Аналогичный мир - 2 (СИ) - Зубачева Татьяна Николаевна - Страница 247

Андрей открыл глаза, потянулся под одеялом и откинул его. Сквозь плотные белые шторы комнату заливает белый свет. Значит, даже не утро, а день. Однако дал он храпака. В изножье кровати тёмно-красный, почти бордовый халат, а раньше его не было. Значит, пока спал, заходили, а он и не почувствовал. Возьмём на заметку. Так, и шлёпанцы стоят. Отлично.

Андрей встал, всунул ступни в шлёпанцы, надел халат и, завязывая на ходу пояс, вышел в гостиную.

— Элли!

— Я на кухне, — откликнулась она.

Андрей вошёл в маленькую, очень светлую и уютную кухню, шумно понюхал воздух.

— Запахи…! Обалдеть!

Элии обернулась к нему от плиты, невольно улыбнулась.

— Иди, приведи себя в порядок, и будем есть.

— Завтракать? — уточнил Андрей.

— Нет, — засмеялась Элли. — Уже ленч.

Андрей провёл тыльной стороной ладони по своей щеке.

— Однако… Я мигом, Элли.

Она кивнула.

— Хорошо. У меня будет вот-вот готово, — и уже ему в спину крикнула: — Всё, что нужно, в ванной.

В ванной Андрей, кроме уже привычных мыла и полотенец, обнаружил на полочке у зеркала бритвенный прибор и на табуретке одежду. Трусы, рубашка, брюки, носки, под табуреткой стояли лёгкие полуботинки. Так-так, и что сие означает? Изменение условий содержания…

…Он сидит на кровати, а Элли рядом на стуле, сцепив руки на коленях.

— Элли, мне так и ходить нагишом?

— Ох, он же в любой момент может появиться, увидит…

Глаза Элли наполняются слезами.

— Ну, Элли, не надо. Всё так, ты права, но что-то же надо делать.

— Не знаю, — всхлипывает Элли. — Понимаешь, он, когда приезжает, то заходит и смотрит на тебя, и вообще… он всё сразу видит.

Он кивает, напряжённо думая…

…В конце концов решили так: он будет оставаться в своей спальне, а Элли, как и раньше, будет приносить ему всё необходимое и тут же уносить, но есть и бриться он будет, конечно, сам. А Джимми она скажет, что он начал приходить в себя, но ненадолго, говорит отдельные слова, но бессвязно и сам не понимает, что говорит.

Что ж… Андрей оглядел себя в зеркале, ощупал щёки. Что ж, похоже, это сработало, посмотрим, что дальше будет. Джимми… интересно всё-таки, кто это такой. По рассказу Элли — сволочь первостатейная. Скорее всего, уголовник. Ну, таких мы всяких повидали, посмотрим и на этого.

Он быстро оделся, оглядел ванную: нет, всё в порядке. И пошёл на кухню.

Элли уже накрыла на стол. Два прибора. Салат, отбивная с жареной картошкой, стакан томатного сока, на плите ждёт своего часа кофейник.

— Красота! — искренне восхитился Андрей, садясь к столу.

Элли улыбнулась, устраиваясь напротив.

— Тебе нравится?

— М-м! — говорить Андрей не мог: рот уже набит, и он мимикой изобразил неземное блаженство.

Элли засмеялась.

— Ну, на здоровье.

Когда он доел, она легко встала из-за стола, убрала тарелки и поставила кофейный сервиз.

— Тебе кофе с молоком или чёрный?

— Давай с молоком, — кивнул Андрей.

Элли поставила перед ним чашку с нежно-коричневой ароматной жидкостью и, помедлив, вытащила из кармана фартука листок, положила его рядом с чашкой. Андрей скользнул взглядом по аккуратному списку и поднял глаза на Элли.

— Что это?

— Это? Это список, — она вздохнула, — чему я должна тебя научить.

— Так, — задумчиво кивнул Андрей. — Ну и чему? Прочитай, Элли.

— Ты… ты не умеешь читать? — удивилась Элли.

Андрей, не отвечая, улыбнулся ей, она опять села и стала читать. Андрей слушал, и по его лицу как тень скользила злая улыбка. Прослушав список, кивнул.

— Ясно. Этому научиться можно. Он знает, что ты написала список? — Элли кивнула. — Тогда ладно. Что ещё, Элли?

Она молчала, потупившись.

— Ну же, Элли.

— Он… он велел мне рассказать тебе, как ты здесь очутился. Когда ты спросишь об этом.

— Понятно. Душевная, должно быть, история, да, Элли?

Она вдруг всхлипнула и заплакала, закрыв лицо ладонями. Андрей быстро переставил стул и сел рядом с ней, обнял, положив её голову себе на плечо.

