Аналогичный мир (СИ) - Зубачева Татьяна Николаевна - Страница 347

Фредди ушёл первым, не оглядываясь. Незачем. Кто из них и как расплачивается с хозяином комнаты и договаривается на пять часов… это их проблема. В разговоре заинтересованы они, им и обеспечивать место для беседы. Так, теперь в «Приму», немного поспать. Джонни пока занят своим. В пять с парнями и вечером как обычно. Ну а ночь… по заведённому порядку. В комендатуру завтра. Джонни здорово рассчитывает на капитана. Ну что ж… Капитан, похоже, не из тех, что виляют и пакостят исподтишка.

Хорошо, когда инструмент подогнан по руке. И вообще… сделан. Сэмми за инструментом совсем не следит. А у Андрея что пила, что топор, что колун… да за что ни возьмись… в порядке. Легко работать. Попилили, покололи, сложили, снова пилим.

— Купила дрова, называется, — ворчал на суковатое бревно Андрей. — Говорил ей. Берёза дорогая, да жаркая, хоть не зазря уродуешься. А тут… И мороки столько, и толку… Как специально суковатых набрала. Да за такую работу…

— Ну и купил бы сам.

— Ни хрена! — шёпотом возмутился Андрей. — Я деньги даю, а остальное — не моя забота, а её печаль.

— Колоть-то тебе приходится, — усмехнулся Эркин.

— Поязви мне тут! Ещё раз такие купит — пусть со стороны нанимает. Но чтоб со своим инструментом приходили.

— Инструмент — великое дело, — согласился Эркин.

— Понял наконец. Ну, ещё три бревна и всё.

— За один заход сделаем.

— Ну не до темноты же возиться.

Они по привычке говорили камерным шёпотом. И зная, что подслушать их невозможно, говорили по-русски. Свободно, практически не затрудняясь в подборе слов.

В сумерках они закончили и уже убирали козлы и инструмент в сарай, когда опять появилась хозяйка Андрея.

— Вам что, приглашение по почте посылать нужно?! Или последние мозги из вас выбило?!

— И чего разоралась? — спокойно спросил Андрей, незаметно подмигивая Эркину.

— А то тебе повылазило, что темно уже?! Я стараюсь, кручусь, а он ещё зубы скалит! Лопать идите сей же секунд, пока сковороду на тебя не вывернула!

— Я крышу в другой раз твоим языком перекрывать буду. Аж в два слоя получится.

— Чтоб ты свой поганый язык откусил и подавился им!

Эркин с трудом сохранял безучастное выражение лица. Под эту перебранку они вымыли руки и сели за стол на террасе. Большая сковородка жареной картошки на деревянном кружке, нарезанный толстыми ломтями хлеб… Они уже ели, когда старуха пришла опять и грохнула на стол чайник и две кружки.

— А заварку заначила? — спросил Андрей с набитым ртом.

— Чтоб тебе на голову, что ты другим желаешь! Лопай и заткнись. У меня не сто рук. Ухаживаешь за ним как за лордом каким, а он пасть свою раззявит и тебя же…

Не прерываясь ни на секунду, она принесла маленький чайник и тарелку с крупно нарезанным пирогом.

— Ишь, выпендрёжник, от кофе нос воротит, чай ему подавай как лорду, а был шпаной и есть шпана…

— А другой и близко к твоей халупе не подойдёт, — Андрей налил себе чаю.

— Да кто б ещё пустил тебя подзаборника… Душно ему на кухне вишь ли, тоже… принц Уэльский! — и она ушла, хлопнув дверью.

— Духота у неё в кухне страшенная, — пояснил Андрей Эркину, засовывая в рот полкуска пирога. — Как потеплело, я стол этот сбил и здесь ем. Говорил ей, давай, дескать, форточку сделаю, не кухня, а душегубка, — и камерным шёпотом: — Газовая камера, ну, газом там травили насмерть, — и опять в полный голос по-английски. — Так нет, холодно ей всё.

— Потому ты ангору и выбрал? — шёпотом спросил Эркин.

Андрей, покраснев, кивнул.

— Понравилось ей?

— Нну! Вон, — Андрей ухмыльнулся. — Пирог спекла. Ладно. Завтра в Цветной с утра?

— С самого ранья не стоит. Дрыхнут ещё все. Давай как на День Матери.

— Дело, — кивнул Андрей.

Пока ели, стало совсем темно. Эркин встал из-за стола, застегнул куртку. И совсем тихо, так что Андрей еле расслышал, сказал:

— Мои тоже понравились. И шаль, и баульчик.

