Эмпирия. Неправильная сторона (СИ) - Филон Елена "Helena_fi" - Страница 75

Я медленно поднялась на ноги, мотая головой.

— Вы больные…

— Они назвали тело Сосудом, это был настоящий прорыв, оно было абсолютно идентично человеческому, самое настоящее тело, живое, но лишённое разума. Это изобретение было настоящей бомбой, Совет решил, что наконец-таки сможет переместить свою армию на Землю и предотвратить исчезновение нашей расы таким образом. Но после первых экспериментов всё пошло под откос. Да, Сосуд был точной копией человеческого тела, даже внешность была идентична внешности Артелианца, чей разум в него временно пересаживали, но всё на что они могли рассчитывать — это три дня. Три дня, затем Сосуд умирал.

Дерек провёл ладонью по лицу, приводя себя в чувства и взглянул на ошарашенную меня.

— Насколько мне известно, их эксперименты продолжаются до сих пор, но больше трёх дней Сосуд не выдерживает и его разум возвращается в Артелию — в настоящее тело. Они называют это Эмпирия — человеческий опыт, максимальная адаптация Сосуда к человеческой сущности и наблюдение за ним в естественных условиях. Это всё что я знаю про Сосуды.

Сейчас мне стало по-настоящему дурно. Я чувствовала, как предательски дрожат коленки, собирающееся вот-вот согнуться пополам. От отвращения к услышанному к горлу подступал очередной приступ рвоты. Но мне удалось произнести:

— То есть… ты… Сосуд?

Дерек не отвечал, просто молча наблюдал за тем, что происходит со мной. Я была почти уверена, что он раздумывает над тем не подхватить ли меня, прежде чем я рухну на пол, но этому не бывать. Он больше никогда не прикоснётся ко мне!

Кажется, он прочитал это моему лицу и спешно отвернулся.

— Я не знаю почему до сих пор здесь, — прохрипел он, обессиленным голосом. — Три дня давно прошли, и я должен был уже вернуться. Я должен был вернуться, ещё до того, как встретил тебя. Не знаю на что я рассчитывал… Возможно это из-за нарушения баланса между мирами, из-за того, что материя между ними рвётся, возможно поэтому Сосуд стал лучше адаптироваться, не знаю… Если бы они сейчас знали, что моя Эмпирия превзошла все их труды я бы на веки вечные стал их подопытным кроликом. Хотя… если слияние всё же завершиться, в Сосудах вообще пропадёт всяческая необходимость.

— Но почему же! Я уверена, что во вселенной ещё достаточно миров, которыми можно поживиться, не бросать же такие труды насмарку!

Не знаю сколько времени длилось наше молчание. Я была уничтожена, растоптана и опустошена. Всё что я услышала, просто отказывало усваиваться в голове! Мне хотелось плакать, хотелось кричать и накинуться на Дерека с кулаками. Но в тоже время я чувствовала дикое отвращение к нему, за то, что он сделал, за то, что не сказал правду, за то, что он… не настоящий? И поэтому я даже смотреть на него не могла.

Дерек первым нарушил молчание:

— Прости, что не сказал тебе правду ещё тогда, в лесу. Я сожалею об этом, даже не смотря на то, какими бы были последствия. Сейчас, когда я рассказал тебе об это спустя столько времени, стало только хуже.

— Нет, так лучше, — неожиданно ровно произнесла я. — Теперь я точно разобралась в своих чувствах и знаю, что тебе нельзя доверять, никогда нельзя было. Сейчас я проклинаю тот день, когда мы с тобой встретились… Если бы не ты, я бы не убила тех, кого не хотела убивать. Если бы не ты, я бы позволила себе быть слабой и просто исчезла бы с лица земли. Я бы сдалась и сейчас бы ничего не чувствовала. И так действительно было бы лучше.

И подобрав Киккаре я быстро зашагала прочь, желая поскорее скрыться в тёмном коридоре. Предательские слёзы сильнейшим напором вырвались из глаз, а сердце было разбито на миллионы осколков. И хоть у меня осталась ещё куча вопросов: про игру, про Артелию, про Совет, про Киккаре, больше я ни в чём не стану разбираться, больше не заговорю с ним. Он Артелианец, враг, это точка.

