего мне до плеча и с ног до головы вымазанного тиной, и запашок, к слову, от него исходил соответствующий. С чумазой физиономии на меня настороженно пялились огромные глазищи цвета болотной тины с белыми вертикальными зрачками. Шаюн то и дело убирал со лба камышовый чубчик, зачем-то щупал крошечные витые рожки и шелестел расправленными крыльями, напоминающими сплетенные из стеблей осоки половички. В общем, типичный дух — выглядел так же, как и среда его обитания. Только крылья ему зачем — непонятно.

Он и заговорил первым:

— Что тебе понадобилось здесь, павший?

Опять!.. И почему меня так и норовят ткнуть носом в мое древнее прошлое?.. У меня вообще-то нормальное имя есть… Но спорить и возмущаться я не стала — не в том положении. Прежде — могла, но тогда я формально считалась спасительницей и могла безбоязненно хамить и самим Хранителям мира. Сейчас же, когда я снова лишь презренный павший воин, предстоит быть очень и очень осторожной и — главное — внимательно следить за своей речью.

— Здравствуй, властитель болот, — церемонно склонила голову я, лихорадочно припоминая ритуал общения с духами. — Прости, что нарушила твой покой.

— Слушаю тебя, — после небольшой паузы пробулькал шаюн, опасливо покосившись на опущенные клинки.

Убрав парники в ножны, я изложила духу суть своей проблемы.

— Человеческий мальчик? — переспросил он. — Странно одетый? Нет, здесь точно таких не было. Ты уверена, что он проходил через мое болото?

Я пожала плечами. Шаюн призадумался, после чего авторитетно сообщил:

— Нет, его и в других болотах не видели. Ничем не могу помочь тебе, павший.

— А как насчет дороги?.. — с надеждой осведомилась я.

— Следуй за красной чертой, — быстро ответил дух и скрылся в зарослях.

— Спасибо, — запоздало поблагодарила я и угрюмо оглядела «островок». — Ну, спасибо, объяснил…

Впрочем, присмотревшись, искомое я обнаружила. Тонкая, едва заметная темно-красная линия начиналась у основания кочки и уводила вглубь болота. Как бы там куда не провалиться… Хотя, что тут ворчать — сама ввязалась, сама и выкручивайся.

Продраться через осоку оказалось не так-то просто. Стебли болотной травы росли в миллиметре друг от друга, да и толщину имели солидную. Подумав, я закатала рукава, подвернула штанины, закинула на плечо рюкзак, вооружилась парниками и начала прорубать тропинку, стараясь ступать четко по линии. Вот оно и началось, мое очередное затяжное внештатное приключение…

Надолго меня не хватило. Уже через пятнадцать минут я начала пыхтеть и задыхаться — сказывалось отсутствие должной физической подготовки. Курить надо бросать, Касси, и зарядку по утрам делать… Хорошо хоть, додумалась нарядиться павшим — сапоги не промокали, а костюм каким-то образом спасал не только от страшной жары, но и от назойливых мошек. Но лицо и уши они мне все равно покусали безбожно. Ругаясь, на чем свет стоит, я с горем пополам добралась до следующего «островка», где и дала бой вредным тварям. Разумеется, демонстрация моего физического превосходства на них не подействовала, и потому пришлось перейти к более действенным методам.

Злорадно оглядев тучи мошек, я пробормотала:

— Чтоб вы все подохли, сволочи крылатые!

И с ухмылкой посмотрела на мгновенно подохших насекомых. Теперь буду знать, как связываться с павшими воинами! Нас не тронь — сами поубиваем кого надо и не надо. Переведя дух, я смочила припасенной водой зудящее лицо и присела на кочку отдохнуть. Нет, а интересно — откуда взялась эта красная линия? Ведь неестественного же она происхождения — как пить дать. И начинается прямиком от кочки. Может, линия с кочкой как-то связана? Проверим.

