Американский ниндзя 1-2 - Холланд Майк - Страница 95

В этот миг стоящий вверху инспектор Син снова приоткрыл рот: при виде падающих на пол мертвецов все теоретические выкладки насчет искусственных людей вылетали из его головы, сменяясь желанием немедленно прекратить побоище и всех арестовать.

Совсем иначе смотрели на Джо Алишия и профессор Сэнбон. Лев нарочно привел их сюда и время от времени поглядывал в их сторону, наблюдая за реакцией и прикидывая, насколько серьезно девушка увлечена американским ниндзя и можно ли использовать ее чувства в своих целях. Впрочем, «болельщик» в Дерреке побеждал, и ему все сложнее было отвлекаться от разворачивающегося внизу побоища.

Не бездельничали и пехотинцы.

Эдди, которому не достался меч, сделал хук, целясь в черную полумаску. Голова ниндзя развернулась так резко и сильно, что можно было заподозрить повреждение шейных позвонков, после чего еще одним телом, валяющимся под ногами, стало больше. Второй ниндзя получил удар коленом, затем Эдди повернулся к третьему…

Пехотинец в белой майке, видно, немного владел карате — краем глаза Джо смог заметить, как он весьма умело ударил нападавшего на него ниндзя, затем скрестил меч с другим — и оттолкнул своего врага, нацелившегося было на «чистое» фехтование, ногой,

Лев следил за дракой с высокомерной улыбкой, но отвлекаться от нее перестал вообще, и внимательный наблюдатель смог бы распознать на его лице признаки азарта.

Тем временем один из ниндзя, занеся меч, ринулся на Джо. Американский ниндзя отпрыгнул в сторону, поворачиваясь боком к бегущему и выставляя вперед меч. Нечто подобное совсем недавно проделывал Кэмоно, и Дерреку доставляло удовольствие сравнивать их, заранее предчувствуя, что и его настоящий ниндзя рано или поздно станет драться с Джо. Болельщики всегда любят загадывать наперед, вот он и примечал для себя, в чем будет сильнее американец, а в чем — его наемник. Но Лев так и не определил для себя ничего существенного, кроме того, что оба они умели использовать чужие ошибки, как и было положено мастерам высокого класса, а сами их не совершали…

«Только бы он смог защититься, — тихо молилась про себя Алишия. — Или лучше пусть будет по-другому: лишь бы он остался жив, а из плена можно как-то вырваться… Как бы ему это передать? Если бой затянется, Лев может разозлиться и тогда…»

А бой затягивался…

Пехотинец в белой майке замахнулся мечом и ударил, натыкаясь на блок; Джо тоже нанес удар своему противнику, тут же развернулся, отбивая нацеленный на него меч, огляделся: в нескольких шагах еще один ниндзя крутил в руках цепь, намереваясь набросить ее на Джо.

Резкий выпад позволил Джо рассечь звенья цепи; звякнув, она повисла обрывками, почти потерявшими всю ценность для боя. Но даже в таком виде использовать их ниндзя не пришлось — следующим ударом Джо вогнал острие ниндзя-то ему в живот.

Та же участь постигла и одного из ниндзя, наседавшего на пехотинца в белой майке: отшвырнув ногой одного, он смог обойти защиту, и его противник рухнул на арену. В ту же секунду третий ниндзя настиг его со спины — пехотинец взмахнул в воздухе руками, теряя меч, и упал навзничь…

Драться становилось все труднее: уже не было свободных пространств, удобных для уходов и прыжков. Ниндзя и пехотинцы столпились у центра арены, и шагу нельзя было ступить, чтобы не наткнуться на кого-нибудь: только чудом Джо все еще не задел никого из своих — почти любое движущееся рядом пятно воспринималось им как очередной враг. Разве что белые и пестрые рубашки, футболки и майки, слишком непохожие на черные костюмы, защищали пехотинцев от живой разбушевавшейся стихии, от мечущейся по залу молнии, имя которой было Джо.

Другой пехотинец, также одетый в белую рубашку, но отличающийся от первого пестрыми пляжными шортами, ухитрился повалить одного из ниндзя на пол и молотил его по лицу, пока тот не обмяк и не прекратил сопротивление. Почти сразу же рядом рухнул еще один ниндзя — отступая назад от ударов Джо, он случайно наткнулся на вытянувшиеся вдоль пола ноги. Пехотинец в пляжных шортах метнулся к нему, занося кулак, но ткнулся носом в покрытие сам — третий ниндзя прыгнул на него сверху.