Я зашла в не большую комнату с круглым столом по центру, где выжившие хранили пищевые запасы и обедали. На столе горела свеча, а рядом с ней был Кит. Он сидел за столом, на одном из деревянных стульев с высокой спинкой и откупоривал бутылку с вином.

Я беззвучно села напротив и поставила перед ним ещё один стакан.

— Тяжёлая ночка? — взглянул он на меня исподлобья.

— Лучшая за всю мою жизнь, — прохрипела я осипшим голосом и осушила стакан залпом, пытаясь задушить вновь накатывающие слёзы.

— Ты плохо выглядишь, — отречено заметила я.

— Думаешь, ты лучше? — выдавил смешок Кит. — Постарела на лет десять, не меньше. Меня так долго не было? Может ты уже и замуж выйти успела?

Мне хотелось улыбнуться, я даже попыталась себя заставить, но это было бесполезно.

В голове промелькнула мысль — а не рассказать ли обо всём Киту? Ведь именно он говорил, что Дерек не тот, кем кажется. И даже если он тут же помчится стрелять ему в лоб, настоящее тело Дерека всё равно не умрёт. Только вот я не уверена, что разум не пострадает, вдруг он останется калекой? Стоп, но не всё ли мне равно? Я знаю, что он многое для меня сделал, но это не снимает с него вины за то, что когда-то он, вместе с Советом, разрабатывал план об истреблении человечества. За это я его никогда не прощу!

И всё же Киту я ничего не сказала.

— Почему ты не послушалась? — прерывал он мои размышления, наливая себе второй стакан и я тут же подставила свой.

— А я и не говорила, что буду слушаться.

— Я ведь ясно дал понять, чтобы ты не пыталась меня спасти, — Кит стрельнул в меня глазами-прожекторами.

— И что теперь, дашь мне под дых?

Кит не смог сдержать ухмылки.

— Из-за тебя, крошка, я обзавёлся крупным должком перед твоим красавчиком.

К горлу подступил ком, я быстра запила его новой порцией вина. Неужели Дерек настолько чувствует себя виноватым перед человечеством, что согласился спасти даже ненавистного ему Кита? Он ведь не обязан был этого делать ради какого-то там человечешки. Или он сделал это потому что я попросила?..

— Как он? Слышал у него теперь что-то с руками, — безо всякой иронии произнёс Кит.

— Спроси у него об этом сам.

— Ого-о-о… — Кит вытянулся на спинке стула, — наши голубки поссорились?

В голову ударило вино и щёки запылали, но тепло разливающееся внутри было приятным. И это было тем, что нужно, чтобы забыться.

— Грустно это признавать, — усмехнулся Кит, громко отсербнув из стакана. — Но и тебе я теперь тоже должен.

— Ничего ты мне не должен.

— Должен… как минимум сказать спасибо, хотя это слово редко используется в моём лексиконе, но всё же…

— Не напрягайся, — хмыкнула я, вливая в горло капли со дна стакана. — Считай, ты это сделал.

— Малия сказала, что это ты уговорила придурка спасти меня.

— Тогда может стоит прекратить называть его придурком?

— Ну это же чисто между нами, — рассмеялся Кит, подмигнув мне. Судя по всему, это не первая его бутылка. — Я думал очнусь и увижу перед собой что-нибудь жуткое и противное, или вообще ничего не увижу, или вообще не очнусь, — он не весело усмехнулся, — но нет, всё оказалось просто шикарно! Даже чувак, выбравший гранатомёты и в последствии разорванный на куски, сразу же вылетел из головы, представляешь? Тут еда, тепло, выпивка! Осталось только захомутать какую-нибудь красотку. Спокойно. К тебе это не относится.

Я вновь подставила свой стакан под струю льющегося вина.

— Может тебе хватит? — приподнял одну бровь Кит.

— Если не напьюсь — не усну. — И я залпом осушила третий стакан. — Кстати, как тебе новые правила?

— О-о-о… довольно занимательные!

— И что ты думаешь с этим делать?

Кит пожал плечами.

— А что тут можно сделать? Придётся слушаться этих озабоченных любителей пожёстче, хотя одному мне было гораздо удобнее. Кстати, уже кто-нибудь изъявил желание быть напарником великолепной мисс Катаны?

— Да, часа полтора назад, когда Воган показывал нам спальные места, — неохотно рассказала я. Даже Дерек об этом не знал. — Скитс спросил желаю ли я быть напарниками с Хивером номер 231?