— Ничего, Элли, всё будет в порядке, поверь мне.

Она, всхлипывая, тёрлась лицом о его рубашку.

— Это он привёз одежду?

— Да, — ответила она сквозь всхлипывания. — Только для дома, я же должна приучить тебя к… к цивилизации. А твоё он всё сжёг. Я говорила тебе.

— Всё? — спросил Андрей и почувствовал, как под его рукой вздрогнули её плечи.

Он осторожно взял двумя руками её голову, приподнял и поцеловал в мокрые испуганные глаза.

— Спасибо, Элли.

— Ты… ты…

— Тш-ш-ш, Элли, — он мягко поцеловал её в губы, вернее, на мгновение закрыл своими губами её рот. — Не надо об этом говорить. Ни что это, ни где хранится. О чём не сказано, Элли, того не знаешь. Чего не знаешь, о том не проболтаешься.

Элли невольно улыбнулась: таким ласково-лукавым был его голос.

— А как же ты тогда это найдёшь? — так же лукаво спросила она.

— А я не буду искать, — Андрей снова коснулся губами её губ и встал, подошёл к окну. Стоя сбоку, у косяка, оглядел всё ещё зелёный газон и блестящую от дождя плитку заднего дворика, обернулся к Элли. — Когда я смогу уйти, ты мне сама это отдашь.

— Ты можешь уйти даже сейчас. У меня есть тёплая куртка, она на молнии, понимаешь, не видно, что женская, — заторопилась Элли. — И с обувью что-нибудь придумаем.

— Ты меня гонишь? — с комичным испугом спросил Андрей и тут же стал серьёзным. — Он приедет, а меня нет. Что с тобой будет, Элли?

— Я тоже уеду.

— Куда? Он легко найдёт тебя. Нет, — Андрей говорил спокойно, но Элли чувствовала, что решение принято и менять его он не будет. — Я не могу так рисковать. Пока я не уверен в твоей безопасности, я буду здесь.

— Он… Джимми опасный человек.

— Да. Тем более. Он ведёт игру, Элли. Пока я не поведу её сам, я буду подыгрывать.

— Ты рискуешь проиграть себя, свою жизнь.

— На кону твоя жизнь, Элли, мне это главное.

Андрей оттолкнулся от окна и вернулся к столу.

— Ой-ёй! Кофе остыл, а такой кофе! — он залпом допил свою чашку и восхищённо причмокнул. — Вкуснота! Ну, Элли, давай, учи меня цивилизации. Что надо делать?

Элли засмеялась и встала.

— Я со всем сама справлюсь. Иди отдохни.

— Нет уж, нет уж. Хочу учиться!

И Элли сдалась. Показала ему посудомоечную машину, сушилку, холодильник, шкафы для посуды… Восторги Андрея трогательно смешили её. Убрав кухню, вышли в гостиную.

— А это холл. Гостиная. После обеда разожгу камин, посидим у огня. А хочешь, можно и сейчас.

— Зачем же порядок ломать? Нет уж, давай как обычно.

Андрей оглядывался по сторонам с детским интересом.

— Тебе нравится здесь?

— Красиво.

— Ну, я рада. Здесь я уже всё убрала. Урок на сегодня закончен. Так что сядь, посиди пока.

Андрей кивнул и сел на диван, потрепал гриву лежащего рядом большого льва.

— Какой зверь роскошный!

— Да, — засмеялась Элли. — Я хотела собаку или кошку. И Джимми привёз мне его. Чтобы мне было не так одиноко. Его зовут Лео.

— Подходит, — одобрил Андрей.

— Ещё бы, — улыбалась Элли. — Лео — это же и есть лев. Только на другом языке.

— Да-а?! — удивился Андрей. — Здорово. Запомню, — и лукаво подмигнул ей. — Постараюсь запомнить.

Элли подошла к дивану и села так, что Лео лежал между ними, а их руки, лежащие на его гриве, встречались.

— Да, а как тебя зовут? — он с улыбкой смотрел на неё, и Элли продолжила: — В твоей справке, Джимми её сжёг, там было написано Эндрю Мэроуз, это ведь твоя справка? Да? Ты — Эндрю?

— А как меня Джимми называет? — после недолгой паузы спросил Андрей.

— Джек-Дурак, — вздохнула Элли.

— Джек-Фулл, — задумчиво кивнул Андрей. — Что ж, Фулл — это для него и нам не обязательно, а Джек имя хорошее. Я не против.

— Но… но на самом деле ты…

— Джим знает, что ты прочитала справку? — перебил её Андрей. Она пожала плечами. — Ну вот. Не надо, Элли. Будем соблюдать правила игры. Буду Джеком. И ты не запутаешься, не назовёшь меня при нём по-другому.