Аналогичный мир (СИ) - Зубачева Татьяна Николаевна - Страница 312

— Может, и вспомню, — не стал спорить Андрей. — А не вспомню, так и без этого проживу.

— Это ты зря, — покачал головой Фредди. — Чем больше человек знает, тем ему же лучше. Из Аризоны когда рвать пришлось, я и чухнулся. Ковбои не нужны, а я ни хрена больше не умею. Вот когда крутиться пришлось. И работали, и зарабатывали, и учились.

— И чему?

— А всему! На электрика, на шофёра, на строителя… Джонни в колледже, я работаю. Я сел, Джонни работает. И на курсах всяких. Плотник, слесарь, бетонщик…

— До конца ты только на шофёрских дошёл, — улыбнулся Джонатан.

— Спокойный год выдался, — кивнул Фредди. — И машину знать надо было.

— Слушай, Фредди, — вдруг встрепенулся Андрей. — Это ж как тебя в армию не загребли?

Джонатан и Фредди переглянулись.

— Деньги многое могут, — с лёгкой насмешкой сказал Фредди.

— А это далеко не самое сложное и дорогое, — улыбнулся воспоминанию Джонатан.

— Такие бы курсы хорошо, — задумчиво сказал Эркин. — На подёнщине долго не продержимся. Но там грамота нужна, а я…

— Но сейчас-то тебе учиться можно.

— А что, Фредди, ты слышал, чтоб где школа для цветных, ну, таких, как я, для взрослых уже, была? В Джексонвилле на весь Цветной одна школа для мелюзги. И то… на неё поглядеть страшно.

— Ну, читать-то Эндрю умеет, мог бы и тебя научить.

— Из меня учитель… — хмыкнул Андрей.

— Что сам знаешь, тому и научить можешь, — возразил Эркин.

— Да-а? — у Андрея хитро заблестели глаза. — А ты меня тогда приёмам научишь?

— Больше тебе учиться нечему? — сразу ответил Эркин. — Остальное ты всё знаешь, так? — и уже серьёзно: — Чему-то могу научить, а чему-то нет. Для этого с тобой надо сделать, что со мной сделали. Хочешь такого?

— Ты что?!

— Ну и не бухти тогда, — Эркин сердито посмотрел на Андрея. — Обойдёшься.

— Придётся, — комично вздохнул Андрей, разряжая обстановку.

Все рассмеялись.

— Доедайте овощи, парни. Понравились?

— Да, сэр.

— Одно вкусней другого.

— Да, Джонни. Дюпон постарался.

— Что?! — изумились парни. — А при чём тут Дюпон?

— Весь ужин я заказывал у Дюпона, — улыбнулся Джонатан. — Но хотелось посидеть так, чтобы нам никто не мешал. Поэтому собрались здесь.

— Чтоб вы смокинги не искали, — пояснил Фредди.

Парни дружно засмеялись.

— И это у Дюпона каждый вечер так едят? — уточнил Андрей.

— Нет, — рассмеялся Джонатан. — Не каждый. Даже король ужинает по-королевски не каждый вечер.

— Слишком дорого, — понимающе кивнул Эркин.

— Не только. Королевский ужин — это не только еда, сервировка, вина… Это всё вместе и ещё что-то.

Эркин кивнул:

— Я понял, сэр.

Джонатан встал, лёгким взмахом головы отказавшись от чьей-либо помощи, и снова поменял посуду. В стороне у стены был стол, куда Джонатан переставлял грязную посуду, а рядом ещё один со стопками чистых тарелок, закрытыми блюдами, судками, кастрюльками…

— А теперь мясное. Горячее. Главное блюдо ужина.

Большое серебряное блюдо под серебряной крышкой было горячим. И когда Джонатан снял крышку, их обдало горячим и таким ароматным паром, что Андрей не выдержал и выругался настолько восхищённо и забористо, что Фредди рассмеялся:

— Ну, ты и мастер. Здесь тебе точно учиться уже нечему.

Улыбнулся и Джонатан, раскладывая содержимое блюда по тарелкам. Убрал опустевшее блюдо и поставил второе.

— Это перепёлки, парни. А это к ним гарнир. Овощи и соус. Это себе сами кладите. Едят перепёлок руками.

— Уже легче, — пробормотал Фредди. — Держим за эти браслетики, что ли?

— Совершенно верно. И к ним красное вино. Мюзини и Бордо. Вот эти бутылки. Сейчас всем налью. Вот так.

Джонатан быстро оглядел стол и сел на своё место. И наступила тишина. Благоговейное молчание. Потому что это было… необыкновенно. И говорить — это отвлекаться от еды, а не оторваться — так вкусно. Да и страшно закапать горячим жиром рубашку и скатерть. Хотя парни, по примеру Джонатана и Фредди, ещё в самом начале положили себе на колени салфетки, но и тех жалко. Белая узорчатая ткань такая красивая.

