Эмпирия. Неправильная сторона (СИ) - Филон Елена "Helena_fi" - Страница 58

— Потрясно, — я попыталась изобразить восхищение.

— Я знал, что тебе оно понравится, — мило улыбнулся профессор, — знаешь, Лин, я даже хочу познакомить тебя с ним поближе.

Мои брови нахмурились. В каком смысле?

— О, нет, спасибо профессор, — я замахала руками, всё ещё стараясь вежливо улыбаться, — вы уже итак очень много рассказали…

— Нет-нет, ты не так поняла, — перебил он, — я не хочу рассказывать, я хочу показать!

Кто-нибудь, немедленно ущипните меня, ибо у меня галлюцинации! Только что профессор махнул в сторону дерева и то пошевелилось! Ветра в оранжерее не было и быть не могло — мы на арене, в вакууме, — но дерево шевелилось, я видела это собственными глазами! Его ветви медленно расползались в стороны, приподнимались с земли и устремлялись вверх.

— Профессор! — позвала я, чувствуя неладное, но он не отвечал, он махал руками, как дирижёр, и ветви дерева ему подчинялись.

Мне это совсем не нравилось. Мозг забился в лихорадке, пытаясь понять — как такое возможно?!

Надо было меньше думать и больше бежать, потому что я и опомниться не успела, как ветви дерева с сумасшедшей скоростью ринулись на меня. Я успела сделать только шаг, как могучие ветки скрючились и с силой обвили меня вокруг талии. В ушах засвистел ветер, меня несло к самому потолку, ещё чуть-чуть и моя голова пробьёт стекло.

И тут, ветки резко потянули меня вниз. Сердце упало в пятки, как на американских горках, только сейчас это далеко не аттракцион! Я пронзительно закричала и наконец оказалась на земле. Тело от шеи и до самых лодыжек находилось в крепких тисках могучего дерева, они так сильно сжимали меня, что становилось трудно дышать. В нескольких метрах стоял профессор и, махая руками, руководил процессом. Вот он опустил руки и дерево замерло.

— Я… я не могу дышать, — смогла сказать я, жадно глотая ртом воздух, который с болью поступал в лёгкие.

— О, прости, — профессор сделал взмах рукой — ветки немного разошлись и дышать стало легче.

Безобидный значит? Вот что натворил этот безобидный профессор пока я стояла и мух ловила, уверенная в том, что этот человек вообще ни на что плохое не способен.

— Мне жаль, что приходится поступать с тобой таким образом, Лин Фейн, — заговорил профессор, трепетным голоском, — но таковы правила игры, к сожалению, сегодня тебе не повезло.

Он залез в карман белоснежного халата и выудил оттуда такой же перочинный ножик, как у меня, только свой я выронила, когда взлетала в воздух.

— И что теперь, пережжете мне горло?

Профессор будто ослышался, он удивлённо взглянул на ножик в руках и рассмеялся.

— Ох, нет, что ты, я же маньяк какой-нибудь! Всё будет исключительно гуманно, не стоит волноваться!

Не стоит волноваться? Правда, что ли? Человек, который собирается меня убить, просит не волноваться и ещё гуманистом себя называет? И что мне теперь делать? Просить его пощадить меня? Ну да, а как же, это тоже самое, что в прямую попросить его умереть за студентку, которую он даже не помнит!

— Как вы это сделали? — жестко спросила я. — Это желание, да?

Профессор слегка вздёрнул брови.

— Верно. Я могу управлять любым видом растения, что есть на территории дуэли. Куст это, дерево, трава или цветок, не важно, любое в моих руках становится живой марионеткой.

С каждой дуэлью желания противников становятся всё более непредсказуемыми, а я всё более глупа и доверчива. Боже, как же стыдно за свою наивность. Я просто дура!

Профессор сорвал с соседнего дерева листок, напоминающий блюдце с углублением. Затем присел возле невероятно красивого кустарника с множеством пышных подвесных цветов розового цвета, они напоминали колокольчики размером с ладонь.

— Знаешь, что это за растение? — спросил он, доставая из другого кармана марлевую повязку и резиновые перчатки. — Это Бругмансия, а благодаря своим прекрасным цветам, она получила второе название — Труба ангела. Потрясающее, правда? Это растение разводят в декоративных целях, а во многих странах, его даже используют, как целебное из-за своих невероятных свойств, но мало кто знает, насколько оно ещё и опасно.