И все же никто не мог сравняться с Джо: черные тела так и падали в местах его проходов, меч мелькал серебряным кругом, словно пропеллер… Какой-то ниндзя замахнулся на него, Джо поймал его руку за запястье и мгновенно прикончил, заставив напороться на собственный меч. Ему не понадобилось даже применять силу: ниндзя, по сути, все сделал сам.

Алишия только тихо вскрикивала. Уже и она не могла смотреть на побоище молча, да и сам Деррек стоял, широко открыв глаза, забыв обо всех прежних своих мыслях и планах.

— Да он не человек, Лео… — прошептал губернатор, и Лев был полностью с ним согласен.

Теперь его охватила тревога: не любоваться красотой работы Джо хотелось ему, а заставить его прекратить бой как можно скорее, уничтожить, остановить любой ценой. Мастерство Джо пугало Деррека, в каждом новом его движении он улавливал опасность для себя. И все же он не мог оторваться от того, что делалось на арене, даже с той целью, чтобы приказать Кэмоно уничтожить, наконец, своего врага. Быть может, с похожим чувством люди заглядывают в распростершуюся внизу пропасть, в которую можно сорваться в любой момент, но которую хочется видеть и видеть, возможно, как раз потому, что в нее можно сорваться…

А Джо все кружил и кружил по арене, сея вокруг себя смерть.

Капитан Вудворт знаком приказал пехотинцам остановиться. Перед ними, за относительно невысокой сетчатой оградой с колючей проволокой наверху, виднелись приземистые, похожие на бомбоубежища здания, перед которыми выхаживали черные фигуры с торчащими из-за плечей мечами. Они были невероятно анахроничны, мечи не сочетались с бетонными коробчатыми глыбами, все выглядело раздражающе неправильным и почти бредовым — и в то же время бред получался кошмарным. Словно само Зло свило здесь свое гнездо, протягивая щупальца во все времена сразу — и в двадцатый век, век, безусловно, принадлежавший жесткому европейскому стилю жизни с его экстравагантной культурой, и в прошлые, древние века маленького островного государства, замкнутого на себе. Ничто иное, кроме Зла, не могло свести всю разбросанную по оси истории тьму воедино.

Даже сержант, всю дорогу назло Дикому Биллу державший руки сложенными за спиной — на больший протест он не был способен, — и тот стоял перед цитаделью притихший и изменившийся.

— …Я бы никогда не поверил, — сдавленным голосом проговорил Вудворт, не отводя взгляда от черных живых теней.

— А я что говорил! — первым стряхнул чары Джексон: Зло и на расстоянии внушало уважение своей огромностью, и превозмочь его гипноз, способный перечеркнуть само желание бороться, — можно было только действием. — Ладно, мы их сейчас заставим поплясать…

Он достал из-за пояса гранату и первым пошел вперед, увлекая пехотинцев за собой.

Взрыв огненным столбом вздыбил землю вверх и накрыл сторожевую вышку: было видно, как с нее слетели двое, кувыркаясь и ныряя в уже утихающий огонь.

— Вперед! — закричал Дикий Билл и очертя голову бросился в пролом.

Застрекотали автоматы, ниндзя, охранявшие вход в цитадель, по-муравьиному суетливо забегали и начали исчезать в дверной щели, видно, чтобы явиться оттуда с подмогой. Другие охранники цитадели открыли ответный огонь. В темноте плохо было видно, кто и что делал, только освещенные сзади и от того тоже черные, как ниндзя, силуэты с автоматами бежали и падали — кто для того, чтобы стрелять лежа, кто — уже насовсем. Впрочем, пехотинцы пока еще могли прятаться за кусты и выигрывали в своей невидимости, в то время как их противникам некуда было укрыться на ровном асфальте (или бетоне — такие подробности сложно было различить издалека, главное, что пространство перед входом отличалось своей плоской поверхностью). Пули щелкали по площадке, и тех, кто стрелял с колена, становилось все меньше, да и лежавшие меняли позы, заваливаясь на бок или изгибаясь в предсмертных судорогах. Огонь редел.