— Я даже не думал, что такое бывает, — наконец выдохнул Эркин.

Фредди кивнул, собирая ломтиком хлеба соус.

— Я тоже. Похоже, готовил сам Дюпон.

— Да. Из уважения к заказу.

— И заказчику?

— Возможно, — улыбнулся Джонатан.

Здесь предлагать доесть было незачем. Блюдо гарнира очистили полностью.

— Ну вот, — Джонатан, улыбаясь, оглядывал стол и сотрапезников. — Хорошо?

— Очень хорошо, сэр, — улыбнулся Эркин. — Это птица такая, перепёлка, да, сэр?

— Да.

— Курицу ел, — улыбался Фредди, — индейку, утку, гуся, даже голубя, но такое… Перепёлки, они же дикие, Джонни, или их разводят?

— Дикие. Поэтому в меню не птица, а дичь.

— Понятно, почему Дюпону неделя понадобилась. Здесь такого не купишь, негде.

— Это были его проблемы, Фредди, — засмеялся Джонатан. — Но он постарался.

— Заметно, — кивнул с улыбкой Фредди. — Теперь я верю, что французская кухня лучшая в мире.

— У каждой страны, каждого народа, — Джонатан пустился в объяснения, заметив недоумение парней, — своя кухня. Ну, блюда, способ приготовления… Сегодня у нас французская кухня.

— Очень вкусно, сэр, — кивнул Эркин. — А… русская кухня какая, сэр?

— Никогда не пробовал. Из русской кухни знаю икру и водку. А что там ещё есть? Не знаю. Жизнь велика, парни, всё узнаем, всего попробуем. Теперь-то…

— На свободе, — продолжил за него Фредди.

— Но вы же были свободными, сэр, — вырвалось у Эркина.

— Как тебе сказать. И да, и нет. Формально да. А по сути… Зависимость… это же не свобода, так?

Эркин кивнул, но возразил:

— Но вас же не продавали, сэр.

— С торгов? Нет. Но, — Джонатан усмехнулся. — Но вот, скажем, приезжаю я к одной… Перепёлочке. И она мне говорит, что я теперь буду работать на… Помнишь Даунти, Фредди?

— Эту сволочь забыть трудно.

— Это ещё мягко сказано. И вот я должен выполнять все приказы этого Даунти, работать на него. Почему я? Почему на него? Надолго ли это? Вопросов задавать не положено. Тебе это ничего не напоминает, Эркин?

— Напоминает, — кивнул Эркин. — Я не думал, что у белых так… похоже.

— Это когда ты на Даунти работал?

— Когда ты на курорте прохлаждался, — невесело усмехнулся Джонатан.

— Вот, значит, через кого ты на Крысу вышел, — Фредди покрутил головой. — Хлебнул ты…

— По горло. Но Даунти выхода на Крысу не имел. Через него я тебе место выбил и стал собирать деньги. И уж через заказчиков вышел на этот канал. Вот, кстати, Эркин, насчёт продавали или не продавали. Про Уорринг слышал?

— Да, сэр.

— Так комендант Уорринга, Ротбус, его ещё Крысой звали, вовсю торговал заключёнными.

— Из Уорринга либо в лагерь, либо в землю, — усмехнулся Андрей.

— Да. Но был и третий путь. Выкуп. Держал его Крыса. А оформлялось это как смерть. Умер, и всё.

— По-нят-но, — в растяжку сказал Андрей. — Но я про это даже не слышал.

— А об этом, Эндрю, только выкупленные и знали. Ну, и молчали, конечно. И если что… ну, живыми их не брали. Крыса не хотел рисковать, а с ним связываться тоже не рисковали.

— А так, Эндрю, из Уорринга много встречал?

— Не очень. Они как не в себе были, и их быстро на финиш отправляли. Финишный этап на небо.

— Понятно. Выкупленные тоже быстро с круга сходили. Либо их кончат, либо сами… — Фредди усмехнулся. — Что-то у нас разговор невесёлый пошёл.

— Раз по краю Оврага прошли и не упали, значит, весёлый, — возразил Эркин.

— Эт-то ты точно сказал, — Фредди будто заново оглядел его. — Это ты молодец.

— А у тебя свобода с чего началась? — спросил вдруг Андрей.

Эркин улыбнулся.

— У меня? Смешно как-то. Нам когда свободу в имении, да, вы знаете, как это делалось?

— Нет, — покачал головой Джонатан. — Мы тогда старались подальше держаться. А болтали потом разное.