Тело пробила дрожь, вот сейчас мне стало по-настоящему страшно. Умереть от яда неизвестного растения? Только не это, пожалуйста, я довольно неплохо знаю биологию, поэтому для меня не секрет, что одна из наиболее мучительных смертей наступает от яда.

Профессор аккуратно срезал ножиком головку прекрасного цветка и положил на ранее сорванный листок, затем сорвал ещё несколько «колокольчиков», сложил один на одного и принялся разминать их тыльной стороной ножа, выдавливая сок.

— Несмотря на всю красоту, Бругмансия действительно опасна, — будничным тоном, вещал профессор. — Все части растения ядовиты, включая семена, листья и цветы. Так, что суть «Трубы ангела» вовсе не соответствует ее названию. Алкалоиды, содержащиеся в Бругмансии могут вызвать паралич гладкой мышцы, спутанность сознания, тахикардию, сухость во рту, головные боли, зрительные и слуховые галлюцинации, расширение зрачков, и если превысить дозу, у человека случится летальный исход.

— И вы собираетесь дать это мне?! — закричала я, теперь меня не только трясло, теперь у меня наступала паника! — И это вы зовёте гуманным?! Вы хуже всех маньяков вместе взятых, лучше просто перережьте мне горло!

— О, Лин, не беспокойся, всё не так страшно, как я сказал, — лепетал профессор, тщательно растирая цветы. — Я дам тебе большую дозу, большинства из перечисленных мною признаков может и не быть.

— И вы так спокойно об этом говорите?! — закричала я, тщетно пытаясь вырваться из сжимающих меня оков Железного дерева. — Вы сами делаете эту чёртову игру ещё более жестокой! Вам это всё нравится, да?!

— Игра? — уклончиво переспросил профессор. — Да-а-а… Я нахожу её весьма занимательной, те, кто её придумали — люди с очень выдающимися умственными способностями, рано, или поздно, это бы произошло.

— Что произошло?! — кричала я, тело уже всё болело от бесконечных попыток освободиться. — Истребление человечества? Массовые убийства? Вы этому рады?!

— Как же ты не понимаешь, девочка? — И он удостоил меня короткого строгого взгляда. — Это всё — естественный отбор.

Я замерла.

Отбор? Он опять говорит про этот долбанный отбор?!

— Мне хватило ваших идиотских лекций! — завопила я. — Избавьте меня от этого хотя бы сейчас!

— Но это же правда, — удивился профессор. — Нас отбирают. Эта игра рассчитана на то, чтобы выявить людей, наиболее достойных, наиболее приспособленных.

— Эта игра! Просто дьявольская игра! На нас делают ставки!

— Нет, ты ошибаешься. Эта игра не рассчитана на выявление людей с повышенной физической силой, она рассчитана на гораздо большее. Нам ведь понятно объяснили, что победителей может быть много, соответственно те, кто пройдут игру и будут теми, кто пройдёт отбор. Игра определит, кто из бесчисленного количество бестолковых людей самый ловкий, самый сообразительный, самый смелый, самый хитрый, самый предусмотрительным или даже просто самый везучий!

Мои брови резко сдвинулись. Сердце застучало где-то в горле. Не может быть… Пусть профессор и не знает, что за всем этим вообще стоит другой мир, но сейчас я не могу не согласится. Чёрт возьми, он прав.

В игре не победит лишь тот, чья физическая сила окажется больше, победить могут абсолютно разные люди, для этого нам и были даны желания — чтобы проявить себя. Так что же, это на самом деле, такого вида естественный отбор? Отбор тех, кто сможет начать новую жизнь в Артелии? Безумство… Мне, конечно, хотелось подумать об этом побольше, но сейчас у меня была гораздо более важная задача, мне нужно как можно быстрее освободится из лап Железного дерева, потому что я очень, ну просто очень-очень, не хочу пробовать этот смертоносный яд на вкус.

Профессор отрезал ножиком ещё несколько больших цветков и размял, как предыдущие и я с ужасом заметила, как на зелёном листке заблестели капли полученного зелья.