Андрей молча мягко хлопнул его по плечу.

— Ну, бывай.

— До завтра, — кивнул Андрей. — Бывай.

Когда без трёх минут пять Фредди и Джонатан подошли к условленному месту, их встретил трёхкровка, поздоровался кивком и провёл в ту же комнату. Негр и мулат были уже там.

Джонатан остался верен себе и начал с представления:

— Джонатан Бредли, лендлорд.

И Фредди невольно про себя восхитился тому, насколько естественно, без натуги было сказано. И ответ парней поразил его такой же естественностью, этим умением мгновенно подстраиваться под собеседника:

— Роберт Слайдер.

— Метьюз Слайдер.

— Найджел Слайдер.

Они представились по старшинству, и негр по праву старшего повёл разговор:

— Добрый вечер, сэр. Благодарим за честь, оказанную нам вашим согласием на беседу.

«И куда ты, ковбой, к лордам лезешь?» — сказал себе Фредди, усаживаясь рядом с Джонатаном. Взгляд Джонатана заставил его представиться полностью:

— Фредерик Трейси.

— Я слушаю вас, — благожелательно улыбнулся Джонатан.

— Сэр, вам наверное известно, что мы, трое, хотим начать своё дело. Массажное заведение. Мы все умеем это. Нам нужна ссуда и некоторая организационная помощь.

Сохраняя на лице вежливо-внимательное выражение, Джонатан под столом восторженно подтолкнул Фредди и получил такой же незаметный ответный пинок, а негр продолжал:

— Мы позволили себе обратиться к вам за помощью, потому что знаем о вашей добросовестности и надёжности в делах. И мы рассчитываем на вашу помощь и добрые советы. Со своей стороны мы обещаем, что вся ссуда будет вам выплачена в разумные сроки и с определённой нашим договором прибылью.

Если речь и была срепетирована и придумана совместно, то говорилась она с такой естественной непринуждённостью, будто парень всю свою жизнь вёл подобные переговоры. Впечатление, правда, несколько портили выступившие на лбу капли пота.

— Благодарю за столь лестный отзыв, — начал ответную речь Джонатан. — Но представляете ли вы размеры ссуды и всю сложность организационного периода? Я верю, что вы хорошие массажисты, но собственное дело требует от человека полной самоотдачи. Существуют различные места, где требуются массажисты, это спортивные центры и клубы, госпитали… Работа массажиста хорошо оплачивается. Вы можете зарабатывать большие деньги, не связываясь со всеми проблемами самостоятельного дела.

Негр вежливо кивнул. Мулат и трёхкровка сидели рядом, не вмешиваясь, но слушая очень внимательно, и явно готовые в любой момент прийти на помощь своему старшему… судя по общей фамилии, брату.

— Да, сэр, вы, разумеется, правы.

Негр смотрел прямо в глаза, не опуская ресниц, длинных и пушистых как… как у остальных, как у Эркина — успел подумать Джонатан.

— Мы обсуждали этот… эту возможность. Но, сэр, мы хотим работать не на кого-то, а на себя. Мы не хотим зависеть от хозяина… от нанимателя, от его желаний и его соображений. Мы потому и обратились к вам, что сознаём всю сложность задуманного дела.

— Я должен быть уверен, что вы не бросите дело на полдороге, что я получу обратно свои деньги. И прибыль.

— Вы можете быть уверены, сэр, — негр позволил себе еле заметно улыбнуться. — Мы привыкли любое дело доводить до конца.

Все улыбнулись, показывая, что поняли тактично намеченную шутку.

— Хорошо, — кивнул Джонатан. — Уверены ли вы, что дело будет доходно, что у вас будут клиенты?

— Сэр, те, кому мы делали массаж, остались довольны, — вступил в разговор мулат. — И хотели повторения.

— У вас уже были… клиенты? — удивился Джонатан.

— Да, сэр, — мулат взглядом спросил разрешения у негра и, когда тот кивнул, продолжил: — Это наш старший ковбой. Он очень… страдал. От радикулита. Потому и пил. Мы как-то сделали ему массаж. Ему помогло, сэр.

— И он бросил пить? — улыбнулся Джонатан.

— Нет, сэр, — не выдержал трёхкровка. — Теперь он пил от радости, что ничего не болит.

Фредди с удовольствием расхохотался. Засмеялись и остальные.

— Если массажем можно снимать радикулит, — стал серьёзным Фредди, — то вы правы, клиентура у вас будет. Все ковбои ваши.