Присев на корточки, я осторожно разгребла опутывающую кочку густую тину и слизь. Разгребла и онемела от неожиданности — пустыми глазницами на меня смотрела чья-то врытая по шею в болото голова… На полуистлевшем лице еще сохранялись рваные обрывки кожи, от носа и ушей не осталось ровным счетом ничего, зато на черепе обнаружились остатки длинных грязных волос. По-моему, это — женщина… Меня передернуло от отвращения. И я еще на этом сидела!.. Ненавижу мертвецов!.. Раньше боялась до икоты, а теперь просто — ненавижу! Судьба у меня, что ли, сталкиваться с ними повсюду?.. А голова, словно издеваясь надо мной, хищно скалила в страшной улыбке гнилые зубы, через которые и просачивалась известная красная линия — кровь. Интересно, и чье воспаленное воображение додумалось понаставить по всему болоту такие жуткие маяки?.. Мороз по коже…

Всю мою усталость — как рукой сняло. Озабоченно посмотрев на клонящееся к закату солнце, я с новыми силами двинулась дальше. Еще заночевать на этом импровизированном кладбище не хватало!.. Не то, чтобы я очень боялась — просто хотелось выбраться на свежий воздух. Да-да, именно — на свежий. Потому как здесь до тошноты отчетливо воняло гнилью и тлением. Даже удивительно, как я сразу по запаху ничего не определила — при моем-то богатом опыте общения с разного рода трупами…

Заходящее солнце медленно разрисовывало небосвод красными, оранжевыми и золотыми узорами, а болоту все не было конца и края. Я устала настолько, что едва переставляла ноги, не говоря уже о еле разгибающихся руках, но упрямо перла напролом. Танки грязи не боятся… Может, еще успею… Ну хочу я тут ночевать, не хочу!.. Хочу отдохнуть в нормальном месте, где можно спокойно смыть болотную грязь, поспать без опасного соседства тухлой воды и таинственных трупов, и — где можно поесть! Здесь просто кусок в горло не лезет и тошнит от одного воспоминания о еде. Да и не мудрено — я никогда не отличалась настолько крепкими нервами, чтобы кушать в милом обществе малознакомых покойников…

Поежившись, как от холода, я прорубила последнюю просеку к очередному «островку» и устало опустила руки. Все равно до приличной суши добраться не успею, лишь потеряю в темноте путеводную нить и утопну… Только где тут спать, мне интересно. Воды — по щиколотку, единственное сухое место — вышеозначенная голова…

Подумав, я нашинковала и натаскала осоки с камышом, едва не провалившись в одном месте в трясину, и устроила себе относительно сухую лежанку. Относительно — потому как трава мгновенно намокла, но на влажном спать все равно проще, чем в воде. Хотя, сомневаюсь, что я тут вообще смогу заснуть. Так, отдохнуть немного… Взобравшись на лежанку, я опасливо покосилась на голову и пробормотала:

— Да сгинет навеки в болоте тот, кто осмелится приблизиться ко мне хоть на метр, пока я здесь сплю или бодрствую!

Вокруг меня полыхнул серебристым огнем четко очерченный круг с указанным диаметром. Я удовлетворенно кивнула. Пусть теперь только посмеет кто меня потревожить! Пользоваться магией своего Слова мне пришлось учиться достаточно долго, но Магистр Альвиона все же вдолбила в мою голову одну важную вещь — даже такое своеобразное проклятье можно превратить в полезное заклинение, если умело подобрать форму его воплощения.

Ночь погасила закатные узоры солнца, и болото окутал тяжелый сумрак. Сырой туман вязкими рваными клочьями оседал на зарослях осоки, предельно сокращая видимость. И уже через несколько минут мне начало казаться, что за плотной пеленой тумана нет ни болота, ни мертвых голов, ни мира вообще… Я прикусила губу, подавляя желание заголосить благим матом "Лошадка! Лошадка!". Терпим, Касси, девочка моя, терпим. Всего какую-то одну ночь…

А над едва заметной в тумане головой очередного покойника ярко вспыхнул и расцвел зеленовато-желтый бутон холодного пламени. Это что же значит, здесь клад искать можно? Как там в легендах говорится — блуждающие болотные огоньки заманивают незадачливых путников в самую топь и указывают на местонахождение клада? Тогда, если посмотреть — тут под каждым «островом» сокровища хранятся, а если их все отрыть — разбогатеть можно… Только вряд ли в болоте можно раскопать что-то ценнее старых костей. Я уныло понаблюдала за танцующими лепестками пламени, и устало растянулась на своем колючем ложе.